"Россия" во мгле

Этот дом-квартал, занявший почти всю четную сторону Сретенского бульвара, больше века стоял над городом неприступной крепостью. Как будто готовился к осаде. На 110-м году своего существования жилая крепость по имени "Россия" - так давно уже зовут в Москве знаменитый доходный дом страхового общества "Россия" - и в самом деле попала в переделку. Легендарный памятник окружен чадом трех круглосуточно гудящих дизелей, сверху и снизу подточен безнаказанными арендаторами.

Однако осажденные жители вовсе не собираются сдаваться. Они твердо намерены защищаться. И даже судиться. Прежде всего с Москвой, аннексировавшей жизненно важные "российские" территории.

"Мы сидим на пороховой бочке!"

Два корпуса дома-памятника сегодня соединяет только пара когда-то великолепных чугунных ворот с вензелем-аббревиатурой прежнего владельца - "СОР", до революции богатейшего в стране страхового общества. В остальном две части единой когда-то "России" добились полной независимости. И даже учредили два самостоятельных ТСЖ - "Товарищество на Сретенке" (первый корпус) и "Сретенский бульвар 6" (второй).

В мае 2008-го населению второго корпуса - того, что поменьше и поближе к Тургеневской площади, удалось наконец-то распрощаться с ДЕЗом. Жильцы отправились в свободное плавание: сами создали управляющую компанию. И очень скоро узнали о своем доме массу интересного. Например, что прежние хозяева их технического подвала, в котором сегодня обитает ресторан "Контрабас" сети заведений "Клуб на Тверской", увеличили свои площади примерно вдвое за счет "вновь выявленного имущества". Добавочные 200 с лишним метров в прямом смысле слова "нарыли". Прямо под домом.

- У нас есть акт: из подвала вывезли полтора метра грунта. Мы сидим на пороховой бочке! Когда рухнуло здание на Садовнической и эксперты заговорили о подкопе, мы вздрогнули и перекрестились. Жильцы мне телефон оборвали. "А наш дом не грохнется?" - не может сдержаться председатель ТСЖ "Сретенский бульвар 6" Наталья Цароева.

Из-за нелегального подкопа у ресторана нарушился естественный слив канализации, и рестораторы установили в подвале насосы. Теперь из-за этого нельзя использовать обязательные для общепита фильтры, улавливающие жир, и в доме постоянно забивается канализация. Жильцам приходится вызывать аварийку и выслушивать издевательское: жирно вы тут в "России" живете.

В нынешней "российской" жизни масса несуразностей. Например, нового соседа - театр "Et Cetera" Александра Калягина - построили там, где прежде располагались мусорные бачки. Когда помойку убрали, жильцы завалили инстанции письмами - куда носить отходы? Им отвечали - ищите сами. И солидные жильцы уважаемого дома под покровом ночи стали подбрасывать свой мусор в соседние дворы. Помоечный вопрос в итоге разрешился, но ценой полутора лет борьбы и двух папок переписки с чиновниками.

"Нас предупредили, что судиться бесполезно. Но мы попробуем"

- Это чертежи нашего дома, сделанные самим Николаем Проскуриным (один из тандема создателей дома, вторым был архитектор Александр фон Гоген. - "Известия"), - жительница второго корпуса и секретарь ТСЖ "Сретенский бульвар 6" Марина Устинова с гордостью демонстрирует свою архивную добычу. - Посмотрите, какая красота. Вот только не все купола и шпили дожили до наших дней.

Когда и как знаменитый дом растерял часть своей "красоты", неведомо даже местным старожилам. Зато с недавних пор они в курсе, как их лишили общего имущества - чердаков и подвалов.

- Наш дом одним из первых в Москве, еще в марте 2001 года, создал товарищество собственников жилья, правда, тогда мы назывались кондоминиумом, - восстанавливает хронологию событий Наталья Цароева. - Тогда же был зарегистрирован и наш имущественный комплекс. У нас есть свидетельство: в перечне общего имущества значатся и подвалы, и чердаки.

В документах БТИ, недавно запрошенных жильцами дома, они описаны точно так же - как общее имущество. Хотя давно жильцам не принадлежат. "Товарищи", взяв власть в доме в свои руки, смогли получить выписки из Единого госреестра прав собственности (ЕГРП). Оказалось, что имущества их лишили в 2004-2005 годах. Именно тогда в столице состоялось массированное отчуждение особо ценных квадратных метров - общей собственности таких же, как они, владельцев квартир в историческом центре - в пользу города. На самом деле, как считают в "России", в пользу чиновников. Часть "общероссийского" имущества Москва уже продала. А вот, например, чердаки отдала в безвозмездное пользование Московскому союзу художников - под мастерские художников.

- Как город смог оформить право собственности на имущество, которое уже было зарегистрировано как общее имущество жильцов? Получается, что это повторная регистрация, - возмущаются жители. - Мы подали в суд, ждем первого слушания. Нас предупредили, что шансов нет: судиться с Москвой бесполезно. Но мы попробуем.

