"Лужники", муха и миллион евро
На своей выставке под названием "Фотография" в Московском музее современного искусства немецкий художник Ральф Касперс демонстрирует, что фотокамера и компьютер - это только инструменты. А концепция всегда в голове.
Следуя принципам родной для себя "дюссельдорфской школы", Касперс не столько фиксирует реальность, сколько реализует собственные эстетические установки. Если натура этим установкам мешает, ей же хуже. Автор не останавливается на том рубеже, который для многих является границей допустимого: он подвергает фотографии компьютерной обработке, иногда весьма радикальной. Что для других моветон, то для него дополнительная творческая возможность.
А еще Касперс любит большие форматы. Это не признак мегаломании - скорее концептуальная необходимость. Художник намеренно варьирует масштабы своих изначальных объектов, снимая то насекомых, то небоскребы. Крупный размер композиции как бы уравнивает в правах микро- и макромир. Однако Касперс не раздувает муху до габаритов слона, а предпочитает тиражировать мелкие детали. Именно в этом пункте к процессу подключается компьютерная программа, заполняя клонами всю поверхность изображения. Идея "мирового конвейера" иллюстрируется почти впрямую. Сотни золотых слитков, патронов от автомата Калашникова или денежных купюр (одна из работ, к примеру, называется "Один миллион евро") образуют метафоры того мира, где количество стало синонимом качества.
Впрочем, Ральф Касперс не занят критикой общества потребления. По крайней мере, формальная красота для него не менее важна, чем авторский месседж. Он увлечен ритмами и фактурами, готов избавляться от ненужных деталей или добавлять в свои композиции то, чего нет в действительности. Иногда эта корректировка носит почти косметический характер. Скажем, едва ли кто из зрителей сообразит, каким способом достигнута идеальная геометрия в произведении под названием "Лужники". С виду здесь все натуральное, "правка" проведена очень деликатно. В других же случаях художник идет к своей цели буквально напролом, искажая узнаваемые мотивы весьма существенно. Он может в разы увеличить высоту Кремлевской стены или сбить масштаб Стоунхенджа, окружив древние камни толпой клонированных туристов. Но каждое такое вмешательство в реальность у Касперса объяснимо и внутренне мотивировано. Он вообще производит впечатление человека с системным мышлением, который в творчестве избегает всяких случайностей.
Выставка, устроенная московской Frolov Gallery, включает в себя около трех десятков работ последнего времени. Все они монументальны по габаритам и эпохальны по содержанию. По крайней мере, такими их задумывал автор. Несмотря на то что правдоподобия от Касперса ждать не приходится, он все-таки находит формулы, описывающие состояние современного мира. Предъявленные фотографии (правильнее, пожалуй, писать это слово в кавычках) не претендуют на статус документа - они выглядят "сочинениями на заданную тему". Ради концепции автор жертвует некоторыми привычными представлениями о ремесле. Судя по результатам, жертвы себя оправдывают.
