Снимок как улика

"Я могу фотографироваться с кем хочу или кто хочет со мной. Я не имею возможности и не хочу проверять по спискам ФСБ, с кем я фотографируюсь", - Владимир Путин, отвечая в Сочи на вопросы краснодарских журналистов, решил выбить почву из-под ног персонажей, пытающихся заработать на фотографической близости к президенту. Отчего их вряд ли станет меньше. Своими словами Путин себя с части снимков как бы убрал. Не с официальных, конечно. С тех, которые их обладатели пытаются привлечь в качестве "индульгенции" - сомнительную репутацию прикрыть или недостающие голоса на выборах добрать. Фотографироваться - часть президентской работы. Путин говорит, что себя в таком контексте оценивает как символ, а "использование элементов государственной символики государства всегда зависит от уровня общественно-политической культуры". Отказывать желающим заполучить снимок с "символом" чувствует себя не вправе. Самый смешной случай - недавний, владивостокский. Путин, не отказавший себе в удовольствии поплавать, в качестве сухопутного продолжения прогулки вышел на берег одного из островов залива Петра Великого. На берегу оказалась палатка, перед палаткой - семейство туристов. Глава семейства от такого морского явления вынужден был привлечь богатства русской лексики для выражения эмоций. Но "мыльницу" достать не забыл, так что теперь, наверное, где-нибудь в рамочке стоит раритет "мы купаемся с президентом". Самый несмешной - чуть постарше и родом из Перми. Фотография в городской газете вызвала бурю негодования со стороны правозащитников - на ней Путин запечатлен рядом с неким Владимиром Плотниковым. Справка, имеющаяся в распоряжении "Известий", гласит: "Плотников в 1990 году судим по обвинению в вымогательстве, получил шесть лет общего режима, отсидел два года. Авторитетен в криминальной среде, известен под кличками Плотник, Плот, Директор, занимался спортом (самбо и дзюдо)". - Понятно, что вместе они оказались случайно. Плотников решил так поднять свой "рейтинг", - говорит бывший начальник Управления по борьбе с организованной преступностью Пермской области Борис Сорокин. - Нет, конечно, Плотников - не вор в законе. Он авторитет организованной преступности. Каким был, таким и остался. И прежде, и сейчас многие вопросы решаются им с помощью криминала. По информации "Известий", аналогичное фото уже полгода украшает кабинет Плотникова, там же находится увеличенный фрагмент, на котором оставлены только два лица: президент и сам Плотников. Возможно, именно эту историю имел в виду Путин, говоря, что если даже кто-то из фотоперсонажей в чем-то замешан, президент тут ни при чем: "Он замешан, а не я". Процесс "заимствования" репутации действителен только в одном направлении. Но больше всего фото-Путину достается на выборах, причем повсеместно. Иногда фотографии с Путиным умудряются одновременно выдавать в качестве козыря чуть ли не все кандидаты. Первый и, кажется, последний судебный прецедент относится к лету 2000 года. Противники победившего на выборах губернатора Тверской области Владимира Платова подали в суд жалобу, в которой, в частности, сетовали на "неправомерное использование фотографии Путина В.В.". Жалобщики решили, что это - нарушение законов об интеллектуальной собственности и авторском праве, а также злоупотребление свободой массовой информации. Тверской областной суд с ними не согласился - в использовании фотографии с Путиным нет никакого "злоупотребления". С тех пор все кончается одинаково - не судом, а вяло вспыхивающей перепалкой. - От негодяев не спрячешься, не запретишь же фотографироваться, - сказал "Известиям" Александр Руцкой, вице-президент России в 1991-1993 годах. - Масса такого рода фотографий вместе со мной попадала в газеты и использовалась в корыстных целях. У меня в связи с этим был более негативный опыт, чем у Владимира Владимировича. Я считаю, что фото с государственным деятелем делается для того, чтобы сохранить память, а не для того, чтобы использовать как козырную карту. Кстати На самом деле фотография с "первым лицом" вряд ли может быть надежной индульгенцией. По крайней мере, маленькой Геле (Энгельсине) Маркизовой даже растиражированный на всю страну плакат с ее изображением на руках у Сталина (все вместе называлось "Спасибо Сталину за наше счастливое детство!") не помог. Отец Гели, один из руководителей Бурят-Монгольской АССР, был расстрелян, а девочка долгие годы провела в ссылке. А что вы думаете об этом?