Стратегическим пространством завладели англичане

Овчинка стоит выделки. Подвалы и чердаки всегда играли в "России" особую роль. На чердаки выведено оборудование лифтовых узлов. В подвалах легендарного дома долго размещались отопительные котлы, насосы, вентиляционные установки. В мае 1941-го там было оборудовано огромное бомбоубежище.

В подземелье, где разместился ресторан "Контрабас", стоят счетчики, проходит разводка холодной и горячей воды и отопления. Как выражаются жильцы, стратегически важные для дома коммуникации. Нынешний владелец этого стратегического пространства, по их сведениям, некая английская фирма. До нее была литовская, до этого - российская. По словам "россиян", этой фирме город сначала сдал помещение в аренду, потом разрешил без всякого аукциона выкупить подземные метры, хотя к тому моменту они уже являлись законным имуществом жилтоварищества. Затем фирма присоединила к ним "вновь отрытое" имущество и тут же все перепродала.

Кому из владельцев и на каких условиях удалось получить разрешение разместить в техническом подвале жилого дома ресторан - загадка. Жильцы поинтересовались этим в городской прокуратуре. Ждут ответа.

"До собственника нам - как до Луны, мы имеем дело с арендаторами, - сокрушаются собеседницы "Известий". - Тот же "Контрабас" поставил нам под окна дизель. Хотите понюхать?" Дизель обосновался прямо на проезжей части у Сретенского бульвара, непосредственно под жилыми окнами. Пыхтит и издает отвратительный запах. А на тротуаре лежит кабель, о который спотыкаются прохожие.

Три дизеля на Сретенке

От былой энергетической независимости "России", когда-то поражавшей Москву собственной электростанцией, не осталось и следа. Теперь с электричеством перебои, а провода плавятся от перегрева. Немудрено. Хотя во втором корпусе 14 тыс. кв. м площадей, жилых квартир только 42. В огромном первом корпусе их 89. Жилые метры в последние годы неведомыми путями переводились в нежилые. А офисы с их кондиционерами и серверами - это совсем другая история и другая нагрузка на сети. У одного собственника нежилого помещения 15 кондиционеров на 300 метров. Что уж говорить о ресторанах.

К злополучному "Контрабасу" в прошлом ноябре пришла инспекция - выяснить, законно ли подключение к домовым электросетям. Никаких разрешений у рестораторов не оказалось. И никаких договоров на электроснабжение. Кому и как они платили, так и осталось тайной. Правда, заведение тут же обесточили.

А уже на следующий день ко второму корпусу "России" причалил круглосуточно работающий дизельный генератор. Когда по Сретенскому бульвару едет высокое начальство, все припаркованные автомобили эвакуируют. А дизель стоит. Как вкопанный. Куда только жители ни писали, а он все стоит.

У огромного первого корпуса "России" пыхтят еще два дизеля: один - на проезжей части рядом с бульваром, другой - во внутреннем дворе. Оба "ресторанные". Два ресторана - корейский и итальянский - открылись недавно.

- Однажды ночью приехала "Газель". Охранник подумал, что привезли продукты, и пропустил во двор, - описывает историю "корейца" Евгений Клебанов, председатель ТСЖ "Товарищество на Сретенке". - Оказалось, это дизель. Теперь пишем, чтобы его убрали. А хозяева ресторана трясут бумагами: мол, у них есть все разрешения.

На очереди - четвертый ресторан (и, видимо, еще один генератор), для которого уже зачищается очередная часть общественных подвалов первого корпуса. Жильцы слышали, что там будет пивнушка.

- Если мы отсудим эти помещения и остановим эти стройки, мы спасем наш дом, - говорит Клебанов.

Непонятно только: почему две половинки "России" спасаются по отдельности?

Художества

За свою собственность, отданную в пользование художникам, они тоже будут судиться врозь. Во втором корпусе 10 мастерских, в первом около 40, есть и в цокольных этажах, и на чердаке, то есть на "общественной" территории.

Пока что художников призывают хотя бы наравне со всеми исправно платить за техобслуживание и коммунальные услуги. За мастерскими - немалые долги, которые сегодня покрывают жильцы.

- Долг МСХ около 5 млн рублей. Мы подаем на них в суд, - сообщает Евгений Клебанов.

- Если бы только это! Владелец одной мастерской построил себе мансарду: поднял крышу на полтора метра в здании-памятнике, - дописывает картину Наталья Цароева. - Теперь, чтобы просто ее восстановить, нужно заказать реставрационный проект, а он стоит немалых денег. Хозяйка другой мастерской демонтировала фундамент лифтовой шахты.

