Роман КОЗАК, художественный руководитель Театра имени Пушкина: "Мы живем во времена воинствующих дилетантов"

Театральный сезон завершен. Самый впечатляющий его итог - в Театре имени Пушкина. Всего за один год в отстающей прежде труппе изменилось многое. О том, как это произошло, художественный руководитель театра Роман КОЗАК рассказал корреспонденту "Известий" Елене ГУБАЙДУЛЛИНОЙ. - Как вы оцениваете прошедший сезон? - Мне даже странно, но получилось так, что все намеченное вышло практически день в день. Конечно, это связано не только с моей настойчивостью, но и с энергией людей, которых я встретил в этом театре - от директора до всех, кто отвечает за организацию процесса. Филиал театра в Сытинском переулке, как говорят многие, стал сегодня одним из самых интересных театральных адресов в Москве. Поменялся состав публики, что для меня особенно важно. То же происходит и на большой сцене - интерес повысился даже к спектаклям, появившимся до моего прихода. - Актуально ли для театра понятие "хит"? - Это чисто коммерческое понятие может иметь такое же отношение к театру, как и к фигурному катанию или, скажем, к кино. Но для искусства, на мой взгляд, это слово вообще не актуально. Когда художник задается целью сделать именно хит, у него вряд ли получится что-то художественное. Другое дело, что произведения становятся популярными, люди засматриваются на что-то. Существует и обратная связь: кто-то точит свой камень и получается хит в том понимании, о котором мы говорим. - Но у вашего театра появился и коммерческий успех. - Очень радует, что словосочетание "предварительная продажа билетов" наконец-то стало осязаемым. Билеты раскупаются быстро, почти всегда полный зал. - Сколько, кстати, стоят билеты? - На "Академию смеха" - 1000 рублей. Это не самая большая цена, знаю, что во МХАТе есть билеты и подороже. А самые дешевые билеты на галерку можно купить рублей за 30-50. - В "Академии смеха" играют звезды - Николай Фоменко и Андрей Панин. - Прежде всего они хорошие артисты, это не антрепризные приглашения. И с Паниным, и с Фоменко сотрудничество будет продолжено. На главные роли в спектакль "Черный принц", который я сейчас репетирую на большой сцене, приглашены Александр Феклистов и Оксана Мысина. Это только обогащает театр. И не за счет других: вывешены распределения на следующий сезон - занята почти вся труппа. Никого не уволил - это для меня принципиально. - Что ждет зрителей в будущем сезоне? - Начнем с премьеры по роману Айрис Мэрдок "Черный принц". Затем Владимир Петров выпустит водевиль "Татарин маленький" по пьесе Алексея Пояркова. Будет и классика - "Бесприданницу" Островского поставит Владимир Салюк. А на конец сезона намечена моя постановка по пьесе хорватского драматурга Матэ Матишича "Дети священника". Эксперименты и открытия - новых имен, пьес, жанров - продолжатся и в филиале. Туда приглашены в основном молодые режиссеры. Юрий Урнов в сентябре выпустит премьеру по новой пьесе Максима Курочкина "В зрачке" - действие будет происходить в женском зрачке. Марина Брусникина представит музыкально-ритмическое представление по пушкинским "Цыганам". Ведем переговоры с очень популярной сейчас Ниной Чусовой, надеемся, что что-то поставит питерский режиссер Юрий Бутусов, продолжим сотрудничество с Кириллом Серебренниковым. - Что привлекает и что отталкивает вас в других театрах? - Отталкивает глупость, примитивизм и некое приукрашивание пустоты. Театр сегодня хочет быть красочным, это естественно. Но хорошо, когда театрален театр, а когда театральна пустота - это ужасающе. А радует то, что все-таки появляются молодые интересные личности, своеобычно мыслящие, не чурающиеся знаний. Мы живем во времена воинствующих дилетантов. Но есть и режиссеры, и актеры, всерьез задумывающиеся, чем же все-таки они занимаются, в чем корни их профессии? Значит, еще не все потеряно. - Вы были в жюри "Кинотавра". Какие впечатления? - Ужасающие. Наше кино на чудовищном уровне. Существовало русское-советское киноискусство, потом возник огромный пробел, и кино как будто бы перестало развиваться. Уровень киноязыка, киномышления произвел на меня угнетающее впечатление. - Вы судили и "Золотую маску". Впечатления более отрадные? - Да. Может, некие художественные прорывы возникают в театре от того, что это занятие требует меньших финансовых и производственных затрат, меньшей индустрии. А наше кино не то чтобы безнадежно отстало, оно просто находится на другой планете - можно, наверное, его смотреть, и люди смотрят. Более того, даже кормятся этой едой. Но эта пища выводит все полезные вещества из организма. К сожалению, не ходил на Московский кинофестиваль - не смог по времени. Конечно, там совсем другой уровень, требования отбора гораздо выше. - На днях вы улетаете в Америку. - Еду преподавать мастерство актера. При Гарвардском университете есть театральный факультет, в котором участвует мхатовская школа. Поскольку я педагог Школы-студии, то преподаю американцам систему Станиславского. А мои московские студенты уже перешли на четвертый курс. Многие из них дебютировали в "Ромео и Джульетте". В других спектаклях будут заняты еще несколько студентов. Надеюсь, они пополнят труппу театра. А что вы думаете об этом?