Драка возле мольберта
Тому, что он делает, трудно подобрать строгие определения. Сценические фантасмагории полны визуальных парадоксов, туманная философия сдобрена лукавой насмешкой народных сказок. Сказываются и ранние увлечения - Надж понимает толк в хорошем трюке и умеючи пользуется цирковой магией. Два года назад хореограф-парадоксалист поразил Москву "Полуночниками" - причудливым иллюзионом по мотивам произведений Франца Кафки. Поразил до такой степени, что даже получил "Золотую маску" в номинации "Лучший зарубежный спектакль, показанный в России". В эти дни московская публика снова больна Наджем - в программу фестиваля NET вошли две его постановки, и Мейерхольдовский центр с трудом выдерживает осаду фанатичных поклонников диковинного франко-венгерского искусства. В пятницу и субботу труппа из Орлеана покажет "Войцека" - давнюю танцпьесу Наджа, с которой началась его европейская слава. А вчера в компании с танцующей актрисой Сесиль Тьеблемон и знаменитым перкуссионистом Владимиром Тарасовым Жозеф Надж исполнил свою очередную фантасмагорию - "Время отступления". Речь шла о вечном - о взаимоотношениях мужчины и женщины. И отступать ни ей, ни ему в сущности было некуда. Разве что в очень древние времена. Устав от череды перебранок и примирений, вечные супруги попытались сыграть в античную трагедию. Надели гипсовые маски, схватили сучковатые посохи, задвигались, словно фигурки в волшебном сундучке. Но оказалось, что и тогда все было похожим на то, что есть сейчас. Кто-то вел, кто-то подчинялся, и тому, и другому ситуация казалась несправедливой. Обида выражается по-разному. Вот на обшарпанном столе появились игрушки, он взял петуха, она - каменную глыбу, похожую на обезьяну. Хорохорству нет предела, кажется, эти зазнайки уже никогда не помирятся. Но общий язык, как ни странно, находится в нелепой тарабарщине, в косноязычной пластике (локоток к локотку, коленка к коленке), в свистящем дыхании (так втягивают и выталкивают воздух резиновые ежики) и в разливанном море звуков - от барабанного грохота до потустороннего шелеста (Владимир Тарасов, колдующий над ударной установкой, - не аккомпаниатор, а соучастник действия). Поводов для драки будет, конечно, чуть побольше. Надж и Тьеблемон изобразят наглядно, что значат "камень в душе", "хомут на шее" и прочие неподъемные тяжести - на каждый случай найдется своя акробатическая головоломка. Разобьют плафон светильника - и все увидят чучелко скворца, подвешенное вместо лампочки. Сотрут в порошок грецкий орешек - Надж любит огорошить публику многосмысленной метафорой. Но на самом деле в его спектакле все до наивного просто. Чудак в щегольском котелке и длиннополом пальто подойдет к мольберту и нарисует детскую картинку про "мир в семье" - домик с треугольной крышей и двух головастых человечков. Финальный танец неугомонные спорщики станцуют с куклами, очень похожими на них самих. Тема двойников давно волнует Наджа, а в его новой танцпьесе маленькие людские подобия могут стать кем угодно - и пугающим орудием для ворожбы, и просто симпатичными сувенирами. Прямая речь: Жозеф НАДЖ, хореограф: - Вы уже не первый раз в России. Меняются ли впечатления и влияют ли они на ваше творчество? - Чтобы почувствовать страну, необходимо прожить в ней длительное время. А я приезжал ненадолго. Но заметил, что ритм жизни в Москве становится все стремительней. Путешествуя, я многое беру на заметку, внимательно изучаю, наблюдаю, а затем использую в постановках. И в Москве заприметил кое-что чрезвычайно интересное, что непременно войдет в будущие мои постановки. Вчера, например, побывал в Музее современного искусства на Петровке. Увидел много любопытного - и в произведениях искусства, и в поведении людей, попавших в определенный контекст. Обстановка музея очень импозантна, посетители важно осматривают экспозицию. А в это время уборщица как ни в чем ни бывало делает свое дело - моет пол, вытирает пыль. Забавно. Только что гастролировали в Петербурге - я посетил Эрмитаж, заинтересовался древним искусством степных народов. Думаю, что это впечатление тоже послужит материалом для будущих работ. - Ваши спектакли перенасыщены смыслами, и каждый зритель видит в ваших находках что-то свое. Расстраиваетесь, если не угадывают того, что вы задумывали? - Хотел бы, чтобы мои спектакли были открыты для разных толкований. Но в каждой танцпьесе есть общее художественное видение, подсказки и "наводки". Но вот, к примеру, "Время отступления" дает повод для противоположных интерпретаций. Одни видят в спектакле пессимистическую историю, другие - счастливую. Думаю, каждый человек вкладывает в эти толкования свой личный опыт, свое восприятие отношений мужчины и женщины. А что вы думаете об этом?
