Мусульмане пустили кровь и раздали милостыню

С раннего утра у московской Соборной мечети собралась толпа празднично одетых мусульман. Всем им, и приехавшим на метро, и прибывшим на "мерседесах", приходилось преодолевать кордоны попрошаек, оккупировавших все подходы к мечети. Дежурившие в немалом количестве милиционеры вели себя спокойно и, наверное, по случаю праздника почти не проверяли документы у небритых брюнетов. Во время Курбан-байрама каждый уважающий себя мусульманин должен принести в жертву барана, козу, быка или верблюда. Из зарезанного животного готовится еда на всю семью, часть мяса жертвуют в пользу неимущих. Баранов резали и у Соборной мечети. Обреченных на заклание животных привезли в центр Москвы на двух грузовиках. Бараны жалобно блеяли и под нож идти явно не хотели. - Не жалко резать? - спросил я у молодого человека в кожаной куртке, представившегося Абдулом. - Лучше баранов резать, чем людей, - лаконично ответил тот. Абдул объяснил, что Курбан-байрам - это праздник гуманизма. Его история восходит к библейской легенде об Аврааме, пытавшемся принести в жертву Богу своего сына Исаака. Правда, у мусульман место Исаака занял другой сын Авраама - Исмаил. - Суть Курбан-байрама в запрете на пролитие человеческой крови, - продолжал Абдул. - Аллаху не нужна кровь и тело барана, животное режут только для того, чтобы напомнить Ему о людях. Баранов в итоге зарезали. Их туши довольно долго лежали в раскрытых дверях гаража мечети, вызывая восхищенные взоры голодных попрошаек. Им, кстати, Курбан-байрам принес наибольшую радость. В честь праздника мусульмане подают очень щедро, чем нищие с успехом пользуются. Шумная толпа разновозрастных цыган проникла во двор мечети и громкими голосами требовала денег. Периодически вся пестрая братия бросалась врассыпную: появлялся грозный мужчина в кожаной шапке, который сурово объяснял цыганам: "Здэсь не стойте, там стойте". Абдул цыганам денег не дал. Зато сунул сторублевку в руку благообразной старушке вполне славянской наружности. О себе он предпочел ничего не рассказывать, а на вопрос о национальности ответил просто: "Мусульманин". - О стариках надо заботиться, - многозначительно изрек Абдул и вынул из кармана еще одну сторублевку. - А ваши милиционеры обирают их так же, как и нас.