Лиса, змея и лягушка

Отдельные свободные места зияли в партере и в амфитеатре, а галерка и вовсе пустовала. Тем не менее зрители аплодировали бурно, восторженно и долго. Судя по всему, на "Дейтон данс компани" пришли подлинные любители экзотики, способные поймать кайф только от жгучего темперамента темнокожих танцоров. Стремительная молотьба бедрами, лягушачьи прыжки, беспорядочные броски из стороны в сторону, змеиные выверты и вкрадчивые лисьи ползки последовательно переходили из композиции в композицию. В тревожном пульсирующем ритме танцоры страдали и философствовали. В более легкомысленном и расслабленном - затевали дискотечные пляски. Впрочем, с самого начала обнаружились некие странности, оказавшиеся, по всей видимости, ноу-хау знаменитой труппы из Огайо (ей уже четвертый десяток). Зачем, к примеру, неистовые босоногие плясуны обрядились в длиннополые камзолы и широченные юбки, да еще врубили на всю катушку ядреный джаз, пузырящийся скрипами, свистами, гудками и кваканьем? И почему вскоре одна счастливая плясунья ни с того ни с сего рухнула замертво перед изумленной толпой? Праздник внезапно превратился в похороны, а в абстрактном ненавязчивом балете наметился претенциозный сюжет. ("Путники" Дональда МакКейла и Рональда К. Брауна). Хореографическая туманность под названием "Аэродигма" в постановке Бебе Миллера затаила еще менее объяснимый эпизод. В конце затянутой и малопонятной композиции, вяло перебирающей дуэты, соло, квартеты и массовые танцы, вдруг выехала девушка на роликах. Скользнула из кулисы в кулису - балет и закончился, а что означало видение, никто так и не понял. Другая танцовщица "изъяснялась" более конкретно - Шери "Спаркл" Уильямс замахнулась на историю живописи. Сочинение хореографа Дуайта Родена "Часть картины большого размера" намекало и на "Черный квадрат" Малевича, и на тициановскую "Данаю", и на более ранние людские художества, включая изображения на камнях пещер и скал. Древние истоки угадывались и в танце. Порой казалось, что исполнители забывали о премудростях модерна, подчиняясь стихийным и диковатым порывам. Словно под ногами была не сцена, а жирная земля, над головами - не театральные софиты, а палящее солнце. "Дейтоны" с наслаждением подставляли под его лучи свои распаренные тела, двигаясь по-первобытному бесстыдно и радостно. Это был искренний, ликующий танец. А зрители волей-неволей закрывали глаза на многочисленные длинноты, повторы и прочие недостатки программы. А что вы думаете об этом?