Здесь больше не танцуют

Лидер группы Альберт Альбертс постоянно работает с модным режиссером драматического театра Кириллом Серебренниковым. Ставит пластические речитативы, проясняющие смысл произносимых слов. То, что делает этот хореограф в собственной труппе, чистым танцем тоже не назовешь, хотя слов в постановках "Повстанцев" практически не бывает, а смысл затуманен так, что каждый зритель волен объяснять увиденное по-своему. Причем все трактовки будут правильными. Тела танцовщиков не хотят подчиняться ясным и простым траекториям. Рука вроде бы уже начала медленно подниматься вверх, но тут подкосились ноги, танцор брякнулся об пол - и вывернулся в самой немыслимой позе. Особенно замысловатыми получаются дуэты. Поддержки так хитроумны, что порой кажется, что в костюмы вшиты мощные магниты. Встречается и реквизит: например, нескладные манекены, забинтованные скотчем, тряпичное барахлишко или грампластинки. Но подсказок "про что спектакль" все равно не будет. Так же и с названиями, настраивающими на отрешенный и медитативный лад. В Центре им. Мейерхольда "Повстанцы" показали программу в двух отделениях - давнюю абстрактно-поэтическую и довольно крепкую постановку "Далеко, далеко..." и спектакль "Листья тел", номинированный на предстоящую "Золотую маску". Каждую одноактовку предварили пространным объяснением в программке: первый спектакль про ожидание грозы и первые раскаты грома, второй - про движения, "покидающие тело, как листья - ветви дерева". На сцене ничего такого не было, а танцовщики больше всего напоминали потерявшихся персонажей из ненаписанной пьесы. Впрочем, Луиджи Пиранделло, когда-то придумавшего этот литературный ход, "Повстанцы" не вспоминали. Зато в "Листьях тел" звучали обрывки песен Марка Бернеса, Леонида Утесова и Майи Кристалинской. Звуковик, похожий на монтажника из советских фильмов, налаживал аппаратуру прямо на глазах у зрителей, а танцоры пытались воскресить образы минувшего коммунального житья-бытья. У всех, за исключением печально удивленного клоуна Альбертса, получалось претенциозно и скучно. И непонятно до такой степени, что кто-то из зрителей даже принял спектакль за иллюстрацию к учебнику по отечественной истории. Наиболее истовых патриотов при виде корчей под "Темную ночь" брала оторопь. Наверное, в число нынешних "золотомасочных" номинантов "Повстанцы" попали именно за модную сегодня пластическую неопределенность. Справедливости ради надо заметить, что аляповатые "Листья тел" значительно уступали стильной и задумчивой фантазии "Далеко, далеко..."