Лифт без фундамента обнаружился в 11-м подъезде второго корпуса во время инвентаризации. Говорят, у проверяющих от удивления глаза на лоб вылезли. Демонтаж, как оказалось, произвела художница, сдающая свою мастерскую в аренду. В парадных подъездах лестничные марши крупные и лифтовые шахты немаленькие - 8-10 кв. м. В общем, вышла неплохая прибавка. Художница еще и в Мосжилинспекцию отправилась согласовывать эту "перепланировку".

- После таких художеств очень хочется сказать большое спасибо Проскурину с фон Гогеном, - говорит Марина Устинова. - Как дом только не насилуют - и сверху, и снизу, а он все стоит.

Академики, Григорович, мама Дерипаски...

- Такого количества ученых и академиков на один квадратный метр не было больше нигде, - предупреждают гостей. - Филолог, автор широко известного этимологического словаря Максимилиан Фасмер; автор знаменитого учебника по математике Марк Сканави; выдающийся геолог Александр Лабунцов; палеонтолог с мировым именем Роман Геккер; Галина Лебединская, специалист по антропологической пластической реконструкции, ученица прославленного Герасимова; микробиолог Сабит Абызов - это все наши, "россияне".

Кто-то из них живет в доме и сегодня. По своей воле, как горько шутят здешние обитатели, из этого дома не уезжают. Отсюда выносят - вперед ногами. Слишком прочно привязывает к себе этот дом. Нынче здесь обитают великий балетмейстер Юрий Григорович, эстрадный певец Валерий Сюткин, мать предпринимателя Олега Дерипаски, депутат Госдумы, олимпийский чемпион Арсен Фадзаев...

Этим летом "россияне" отправили письма в Москомнаследие и Росохранкультуру. Спрашивают, до каких пор их дом будут безнаказанно уродовать арендаторы. Интересуются, положен ли столетнему федеральному памятнику капремонт и поможет ли столица с дорогостоящей реставрацией удивительных фасадов, пока они не обрушились, крыши, которая держится на честном слове, и ажурных чугунных ворот архитектора Дессина, пока они не завалились. Потому что ни одно столичное ТСЖ не способно без помощи властей и специалистов возродить жилой раритет, ремонт в котором за всю его жизнь случился только однажды.

Если город поможет с фасадом, воротами и крышей, остальное жильцы доведут до ума сами.

Как делили буржуйские хоромы

После революции почти все 48 квартир бывшего доходного дома "повышенной комфортности", которые до 1917 года сдавались в наем состоятельным людям, были перекроены по новым стандартам. Но добить "Россию" уплотнительной перестройкой не удалось. Буржуйским хоромам, лучшие из которых имели площадь в 200-300 кв. м, полагались как минимум две ванные комнаты и два ватерклозета. Их без особых переделок нарезали на две, а то и три новые отдельные квартиры. Они не скатились до уровня коммуналок и остались элитными. И до сих пор ими остаются - хотя бы из-за своих потолков высотой в 3,80- 4,20 м и несущих стен толщиной больше метра, позволяющих обитателям дома не зашторивать окна, - с улицы и так ничего не разглядеть.

Жертвами борьбы с буржуазными излишествами стало большинство роскошных изразцовых каминов. Но в некоторых квартирах они уцелели. Как и печи с вьюшками - специальными отверстиями в дымоходах, у которых ставились самовары. Все в рабочем состоянии, хотя камины и печи в жилых домах в центре города теперь не растапливают - запрещено.

После раздела квартир у многих семей остался выход только на "черные лестницы", ведущие во внутренние дворы-колодцы. В 1950-е к ним пристроили лифты. А до этого жильцам, в том числе прославленным пожилым академикам, приходилось карабкаться по крутым лестницам.

Первые лифты и нефть в подвале

Великий Ле Корбюзье назвал дом страхового общества "Россия" самым красивым в Москве начала прошлого века. Саламандру и стаю летучих мышей, притаившихся под эркерами, женские головки в проемах окон, скульптуры на фронтонах, кронштейны для государственных флагов в виде крылатых женских фигур - эти и прочие замысловатые украшения можно изучать часами. Но современников больше поражала техническая начинка дома. Например, электрические лифты - это первый жилой дом в Москве с лифтами. Собственная электростанция и питавший ее нефтяной резервуар, спрятанный в подвалах. 50-метровая артезианская скважина, снабжавшая жильцов водой. Суперсистема вентиляции - прообраз климат-контроля клубных домов современной элиты, - подававшая в квартиры очищенный, а если требовалось, подогретый воздух.

Московская дума на своих заседаниях с пристрастием обсуждала сооружение этого чуда технической мысли, опасаясь, как бы чего не вышло. А городская управа во время строительства атаковала застройщика - богатейшее в стране страховое общество - запросами и предписаниями. Требовала, в частности, твердых гарантий, что размещенные в подвале шесть паровых котлов не взорвутся, а установка в квартирах газовых плит не приведет к пожару. А архитектору Проскурину пришлось даже дать расписку в том, что он примет на себя ответственность за несчастные случаи.