Игорь Иванов: "Не собираюсь быть заслуженным пенсионером"
В среду президент Путин подписал указ об освобождении от должности секретаря Совета безопасности Игоря Иванова. Впрочем, событие это было ожидаемым (о чем уже писали "Известия"). Игорь Сергеевич, которому мы позвонили, сообщил, что обживает новый кабинет. У себя дома. Разбирает бумаги, с удовольствием вчитывается в них - и никуда не торопится. Мы договорились встретиться через час в кафе. Там Игорь Сергеевич (снимок сделан в среду) дал "Известиям" эксклюзивное интервью.
вопрос: Как вам в новом качестве?
ответ: Пока только приноравливаюсь. Дело в том, что всю свою сознательную жизнь я находился на службе. Семь лет в суворовском училище. А затем, после окончания института, 35 лет на государственной службе.
Теперь надеюсь найти себя на новом поприще, где могут быть востребованы мои знания и опыт. Конечно, потребуется какое-то время. Торопиться не буду.
в: Вы энергичный человек — чем все-таки собираетесь заниматься?
о: Основное время планирую уделить преподаванию и науке. Работаю над новой книгой по вопросам современных международных отношений и внешней политики России. Это будет курс лекций.
В последние дни, как стало известно о моем уходе, поступило сразу несколько предложений от крупных российских компаний с просьбой предоставлять им консультативные услуги. Я рассматриваю их, но решения не принял.
Словом, без дела сидеть не умею и не буду.
о: Мне кажется, что мы должны избавляться от стереотипов прошлого, когда людей, занимавших высокие посты, либо изгоняли с треском, либо с почестями провожали в мир иной.
К отставке, по чьей бы инициативе она ни происходила, надо относиться нормально, так как никто за нами пожизненно не закреплял те или иные посты.
Когда президент Путин в 2000 году утвердил меня на должность министра иностранных дел, перед российской дипломатией была поставлена задача сформулировать систему взглядов на содержание и основные направления внешнеполитической деятельности России на современном этапе. 28 июня 2000 года президентом была одобрена Концепция внешней политики России, которая по основным положениям и по сей день сохраняет свою актуальность.
Затем последовали годы сложной, кропотливой работы по претворению в жизнь заложенных в концепции принципов. Не мне судить о результатах, но думаю, что основы возросшего авторитета нашей страны на международной арене закладывались как раз в первые годы нынешнего столетия.
в: И вдруг назначение в Совбез...
о: Да, в марте 2004 года президент предложил мне стать секретарем Совета безопасности. Скажу откровенно: для меня это предложение явилось неожиданным. Но служба есть служба, и надо идти работать на тот участок, который тебе доверяют.
в: Какие напутствия вам тогда дал Владимир Владимирович?
о: Президент поручил выстроить работу Совета безопасности и его аппарата таким образом, чтобы сосредоточиться на проблемах стратегического характера.
В силу известных причин в 90-е годы Совет безопасности основное внимание уделял текущим проблемам безопасности, угрожающим целостности России. Тогда было не до стратегии.
С приходом Путина страна ценой огромных усилий вышла из затяжного социально-экономического кризиса, обрела политическую стабильность. Как отмечал президент, впервые за долгое время у нас появилась возможность прогнозировать нашу жизнь не на несколько месяцев, и даже не на год, а на десятилетия вперед.
Отсюда и новые задачи, которые были поставлены перед Советом безопасности.
в: И что удалось сделать?
о: Кое-что удалось. За три с небольшим года были разработаны и одобрены Советом безопасности важные документы стратегического характера по ряду ключевых проблем безопасности.
Например, решения Совета безопасности в области энергетической безопасности легли в основу позиции России на саммите "восьмерки" в Санкт-Петербурге. Была одобрена реформа военной организации до 2015 года. Сформулированы принципиально новые подходы к миграционной политике, проблеме демографии. Был выработан пакет решений по вопросам внутренней безопасности, касающимся противодействия терроризму, экстремизму, наркоугрозе и т.д.
в: А что сделать не удалось?
о: Совет безопасности был образован 3 июня 1992 года. Это конституционный орган, и его статус должен определяться специальным федеральным законом. Такого закона до сих пор нет, и нам не удалось "пробить" этот вопрос через бюрократические препоны.
Надеюсь, что этот вопрос в скором времени будет решен. Это нужно прежде всего президенту, который формирует и возглавляет Совет безопасности. Имея четкий статус, Совет сможет более эффективно выполнять свои функции. Соответственно, и аппарат Совбеза должен быть выведен из состава администрации президента.
в: Если вы так хорошо работали, то почему некоторые СМИ "провожали" вас серией, мягко говоря, неприятных публикаций?
о: Я до конца и сам этого не понял. На днях у меня состоялась встреча с главными редакторами ряда ведущих СМИ. Они с удивлением рассказывали, что к ним приходили какие-то гонцы с крупными пачками денег (десятки тысяч долларов) и предлагали опубликовать на меня компромат. Я признателен руководителям центральных печатных изданий и телеканалов за то, что они, поняв — а это было очевидно, — что речь идет о гнусных инсинуациях, показали этим ходокам на дверь.
К сожалению, нашлись и такие — известно кто, — которые алчность поставили выше профессиональной чести. Бог им судья!
в: Это вы говорите об исполнителях, а кто же заказчик?
о: Не знаю, и меня это уже мало интересует. Говорят, что я мог случайно стать "жертвой" борьбы между какими-то группировками, рвущимися во власть. Мне это неведомо.
в: Обиднее всего, видимо, было читать о том, что Шеварднадзе якобы взял вас "под покровительство", поскольку ваша мама была грузинкой?
