КС и Елизавета Петровна
КС поставлен в довольно деликатное положение. Именно на него возложена обязанность решать, как быть дальше в России со смертной казнью. Прежняя конструкция, позволяющая пускать дело в оттяжку - "Пока всюду не явились суды присяжных, мы вопрос отложим", - с 1 января 2010 г. работать не будет, суды присяжных явятся и в Чечне, где их прежде не было. И теперь КС должен что-то еще придумать.
Грамотный специалист по государству и праву, а равно и по философии права - а судьи КС все люди очень грамотные, - несомненно, может что-то придумать. Государство, лишающее человека жизни, - тема необъятная, и можно на выбор найти любой ее поворот. От полного аболиционизма до введения квалифицированной смертной казни. Вопрос в том, должен ли КС вообще этим заниматься.
Общая часть действующего УК РФ содержит ст. 44 "Виды наказаний", где под пунктом "н" значится смертная казнь. Составляя кодекс, законодатель исходил из того, что установление списка наказаний входит в его компетенцию. Но тогда и внесение поправок в общую часть УК есть компетенция законодателя. Если хочет, пусть исключает пункт "н" или сопровождает оговоркой "только в военное время".
Разумеется, вопрос сложный. Законодатель должен решить для себя, что ему важнее. К числу доводов за отмену относятся прагматические - членство в СЕ, и даже Бог бы с ним, с членством, но при сохранении смертной казни у других стран, ее отменивших, будет легальная возможность не выдавать России даже заведомых злодеев - они-де могут быть казнены, и поэтому нельзя, что бы они ни совершили. Есть доводы исторические - лучшие и прочнейшие изменения суть те, которые происходят от постепенного улучшения нравов. Есть личные - страшен ответ царей, а с обязанностью казнить еще страшнее. Личные доводы тоже не следует сбрасывать со счетов. В 40-е гг. XVIII в. никакой исторической необходимости отменять смертную казнь у России не было - в Европе тогда рубили головы направо и налево. Но вот Елизавета Петровна при восшествии на престол дала обет никого не казнить смертию - и не казнила. Бабья прихоть, а вот поди же ты.
Конечно, есть и доводы против. Неразумно чрезмерная гуманизация кары, когда черный злодей отделывается детским сроком или вовсе избегает наказания, страшна тем, что пробуждает демонов мести, каковые демоны будут пострашнее любого УК. Идти против настроений общества тоже не всякому хочется. Хотя надо заметить, что большинство общества всегда будет за смертную казнь. Проведите в самой травоядной европейской стране грамотный опрос на эту тему (лучше после резонансного преступления) и сами будете поражены свирепостью таких, казалось бы, отдрессированных граждан.
Но в любом случае что-то решать надо - и решать законодателю, а вовсе не КС, принуждаемому прикрывать чужую нерешительность. Причем нерешительность производит странное впечатление. При сильно демократическом устройстве, когда выборы являются судным днем и возле каждой партии стоят два ангела. Один со списком добрых (с точки зрения избирателя) дел этой партии, другой - со списком злых. В этом случае идти наперекор общественным настроениям может быть взаправду страшно, и политики, будучи противниками смертной казни, могут сохранять ее страха ради иудейска. Выборы, нами в России наблюдаемые, могут служить источником чего угодно, но никак не страха иудейска для баллотирующихся. Все равно выберут.
Много и справедливо говорится, что никакой функции обратной связи нынешние выборы не выполняют. Вообще говоря, это плохо, но в конкретном случае со смертной казнью это приглашение к милосердной ее отмене, за каковую отмену законодателю все равно ничего не будет. Заодно и злосчастный КС можно оставить в покое.
