Надо ли все называть своими именами?
Президент Путин считает, что да - именно этому было посвящено его выступление на Мюнхенской конференции по вопросам политики безопасности. Острые и предельно откровенные оценки российского лидера вызвали диаметрально противоположные отклики журналистов нашей газеты.
CONTRA
Илья Киселев
А может, Путину не следовало столь жестко и прямолинейно выступать в Мюнхене? Дипломатия - дело тонкое, требует терпения. До последнего времени она приносила плоды. Мы были настойчивы, гнули свое и - добивались. Что из происшедшего в мире потребовало безотлагательно сделать подобные заявления? Появились американские "легкие передовые базы"? Даже во времена "гонки вооружений" американцы реально боялись войны с СССР, а мы, простые граждане, с удовольствием играли в "Зарницу" и были уверены, что сумасшедших, готовых развязать третью мировую, в природе не существует. Угрозы срочного и силового передела рынков тоже нет.
Конечно, хочется поуправлять мировыми процессами, но менеджмент-то складывается по заслугам, которых у нас в новейшей истории пока набирается не так много. Поэтому заявления, прозвучавшие в "Байеришер Хоф", удивили и насторожили многих как на Западе, так и в России. Все, что сказано президентом, - правильно, импонирует россиянам и той, пусть большей, части мирового сообщества, которая считается "сырьевым придатком" США и, как говорится, "знает свое место". Да, Россия уже не та, что была, а риторика, с которой нам приходится все еще сталкиваться, уже неуместна и раздражает. Но...
Президент заявил о неминуемом закате однополярного мира, о претензиях России в мировых делах, тем самым дав американским "ястребам" мяса, которого они жаждут... И, думаю, не оказал услугу тому, кто станет нашим следующим президентом.
Путин в своем выступлении задал планку международным отношениям, которая по силам только такому сильному политику, как он сам. Бесспорно, Путин возродил Россию и готовит к передаче хорошее "наследство". Но зачем заодно передавать новому президенту "холод" в отношениях с нашим основным оппонентом на международной арене? Помнит ли сам Путин, как непросто ему было поначалу в Кремле и когда к нему стали реально прислушиваться на Западе? Этот же путь предстоит и новому президенту.
Да, Россия с тех пор окрепла, но настолько ли, чтобы начать "огрызаться"? И хватит ли решимости у ее следующего лидера, а также резерва прочности у экономики страны, чтобы не оказаться в ловушке преждевременных амбиций? Подобное выступление из уст Путина прозвучало как личная заявка на место в политике после окончания президентского срока. А его "сменщик" вынужден будет показать миру не просто зубы, а клыки.
PRO
Елена Овчаренко
Каждый прочтет в выступлении Путина то, что его интересует. Кто-то - о наших союзниках и недругах. Другой - о принципах новых взаимоотношений России с миром в целом. Третий увидит в нем обращение президента конкретно к себе - как к гражданину и избирателю... Ищите то, что занимает лично вас. Хочу сказать о другом. О живом языке, о четкой мысли, о конкретности подхода и полном отсутствии лицемерия, которое за последние полтора десятка лет было возведено в абсолют.
Путин покусился на святое: на целую "сигнальную систему" и ее проявление - "птичий язык", который культивировался в те времена, когда Россия по слабости своей уже возражать Западу не могла, и аргументы в пользу навязываемой ей позиции не требовалось искать вовсе. Пароль - "Чечня" и "права человека". Отзыв - "всегда!". Югославия, Афганистан, Ирак, Иран - круг стран и тем, при обсуждении которых демократия и демагогия были уравнены де-факто, расширялся. Любая проблема, буде она вытащена на международный уровень, в устах иностранных политиков превращалась в набор избитых фраз и замусоленных от частого употребления примеров. Слова в простоте не говорил никто. Разве что брякнут иногда что-то в Вашингтоне, да и то по простоте душевной. А в остальном - сплошные заклинания: о нераспространении, расширении, глобализации, либерализации, канализации, самоидентификации - только что не о революции и пубертации.
Запад, для которого СССР был когда-то "империей зла", взял реванш, став "империей лицемерия". Именно это имел в виду сенатор-демократ Либерман, назвавший выступление Путина "провокационным". Старика Либермана понять можно: так спокойно жили, а Путин взял да порушил целую "сигнальную систему". Ясно, что теперь речь российского президента растащат на цитаты и придется объясняться с бедными странами о том, как на этой бедности можно наживаться. С "пороговыми" государствами - почему им никак нельзя развивать мирную энергетику. С членами ООН - отчего их опять не спросили. Да и вообще теперь все кому не лень будут, кивая на Россию, требовать не "излишнего политеса", а конкретных ответов. Лично я, как журналист, это уже предвкушаю: настолько надоела демагогия, в которой только политики чувствовали себя опытными водолазами, а остальные - жертвами словесного по... Извините, потопа.
Что же до "сменщика" Путина, то рядом с ним будет опытный лидер, за ним - страна, возвращающая себе былую силу. И с этой позиции ему и надо входить в круг сильных мира сего. А не с табуретки учиться летать...