о: Прежде всего, что меня поразило, так это оголтелый национализм, которым пропитаны эти измышления. Для оправданий даже нет предмета. Скажу лишь, что когда Шеварднадзе пришел в МИД СССР, я уже являлся советником его предшественника Громыко и фактически продолжил выполнение своих обязанностей.
Что касается грузинских корней, то я горжусь, что у меня мама была грузинкой. Родившаяся в далекой деревне, она смогла своим трудом окончить институт в Москве, а затем стать первой женщиной — начальником ГАИ одного из центральных районов столицы.
Фамилию ношу по отцу, который был родом из Воронежа. Боевой офицер, прошел всю войну, партизанил...
Сам я коренной москвич. Родился, учился, жил и буду жить в Москве. Вот и вся история. Но людишкам, которым национализм застилает глаза, этого, видимо, не понять.
в: Вас не смущает, что, уходя с высокого поста, вы теряете кое-какие привилегии?
о: Все формальные привилегии, которых я лишаюсь, — это служебная машина с мигалкой и охрана. Никакими другими привилегиями я не пользовался.
в: А как же квартира, дача?
о: Я живу на своей собственной даче в мидовском поселке, участок у меня 11 соток. До недавнего времени в Москве у меня была двухкомнатная квартира, которую я получил в 1972 году, будучи младшим научным сотрудником ИМЭМО. Несколько лет назад мне была предоставлена государственная квартира, которую я теперь и буду обживать. Как раз в домашнем кабинете меня и застал ваш звонок...
в: Как вы расстались с президентом?
о: По-моему, очень достойно и тепло. 14 июля я последний раз принял участие в совещании постоянных членов Совета безопасности. Президент России сказал добрые слова в мой адрес, высоко отозвался о моей работе в качестве министра иностранных дел и секретаря Совета безопасности. До этого он наградил меня благодарностью за безупречную службу.
Я глубоко признателен президенту России за такую оценку моей работы.
Уверен, что те отношения взаимного уважения и товарищеской поддержки, которые были созданы Владимиром Владимировичем Путиным между членами Совета безопасности, сохранятся у нас и в будущем.
Кто на новенького?
Исполняющим обязанности главы СБ стал Валентин Соболев, работающий замглавы Совбеза с 1999 года. Очевидно, что это назначение — техническое и временное. Претендентов на пост главы СБ много, однако скорее всего назначение произойдет ближе к осени, то есть к старту предвыборных кампаний.
Право на отставку
Уход Игоря Иванова из политики (а известно, что в отставку он попросился несколько месяцев назад сам) — событие нерядовое. Теперь уже бывший секретарь СБ не был связан с "семейными", олигархическими, географическими и прочими группировками, претендовавшими в разное время на особое влияние в стране. Напомню, что до назначения его главой МИД Борис Ельцин и встречался-то с ним всего несколько раз. Кандидатуру своего "преемника" тогда предложил Евгений Примаков, уходя в премьеры. Причем понятно, почему. Отличался Игорь Иванов трудолюбием, добросовестностью, лояльностью к "команде", профессионализмом. Указы о его новых назначениях подписывали и Горбачев, и Ельцин, и Путин. Поэтому несерьезно и оскорбительно для Иванова объяснять его карьерный рост "грузинскими корнями" либо удачным браком с дочерью замминистра, как это делают авторы "компромата".
Но чем объяснить тот факт, что он стал "долгожителем" на высоких постах? Видимо, тем, что Иванов умеет не только профессионально готовить предложения по ключевым проблемам внешней политики, но и настойчиво добиваться их принятия. Вот только публичным политиком Игорь Сергеевич не был. Многое из сделанного им до сих пор остается "за кадром". Скажем, в 1999 году он стал Героем России, имеет ордена "За заслуги перед отечеством" 2, 3, 4-й степеней, но за что именно награжден — объяснять не склонен. Дипломатическая работа имеет свои тайны.
Игорь Иванов, как говорят, на многие события имел свою точку зрения и при всей лояльности к президенту, не робея, ее излагал. Путин всегда внимательно выслушивал аргументы секретаря Совбеза, даже если в конечном итоге с ними не соглашался.
Однако не забудем и о том, что Игорь Иванов — сторонник " классической дипломатии", в которой большое значение имеет декорум. При нем Россия не делала резких движений, ни с кем публично не конфликтовала, компромисс достигался за плотно закрытыми дверями. Да, именно при министре Игоре Иванове мы заняли место в ближневосточном "квартете", наладили отношения с Советом Европы, укрепили свое влияние на Иран...
Я мимоходом спросила Игоря Сергеевича: "Вы верили в то, что России удастся выиграть заявку на Олимпиаду"? Он мне честно ответил: сомневался. Сознаюсь, я тоже была пессимисткой. Но с той "гватемальской" ночи убеждена: надо пробовать, надо дерзать, надо рваться вперед — чтобы побеждать. Идет ли речь о ПРО, статусе Косово или все о той же Олимпиаде. Россия стала сильнее, и нам, ее гражданам, уже недостаточно "кабинетной дипломатии". Настроения в нашем обществе теперь другие, да и обиды на иностранных "партнеров" поднакопились. И пусть формальная логика подсказывает: трудно отвоевывать назад те позиции, которые мы утратили в трагические для страны годы. Не в одночасье нас услышат. Но биться за это все равно надо.
Разделяет ли Игорь Сергеевич такой настрой — не знаю. А может быть, просто трудно начинать все сначала, на очередном государственном месте? Тогда и вправду честнее решить, что пора что-то изменить в своей жизни.
