Послепутинское большинство
Споры о том, есть ли в России средний класс и если да, то где он, сколь силен и чего от него ждать, можно длить бесконечно. По той причине, что в ходе споров все искатели среднего класса пытаются решить двуединую задачу. А именно: найти строго формальные критерии принадлежности к среднему классу и показать, что люди, этому критерию удовлетворяющие, исполняют в высшей степени полезную роль. Сложность увязки и так уже велика, но когда к ней добавляется еще и необходимость обнаружить сходство между нашими параметрами среднего класса и таковыми же параметрами средних классов за границей, включая еще и абсолютные показатели благосостояния, т.е. доход в ам. долл. на душу среднеклассника, схема лезет по швам. Каждый говорит о каком-то своем среднем классе, и спорщики расписываются в том, что универсальной простой формулы нет.
Сдается, что ее и в самом деле нет. При том что благотворный эффект среднего класса наблюдается даже в нашем неблагоустроенном обществе. Сказать, что ни в обществе в целом, ни в его отдельных стратах вовсе нет стабилизирующего большинства и общество полностью подвластно воле волн, - это противоречило бы и непосредственному опыту, и интуиции. Общество совсем без руля и без ветрил выглядит несколько иначе. Либо оно подвержено всем ужасам анархии, либо оно стабилизируется суровой государственной репрессией - но сегодня ни того, ни другого не наблюдается.
Из тупика можно выйти, признав, что формально-точного определения нет и не будет, а искомый и необходимый средний класс - это другое название для золотой середины. Понятия скорее философического, чем социологического. Спорщикам о среднем классе стоило бы обратиться к книге про Робинзона Крузо, где в самой первой главе (читателями-детьми, впрочем, часто пропускаемой) дается самое внятное определение взыскуемого: "Середина, то есть то, что можно назвать высшею ступенью скромного существования, которое является для нас лучшим в мире... избавленным как от нужды и лишений, физического труда и страданий, выпадающих на долю низших классов, так и от роскоши, честолюбия, чванства и зависти высших классов. Все, поставленные в иные условия, завидуют ему: даже короли нередко жалуются на горькую участь людей, рожденных для великих дел, и жалеют, что судьба не поставила их между двумя крайностями - ничтожеством и величием". Ведь к этому они все и апеллируют.
Средний класс - всего лишь те, которые в меньшей степени подвержены как порокам бедности, так и порокам властолюбия (вар.: несытого сребролюбия) и в большей степени склонны ценить status quo. "Я не настолько богат (а также - не настолько беден), чтобы рисковать необходимым в надежде приобрести лишнее". В этом весь средний класс, остальное - социологические детали, в каждой стране и в каждую эпоху, естественно, свои. Отец Робинзона Крузо, научавший сына мудрости, был по нынешним меркам бедным человеком, весьма подверженным нужде и лишениям.
Чтобы задаться вопросом, существует ли в России средний класс, достаточно посмотреть, как общество в среднем реагирует на тяготы мирового кризиса. Очевидно, что эти тяготы никому не нравятся. Очевидно, что это не прибавляет любовных чувств в отношении руководства. Очевидно, что кризис, как и всякое неприятное событие, стимулирует рассуждения на тему, не было ли допущено ошибок и что следует делать, чтобы таких ошибок избегать впредь. Все это есть, и странно, если бы не было. Нет другого - обещанного "Долой!", которое прозвучит, как только кончится нефтедолларовая идиллия.
Причина такой сдержанности (при полном отсутствии радости) в том, что, на наше счастье, общество не было поляризованным. Будь оно таковым, разделяйся оно на задыхающееся от верноподданности "путинское большинство", о котором нам так пели осенью 2007 г., и несогласное меньшинство, восторги верноподданности в самом деле скорее всего сменились бы на "Долой!" сокрушающей силы. Но реальным большинством были те, которые, не испытывая никакого особого восторга от положения дел, еще менее испытывали желание сжечь свой несовершенный дом, чтобы переехать в чудесные хоромы, единственным недостатком которых является их несуществование.
Если пока держимся и, бог даст, сумеем удержаться дальше, то лишь благодаря этому абсолютно невосторженному среднему классу.
