ELLEгантность

В здоровом ангаре - ГЦКЗ "Россия" в Лужниках - прошла церемония ELLE Style Awards. Эта премия вот уже несколько лет проводится в Европе. Среди ее лауреатов - Мадонна, Стелла Маккартни, Виктория Бекхэм и Джозеф Файнс. Российский ELLE пек свой блин впервые, и тон был выбран не совсем верно: метили в успешных женщин, а угодили в "ширнармассы" - аудиторию журналов "ОК!" и "Семь дней". Оскаровский размах уживался с корпоративным простодушием. В итоге бескрайний зал жил своей жизнью, а сцена - своей, что и наблюдала обозреватель Божена Рынска.

Мейнстрим этого сезона - не ходить никуда вообще. И потому заманить "випа" можно, только пообещав ему премию. Гости ехали в Лужники как на работу. И хоть релиз гласил, что вручение проходит "в области стиля", в действительности перед устроителями стояла сложнейшая задача: уважить партнеров, почесать за ухом своих бывших героев, вовремя погладить будущих...

Перед началом церемонии гостям, среди которых были сенатор Людмила Нарусова со седовласым спутником номенклатурного вида, гимнастка Светлана Хоркина в шелках цвета буйной азалии, потомственный режиссер Егор Кончаловский, шоумен Иван Ургант, экс-солистка "Лицея" Изольда Ишханишвили, Софико Шеварднадзе, актриса Евгения Крюкова и певица Кристина Орбакайте с мужем Михаилом Земцовым, был дан час, чтобы они успели собрать урожай с мероприятия: донести до телеканалов свои соображения касательно области стиля, попозировать для светских хроник всей Москвы.

То тут, то там алел пиджак телеведущего Андрея Малахова. Вместе с ним приехала прошедшая "апгрейд" Ксения Собчак. Господину Малахову пришлось долго оправдываться за пиджак цвета взбесившегося павиана: "Собирался ехать один. Позвонила Ксения. Сама заехала. И выбрала мне именно красный пиджак". "Только не говорите, что вместе собирались", — утрамбовывала пресса. "Вместе собирались. Сама выбрала. Заставила. Был дождь, туман, по небу плыли тучи", — снова и снова повторял господин Малахов. А его спутница в это же самое время умудрилась дать двадцать различных интервью. "Конечно, нос!" — говорила она одним. Другим сообщала, что ее грудь выросла аж на два размера. "Попа и икры", — уверяла она третьих интервьюеров.

В черном-черном предбаннике с черным-черным подиумом визажисты на скорую руку гламурили добровольцев. Затем гостей загнали в огромный зал, чей советский бэкграунд закудрили темными драпировками. На столах покоились несколько едва живых птифурчиков (очень маленькие пирожные) и слегка прикрытое фруктами блюдо. Процесс пошел.

Ингеборга Дапкунайте с акцентом прочла "Письмо в редакцию". И это был самый веселый момент вечера. Затем на сцене появился Александр Пушной. Гости прислушались и заметили, что шутить — это тяжелая профессия и даже целая наука. После чего зал стал жить своей жизнью, а сцена — своей.

Андрей Малахов быстро выполнил сверхзадачу своего прихода — громогласно объявил, что стал главным редактором журнала "Стархит". Затем вернулся за стол и стал "валять ваньку", попутно соображая, как бы побыстрее смыться на съемки новогоднего "Огонька", не обидев хозяев. "Вы знаете, что такое че-пэ-ха? — спросил он соседей по столу — Яну Рудковскую и Диму Билана. — Чисто питерская ..." — тут с уст телеведущего сорвалось слово, и "боже упаси его от всякого запечатленья".

Тем временем под потолком завис белый гамак, и под вокал Виктории Дайнеко в гамаке стал извиваться Алексей Ягудин. Оказалось, что он при этом еще и пел. Стол спортсменов — там сидели Анастасия Мыскина, Светлана Хоркина, Роман Костомаров и бывшая фигуристка и нынешняя певица Анна Семенович — в зале окрестили "столом ледникового периода". Пробил час Светланы Хоркиной. Со сцены послышалось: "Спортсменку и, может быть, актрису..." "Что значит — может быть? — перебил ведущую ее партнер и утвердительно рявкнул: — Актрису!" "Фигуристы у нас поют. Гимнастки — играют. Может, скоро тоже откроют бутик?" — донеслось из-за стола, где сидела Марина Юдашкина.

