Леонид Каневский: "Я к майору Томину отношусь уважительно"
Леонид Каневский: "Я к майору Томину отношусь уважительно"
2017-05-14T13:54:00+03:00
2006-02-08T14:32:00+03:00
Партийный переулок, д. 1, к. 57, с. 3
115093
Москва, Россия
info@iz.ru
- В этом проекте я все-таки Леонид Каневский. Но если и есть такое отношение - то не задевает. Я к Томину отношусь уважительно, потому что то, что мы делали с моими коллегами, я имею в виду Георгия Мартынюка и Эльзу Леждей, было абсолютно честно. Наверное, мы продержались столько лет на экране благодаря тому, что занимались не только криминалистикой и уголовными делами в чистом виде - погони, побеги, драки и выстрелы, - но еще и человеческими взаимоотношениями
0
Леонид Каневский: "Неправильно показывать пьющего милиционера" (фото с сайта kinoart.ru)
С первых выпусков новая программа НТВ "Следствие вели…" получила высокие рейтинги. Успех обеспечили и продюсер Дэвид Гамбург, известный мастер криминальной документалистики, и ее ведущий - актер Леонид Каневский, знаменитый майор Томин. Ради съемок он прилетает из Израиля, куда уже давно переехал жить. Каневский исследует самые громкие уголовные дела советского времени - от беспределов, чинимых бандой "Черная кошка", до криминальных разборок первых советских гангстеров. О своем новом телеопыте Леонид Каневский рассказал корреспонденту "Известий" Надежде Степановой.<?xml:namespace prefix = o />
известия: Кто позвал вас на НТВ?
Леонид Каневский: Программу придумали Дэвид Гамбург и Александр Жебровский. Они же предложили мне стать ее ведущим. Я прельстился тем, что проект "Следствие вели..." должен был стать не просто документальным фильмом, констатацией фактов. В программе факты передаются через мою интонацию, видно мое личное отношение к событиям, к людям, к тому времени, к той эпохе, которую я в общем-то знал. Мне это показалось интересным.
известия: Вы только ведущий или участвуете в подготовке сценария?
Каневский: К сожалению, в подготовке серий я участвую поскольку- постольку. Получаю сценарный план, стараюсь привнести что-то свое, что-то придумать в своем тексте. Меня же зритель воспринимает как автора, рассказчика, исследователя, который сам покопался в архивах. Но сценарии, конечно, я не пишу. Важно, чтобы зритель почувствовал мою интонацию. Допустим, первая серия была про директора Елисеевского магазина. Я знал этого человека, знал ситуацию, и у меня особое отношение. Это был мощный человек, которого подставили, и он остался пешкой в этом гамбите.
известия: В проекте 12 серий - 12 историй. Стало ли какое-то из дел для вас открытием, новостью?
Каневский: В общем-то нет. Конечно, я знал дела не так подробно и не в таком количестве версий. Есть очень много вещей, которые мелькали на газетных страницах, но никто не акцентировал на них внимание. Этот проект тем и хорош, что мы расставили свои акценты, - это наша версия.
известия: Знание тех времен - это личный интерес или опыт, приобретенный на съемках "Следствие ведут Знатоки"?
Каневский: Я жил в это время, я был свидетелем всех этих происшествий, знал и по газетам и по телевидению, что происходит, и сам оценивал. Но сегодня появился другой взгляд. Мое участие в "Знатоках" с 1971 года, двадцать с лишним лет, тоже оказало влияние. Я полупрофессионально воспринимал новости. Думаю, что и у зрителя сейчас идет ассоциация с моим Томиным, который, как профессионал, разбирает криминальные дела с позиций сегодняшнего дня.
известия: Думаю, на это и был расчет. То, что вас ассоциируют с Томиным, не задевает?
Каневский: В этом проекте я все-таки Леонид Каневский. Но если и есть такое отношение - то не задевает. Я к Томину отношусь уважительно, потому что то, что мы делали с моими коллегами, я имею в виду Георгия Мартынюка и Эльзу Леждей, было абсолютно честно. Наверное, мы продержались столько лет на экране благодаря тому, что занимались не только криминалистикой и уголовными делами в чистом виде - погони, побеги, драки и выстрелы, - но еще и человеческими взаимоотношениями.
известия: Сейчас как раз все больше про погони и выстрелы рассказывают. Не много ли криминала на нашем ТВ?
Каневский: Да ужас! Ужас! Максимальный перебор "чернухи". Я, к счастью, все не смотрю. Столько ментов на экране - просто невозможно. Но в "Убойной силе" и "Улицах разбитых фонарей", например, играют замечательные артисты Костя Хабенский, Миша Трухин, вся компания хороша. Я их очень люблю.
известия: Кстати, в этих сериалах часто показывают сотрудников правоохранительных сил не с самой положительной стороны - они могут и выпить, и закон преступить. Ваши "Знатоки", напротив, были практически стопроцентно положительными героями.
Каневский: Мне кажется, неправильно показывать пьющего милиционера. Негативные качества можно найти у человека любой профессии. Даже врач может и пить, и вести себя скверно. Но есть такие профессии, которые не хотелось бы чернить. Думаю, что правильный взгляд на жизнь оперативников - в сериале "Каменская". Там есть благородные личности, замечательные типажи, жизнь. Есть человеческие отношения опять же.
известия: С другой стороны, преступников и бандитов современное ТВ все чаще превозносит. Даже у вас в программе я заметила, что о бандите Леньке Пантелееве вы говорите с некоторым уважением к его личности, к его характеру.
