Любовь с пересадкой

"История любви" режиссера Даниэль Томпсон выходит в российский прокат. Главные роли в нем сыграли две звезды французского и мирового экрана - Жан Рено и Жюльетт Бинош. 20 и 21 января "Известия" опубликовали интервью с ними. Теперь рассказываем о самом фильме. Выпуская специально к Восьмому марта романтическую комедию с Жаном Рено и Жюльетт Бинош, российские прокатчики с простодушной хитростью назвали ее "Историей любви". В принципе ради кассовых сборов под тем же именем можно показывать девять из десяти фильмов, производимых мировой киноиндустрией. Между тем именно англоязычное название фильма - "Jat Leg" - позволяет в легковесном французском кино размытого жанра обнаружить некоторый смысл. Джет-лег, физиологическое расстройство организма, знакомо всем, кто на самолете преодолевал часовые пояса и перед посадкой прокручивал стрелки наручных часов то назад, то вперед. Пораженные джет-легом сомнамбулы натыкаются друг на друга во всех аэропортах мира, в том числе и в парижском аэропорту "Де Голль", в котором и разворачивается так называемая "история любви". Двое немолодых уже людей, мужчина и женщина, обживают терминалы, спят на лавочках, пьют кофе из бумажных стаканчиков, моют руки казенным мылом, попадают в комические ситуации и постоянно наталкиваются друг на друга во время вынужденного ожидания отложенных рейсов - пока не понимают, что встреча была не случайна. Но вот что интересно: засилье одноразовых вещей и предметов общего пользования, побудившее героя Эдварда Нортона из "Бойцовского клуба" взорвать собственный кондоминиум и начать подпольный террор, для персонажей "Истории любви" является едва ли не источником радости. Собственно, радость - основная эмоция при просмотре этой счастливейшей идиотской комедии. Радуешься, узнавая стандартные предполетные процедуры, припоминая собственное многочасовое сидение на жестких скамейках, случайных и неслучайных знакомых с других транзитных рейсов. Именно аэропорт стал для современного человека метафорой всех возможных счастливых перемен в жизни: вот полечу я туда, а там... Именно поэтому режиссеру Даниэль Томпсон было так важно выклянчить право почти весь фильм снять в аэропорту "Де Голль" - несмотря на строгости постсентябрьского режима безопасности. Собственно, идея даже не в том, что в аэропортовой сутолоке каждый отчаявшийся путешественник может найти свое счастье: сама эта неразбериха, сидение на баулах и мельтешение буковок на табло и есть величайшее счастье современного человека, который, потеряв работу во Франции, может запросто найти вакансию в Мексике и полететь туда с одним чемоданом и тремя заблокированными кредитками. Когда Жюльетт Бинош в "деголлевском" отеле забредает в пустой массажный кабинет и берет с полки духи, понимаешь: необходимость пользоваться чужими или ничьими вещами постепенно перестает быть причиной неудобства и становится нормой. И нечего тут взрывать кондоминиумы. Радость глобализации и одноразовости в "Истории любви" абсолютна, несмотря на то, что герои фильма вовсе не безродные космополиты современного образца, не яппи какие-нибудь, не молодые и не очень мобильные. Персонажи Рено и Бинош - люди старорежимные: шутят про полузабытую Розу Люксембург, ругают Интернет за то, что он не пахнет, цепляются за проверенную европейскую кухню и проверенную европейскую культуру. Но и они с неожиданной для себя радостью ныряют в интернациональный круговорот и с удивлением обнаруживают, что одноразовость и текучесть - это единственно возможный путь к обретению постоянства.