Кум Михаил и кум Виктор
Природу новогодних газовых препирательств по линии "РФ - Украина - ЕС" легче понять, если мысленно заменить газ на нефть или зерно, а трубу на ж.-д. рельсы. Не то что полносоставный эшелон, даже вагон - не иголка, и если состав с нефтью пересекает границу в Хуторе-Михайловском, а до границы в Чопе не доходит, то не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что эшелон был разграблен по пути от восточной до западной границы транзитного государства. Грабеж поездов не нравится ни грузоотправителям, ни грузополучателям - даже самым кротким и благодушным. При этом указание грабящей стороны на то, что самим нужно, а покупать - цена несходная, да и вообще как это быть у воды и не напиться? - как правило, тоже не встречает должного понимания ограбленных. Через руки банковского кассира ежедневно проходят суммы наличности, многократно большие, чем его скромное месячное жалованье, что, однако, не считается индульгенцией на воровство денег, проходящих через кассу.
Доводы тривиальные, а нетривиальным являлось поведение Киева, явно построившего свой расчет на том, что к нему эти соображения - с последующими оргвыводами - применены не будут и виноватым окажется не тот, кто грабил ж.-д. составы, а тот, кто их отправлял.
С одной стороны, в самом деле странно, с другой стороны - ведь уже не впервой мы видим такую же и даже большую безоглядность. Когда после пятнадцати лет довольно-таки худого, но все же мира на Южном Кавказе кум В.А. Ющенко М.Н. Саакашвили сперва произнес умильные речи о своем миролюбии, а затем немедленно ударил из "Градов" по спящему Цхинвалу и бросил танки на покорение провинции - он ведь тоже на что-то рассчитывал. В том числе и на мощь союзной ему пропагандной машины, которая готова беззаветно - и безотносительно к истине - отстаивать любое утверждение одной стороны и столь же беззаветно и безотносительно отрицать любые утверждения и доводы стороны противной. Тем более когда этой противной стороной является то ли еще авторитарная, то ли уже тоталитарная Россия, т.е. держава, по определению не могущая быть правой. Ни полностью, ни частично. Чувствуя за спиной такие тылы, отчего же не ударить. На первых порах так, собственно, и было. Не существовало такой очевидности, которую союзная пропагандная машина не готова была отрицать. Крик, обращенный к России: "Весь мир против вас!" - звучал громче некуда, и Саакашвили казался вовсе не безумцем, а трезвым политиком, грамотно сумевшим использовать своих западных друзей, которые годами рассказывали, как они восхищаются и наслаждаются успехами смелой молодой демократии. "Восхищаетесь - вот же вам новый повод для восхищения". Но тут у кума Михаила вышел сбой. Не в том смысле, что объектом восхищения вместо Грузии стала Россия - куда уж там, а в том, что никакой безоговорочной (и даже вообще сколь-нибудь ощутимой) реальной, а не пропагандной поддержки Саакашвили не получил. Восхищение и наслаждение оказались сугубо платоническими, а бравый Гигиенишвили отсидел три месяца в допре за самоуправство и вернулся оттуда злой как черт.
С кумом Виктором mutatis mutandis (с соответствующей поправкой. - "Известия") получилось то же самое. Речи про евроатлантическую интеграцию и возвращение в семью западных и цивилизованных наций - и даже приправленные демонстративной неприязнью к России - оказались недостаточно универсальным отпущением грехов на все случаи жизни. Те члены семьи западных и цивилизованных наций, по которым воровство особо ударило, рассудили, что речами в мороз не согреешься, тогда как русским газом, когда бы он не был уворован, согреться вполне даже можно. Более того, выяснилось, что склонность к восхищению и наслаждению зачастую прямо пропорциональна расстоянию от объекта восхищения. Восхищаться хорошо тому, кто в силу географических причин не будет расхлебывать смелые дела молодых демократий, тот же, у кого география другая, может склониться к мысли, что молодая демократия хорошо, но худой мир и беспрепятственная торговля - тоже неплохо и жертвовать последними ради первой вряд ли стоит. Когда дело доходит до чего-то серьезного, никто не собирается подчинять себя интересам подсобного орудия - тем более весьма безрассудного.
Не только кумовья политически кончились. Похоже, что сама стратегия демократического Drang nach Osten идет туда же, куда и кумовья.