Каневский: По поводу Пантелеева. Тут не уважение и не восхищение. Тут грусть оттого, что человека, который прошел революцию, войну, время переломало, крутануло, заставило быть бандюгой. Он, безусловно, талантливый и мощный человек, превратился в совершенного оборотня. Мне хотелось показать, что это было издержкой катастрофически сложного времени, которое перемалывало людей, когда не каждый мог остаться человеком, а те, кто не смог, совершали жуткие поступки. А романтизацию бандитов в кино я бы назвал издержкой кинематографа. Даже замечательное американское кино прошло этот период. Там сейчас всякие картины снимают, но в первую очередь это человеческие истории, рассказ не о преступнике, а о человеке. В кинематографе, если ты хочешь сделать успешный фильм, должен быть романтический герой, за которым интересно следить, который вызывает сильные чувства. К сожалению, наши режиссеры больше направлены на то, чтобы возбудить чувства к отрицательным персонажам. Может, не нашли пока положительных.
известия: Кто позвал вас на НТВ?
Леонид Каневский: Программу придумали Дэвид Гамбург и Александр Жебровский. Они же предложили мне стать ее ведущим. Я прельстился тем, что проект "Следствие вели..." должен был стать не просто документальным фильмом, констатацией фактов. В программе факты передаются через мою интонацию, видно мое личное отношение к событиям, к людям, к тому времени, к той эпохе, которую я в общем-то знал. Мне это показалось интересным.
известия: Вы только ведущий или участвуете в подготовке сценария?
Каневский: К сожалению, в подготовке серий я участвую поскольку- постольку. Получаю сценарный план, стараюсь привнести что-то свое, что-то придумать в своем тексте. Меня же зритель воспринимает как автора, рассказчика, исследователя, который сам покопался в архивах. Но сценарии, конечно, я не пишу. Важно, чтобы зритель почувствовал мою интонацию. Допустим, первая серия была про директора Елисеевского магазина. Я знал этого человека, знал ситуацию, и у меня особое отношение. Это был мощный человек, которого подставили, и он остался пешкой в этом гамбите.
известия: В проекте 12 серий - 12 историй. Стало ли какое-то из дел для вас открытием, новостью?
Каневский: В общем-то нет. Конечно, я знал дела не так подробно и не в таком количестве версий. Есть очень много вещей, которые мелькали на газетных страницах, но никто не акцентировал на них внимание. Этот проект тем и хорош, что мы расставили свои акценты, - это наша версия.
известия: Знание тех времен - это личный интерес или опыт, приобретенный на съемках "Следствие ведут Знатоки"?
Каневский: Я жил в это время, я был свидетелем всех этих происшествий, знал и по газетам и по телевидению, что происходит, и сам оценивал. Но сегодня появился другой взгляд. Мое участие в "Знатоках" с 1971 года, двадцать с лишним лет, тоже оказало влияние. Я полупрофессионально воспринимал новости. Думаю, что и у зрителя сейчас идет ассоциация с моим Томиным, который, как профессионал, разбирает криминальные дела с позиций сегодняшнего дня.
известия: Думаю, на это и был расчет. То, что вас ассоциируют с Томиным, не задевает?
Каневский: В этом проекте я все-таки Леонид Каневский. Но если и есть такое отношение - то не задевает. Я к Томину отношусь уважительно, потому что то, что мы делали с моими коллегами, я имею в виду Георгия Мартынюка и Эльзу Леждей, было абсолютно честно. Наверное, мы продержались столько лет на экране благодаря тому, что занимались не только криминалистикой и уголовными делами в чистом виде - погони, побеги, драки и выстрелы, - но еще и человеческими взаимоотношениями.
известия: Сейчас как раз все больше про погони и выстрелы рассказывают. Не много ли криминала на нашем ТВ?
Каневский: Да ужас! Ужас! Максимальный перебор "чернухи". Я, к счастью, все не смотрю. Столько ментов на экране - просто невозможно. Но в "Убойной силе" и "Улицах разбитых фонарей", например, играют замечательные артисты Костя Хабенский, Миша Трухин, вся компания хороша. Я их очень люблю.
известия: Кстати, в этих сериалах часто показывают сотрудников правоохранительных сил не с самой положительной стороны - они могут и выпить, и закон преступить. Ваши "Знатоки", напротив, были практически стопроцентно положительными героями.
Каневский: Мне кажется, неправильно показывать пьющего милиционера. Негативные качества можно найти у человека любой профессии. Даже врач может и пить, и вести себя скверно. Но есть такие профессии, которые не хотелось бы чернить. Думаю, что правильный взгляд на жизнь оперативников - в сериале "Каменская". Там есть благородные личности, замечательные типажи, жизнь. Есть человеческие отношения опять же.
известия: С другой стороны, преступников и бандитов современное ТВ все чаще превозносит. Даже у вас в программе я заметила, что о бандите Леньке Пантелееве вы говорите с некоторым уважением к его личности, к его характеру.
Каневский: По поводу Пантелеева. Тут не уважение и не восхищение. Тут грусть оттого, что человека, который прошел революцию, войну, время переломало, крутануло, заставило быть бандюгой. Он, безусловно, талантливый и мощный человек, превратился в совершенного оборотня. Мне хотелось показать, что это было издержкой катастрофически сложного времени, которое перемалывало людей, когда не каждый мог остаться человеком, а те, кто не смог, совершали жуткие поступки. А романтизацию бандитов в кино я бы назвал издержкой кинематографа. Даже замечательное американское кино прошло этот период. Там сейчас всякие картины снимают, но в первую очередь это человеческие истории, рассказ не о преступнике, а о человеке. В кинематографе, если ты хочешь сделать успешный фильм, должен быть романтический герой, за которым интересно следить, который вызывает сильные чувства. К сожалению, наши режиссеры больше направлены на то, чтобы возбудить чувства к отрицательным персонажам. Может, не нашли пока положительных.
Читайте также
Комментарии
Поделиться:
Прямой эфир
