Чемоданы закрываются

Нелепый вид, разукрашенная рожица, поднятый кверху палец - и публика твоя. Лицом в торт падает, пожалуй, каждый пятый клоун мира. Но действительно смешными бывают почему-то лишь единицы. Над секретами смеха бились многие - имена, эпохи и страны можно перечислять до бесконечности. На "Планете клоунады" проблема зачастую решалась настолько элементарно, что фестиваль вполне можно было бы переименовать в "Планету развлечений". Детские потехи, эстрадные пародии, музыкальная эксцентрика... Публика битком забивала залы практически на всех представлениях. Но тем, кто хотел вникнуть в философию клоунады, афиша предложила совсем немного - питерские "Лицедеи", российско-украинский "Микос", иркутский Театр пантомимы под руководством Валерия Шевченко... Популярные одесские "Маски" показали образчик площадного юмора, лихо замахнувшись на Шекспира. Давным-давно так же бесцеремонно расправлялись с серьезной литературой бродячие шуты и ярмарочные комедианты. В "Ромео и Джульетте" чтут традиции - действием заправляет троица популярных типов. Неунывающий пройдоха, томный чудак и вечно юная Мальвина-Джульетта (ее по старинной традиции тоже играет мужчина). Маска надежно защищает от многих перипетий, придуманных и реальных. Белые и рыжие клоуны четко делят мир на две непримиримые половины. "Микосы" раскололи каждую еще пополам, роли в квартете распределились по основным темпераментам. Меланхолик, холерик, сангвиник и флегматик не помирятся никогда. Главный герой - медлительный и нерасторопный верзила Паганель. Незащищенный и трогательный, несмотря на внешнее сходство с людоедом из детской сказки. Бывают, конечно, ситуации, когда и бедняга становится победителем, но это - как повезет. Клоуны норовят перевернуть жизнь вверх тормашками. Но чаще всего переворачивать ничего не надо - обыденность и так переполнена парадоксами и странностями. Лучше всего их подмечают "Лицедеи". Старшие мастера, начинавшие еще с Вячеславом Полуниным, "ставят" клоунское зрение молодым. Переводом с житейского на клоунский свободно владеют даже первокурсники "Лицедей-лицея" (кстати, единственного в стране учебного заведения, выпускающего театральных клоунов). Этюды и мимические зарисовки, придуманные будущими клоунами, хочется пересказывать во всех подробностях и нюансах. Черты и черточки людских характеров складываются в лицедейские маски. Робкий шаг, властный жест, удивленный взмах нарисованных бровей - нескольких масочных штрихов вполне достаточно для самых разных картин, будь то спор красавиц на дне морском или обед каннибала с визжащей головой на фарфоровом блюде. Выходит, и от страшного до смешного тоже рукой подать. Но только тогда, когда помнят о клоунском "чуть-чуть". Именно поэтому многую лицедейскую классику объяснить практически невозможно. Ведь что происходит в знаменитых "Синих канарейках"? Пьеро, Арлекин и Коломбина строят из себя уличных музыкантов, а один из них попросту подпрыгивает не в такт. Стоит ошибиться - получится бодрый правильный марш. Только совсем не смешной и не клоунский. А что вы думаете об этом?