"Культурной революцией" назвали кинофестиваль "Кинотавр" в Сочи, и некоторые новобранцы гламура, принимающие все награждения за чистую монету, изумились. Это "Кинотавр"-то? "Задний старенький вагон, где былые имена — предынфарктные?" А как же "Белые ночи" Гергиева? Там же — и Герман Греф, и Дмитрий Медведев, и Дмитрий Козак, и пул белых птичек, предвещающих приход слонов политики?

Но тут умные люди показали людям наивным притулившуюся на самом краю приглашения надпись "Съемку ведет телеканал СТС", затем тыкнули носом в состав жюри — там среди прочих был и глава СТС Александр Роднянский, и "прояснился темный ум". Тугодумам же разжевали, что господин Роднянский еще и председатель попечительского совета "Кинотавра". Тогда светильник веры в имманентную справедливость окончательно угас, и в зале стали выдавать довольно точные прогнозы насчет номинации "Эфирное создание".

"Вот, например, чета Стриженовых, — говорили за одним столом, — приз не получит. Канал-то у них — "Первый". Или вот Цекало — ушел на "Первый", и не видать ему приза — "в утешение дадут кости с ливером". Лучшие куски в этот раз действительно достались не "первачам" — "эфирным созданием" выбрали Тину Канделаки. Она не смогла прийти за наградой лично — отрабатывала съемки на своем СТС, — но появилась на экране (в розовом платье от Валентина Юдашкина) и поведала залу и о большой неожиданности, и о серьезной конкуренции, и только легкая глуминка в ее глазах, как проблесковый маячок, напоминала о подоплеке всего сущего.

"Мужчиной мечты" был назван Иван Ургант, обошедший в этой номинации сачканувшего Бондарчука, неявившегося Машкова, непришедшего Сафина, блеснувшего отсутствием Плющенко и даже неизбежного Билана.

То ли акустика искажала шутки ведущего, то ли вино было крепленым, но перед номинацией "Вектор моды" залу почудились удивительные речи. "Чапурин для кого-то был живительной влагой и кровью", — трагическим голосом произнес ведущий. "Это про меня", — вздохнул бизнесмен Александр Достман. (Показ Чапурина проходит в рамках Недели российской моды, которой рулит господин Достман.)

"Вектор" задавала Чулпан Хаматова. Актриса объявила, что понятие "мода" ей неведомо. Но ей кажется: если в моде коричневое, то надо надевать красное. Перед выходом на сцену не привыкшая к гламуру госпожа Хаматова запуталась в собственном шлейфе. И, следуя старому театральному правилу "споткнулся — обтекай", сбросила каблуки и пошла босиком.

Faux pas коллеги по ELLEгантности не смогла не подчеркнуть Ксения Собчак. Она вышла забирать свою награду в длинном платье с сиреневым хвостом и злорадно молвила: "Я, заметьте, сама поднялась на сцену". Можно догадываться, почему конфуз Чулпан Хаматовой так порадовал блондинку, у которой все что можно в шоколаде: госпожа Хаматова — одна из немногих светских девушек, которая берет не стремлением навязать себя обществу, а большим актерским талантом и благотворительной деятельностью. И это, чувствуется, невольно раздражает "наше все".

Ближе к закату вечера главный редактор ELLE Ирина Михайловская наградила лучшую читательницу своего журнала — Ингеборгу Дапкунайте. Видимо, приз дали за упорство: прочесть самый толстый из российского глянца на чужом языке — "занятие, достойное самоотречения".

Гости стали потихонечку растворяться в темноте зала. Сначала опустел один стол. За ним — другой. Увы, освободившиеся досрочно потеряли шанс вернуть себе веру в добродетель. А между тем в самом конце "марлезонского балета" "Специальный приз от Dior" ушел к приме-балерине Большого театра Светлане Захаровой, а звание "Икона стиля" — к актрисе Оксане Фандере. Госпожа Фандера редко появляется в свете, что нынче очень стильно. И — невероятно — она даже не работает на СТС.

А значит, награду дали за прекрасные манеры, кротость и хороший разговор.