"Золотые маски" обрели лица

Секреты номинаций Автор этих строк сам был в жюри "Золотой маски", и комментировать итоги фестиваля ему неловко: хвалить (или ругать) надо самого себя. Поэтому хочу поговорить не о самих лауреатах, а о тенденции - тем более что афиша "Маски" давала для этого основания. Некоторое время назад, когда оргкомитет разрезал основную номинацию пополам и премии стали присуждать за спектакли большой и малой форм, это решение критиковали. Говорили, что оно принято из конъюнктурных соображений - а теперь стало ясно, что за этим стоит проблема. В Москве малые сцены живы, провинция тоже привозит на "Маску" хорошие спектакли. И хотя здесь есть безусловный лидер (кто потягается с работами Фоменко?), ощущение живой жизни все равно остается. Зато большие сцены переживают кризис - это было видно даже несмотря на то, что нынешний "масочный" сезон оказался сравнительно удачен. Мхатовский "№ 13" доказал, что коммерческий спектакль может быть сделан на высоком уровне - и это не пустячное дело. Качественный театр становится архаичным искусством, он уходит в камерные помещения, отдавая большую сцену коммерческим поделкам, а Владимир Машков поставил вполне народный спектакль. Сергей Женовач принес в Малый театр современную режиссуру (до его "Горя от ума" дом Островского шарахался от нее как от огня); в "Сирано де Бержераке" Владимира Мирзоева возник самый неожиданный и убедительный Сирано последних десятилетий - спектакль стал большой удачей Театра Вахтангова. "Федра" Григория Дитятковского (БДТ) воскрешает высокий, торжественной строй классицистского театра. Додинская "Чайка" (МДТ-Театр Европы) захватывает свежестью трактовок и точностью деталей - главную "Маску" ей дали недаром. До совершенства каждому из этих спектаклей далеко. У "№ 13" проблемы с актерским ансамблем, в "Горе от ума" хороши не все роли. В "Сирано" есть только Сирано, "Федра" холодна, у "Чайки" большие проблемы с Аркадиной... "Война и мир" Фоменко, спектакль, победивший в "малой" номинации, безупречен, а о этих постановках такого не скажешь. Но они верно отражают и прошлые, и нынешний, да скорее всего и будущие сезоны. Здесь переплелось все - и смена публики (нынешний массовый зритель тяготеет к облегченным зрелищам), и то, что, обращаясь к большой форме, театр невольно дает петуха (это же, впрочем, можно сказать о литературе и кино). Речь идет об общей, неосознанной до конца трансформации культуры - экспертные советы и жюри будущих "Масок" наверняка будут испытывать затруднения, разбираясь со спектаклями больших сцен... Хочется верить, что это временное явление: вместе с театром съеживается и культура. Китеж все-таки не утонул Редко когда так случается, что практически невозможно съязвить над решением жюри. Все как предполагалось, так и дали. Лучший оперный спектакль - "Сказание о невидимом граде Китеже и деве Февронии" из Мариинки, по поводу которого каких только глупостей не писали. Лучший режиссер - поставивший его москвич Дмитрий Черняков. Признание этого факта, по-моему, очень важно и для самого жюри, которое возглавлял любимец московской публики Дмитрий Бертман, и для всей оперной Москвы, никак не могущей разобраться со своими державно-провинциальными комплексами, и для Мариинки, решившейся в свое время на рискованное сотрудничество с Черняковым. И остается этому признанию только радоваться. "Маску" лучшего художника в музыкальном театре "Китеж" совершенно ожидаемо проиграл "Щелкунчику" из той же Мариинки. Этот авторский проект Михаила Шемякина, представляющий собой набор необязательных телодвижений на фоне буйно-гротесковых и местами очень остроумных декораций, отчего-то был назван "балетом", хотя больше всего напоминал высокобюджетную инсталляцию. Ему бы самое место было, скажем, в номинации "Новация", куда сбрасывается всякая всячина, претендующая на новые пути в искусстве. Там бы он ни у кого никаких нареканий не вызвал. А оказавшись в общих списках по музыкальному театру, "Щелкунчик" как-то разом все собой заполонил и все критерии перевернул вверх ногами. В результате довольно глупо получилось, что "Китеж" награжден за режиссуру, но не за работу художника, хотя именно сценография (Черняков) и свет (Глеб Фильштинский) и делают этот спектакль явлением. По его световой партитуре студентов бы учить. А в результате тонкая, профессиональная работа Фильштинского даже никак не отмечена на "Маске", а вместо нее нам предъявлено в качестве ориентира раздольное шемякинское самолюбование - к тому же довольно сомнительного вкуса. Но ничего не поделаешь: Шемякин - хороший ньюсмейкер, публика от него заходится в детском восторге, его "Щелкунчик" - самая амбициозная работа Мариинского театра прошлого года и, наверное, самая удачная из всех амбициозных российских постановок последних лет (вспомним, например, "Войну и мир" Андрона Кончаловского в Мариинке или "Видения Иоанна Грозного" в Самаре). В общем, без "Маски" тут никак не обойдешься, хотя она в данном случае и не является демонстрацией гамбургского счета. С остальными победителями все просто. Лучший дирижер - конечно, Валерий Гергиев, чье скандальное поражение в прошлом году (тогда, напомню, "Маску" неожиданно для всех у него выиграл Владимир Понькин) стало одним из залогов его нынешнего успеха. Впрочем, главная причина его успеха - это все-таки не Понькин, а Вагнер, музыку которого Гергиев великолепно чувствует. "Маску" питерский маэстро получил за вагнеровскую "Валькирию", в которой он и впрямь неотразим. Остальные оперные "Маски" тоже достались Питеру. Приз за лучшую мужскую и женскую роли получили Евгений Акимов и Татьяна Сержан. Оба из маленького театра "Зазеркалье", из спектакля "Богема". Оба обаятельны, перспективны, тщательно работают, ответственно подходят к масочным гастролям, хорошо поют, красиво играют и являются счастливой находкой для жюри, которое всегда радо поддержать что-нибудь периферийное. Единственная номинация, где спасовали даже питерцы, - оперетта. Она на "Маске" была одна, "Граф Люксембург" из Новосибирска в постановке питерского режиссера Григория Дитятковского, но оказалась настолько плоха, что не выдержала конкуренции даже в полном отсутствии таковой. Жюри с прискорбием сообщило, что без лауреатов остались все опереточные номинации, кроме одной: приз за лучшую женскую роль - возможно, чтобы совсем уж не омрачать праздника - все-таки дали Ольге Титовой, сыгравшей роль комической старухи-графини. Опереточная дива поняла свою миссию очень серьезно и восторженно и, выйдя на сцену, не стала, как это принято, размениваться на благодарности родителям и постановщикам спектакля, а пожелала всем присутствующим ни больше ни меньше как процветания России. Cпор "современников" и "классиков" Итоги "Золотой маски" по балету практически совпали с большинством ожиданий и предсказаний. Лучшим спектаклем стала прелестная новосибирская "Коппелия", восстановленная Сергеем Вихаревым по архивным материалам. А легконогой Анне Жаровой, станцевавшей Сванильду, достался один из спецпризов жюри. Тем самым судьи исправили ошибку экспертов, проглядевших самую большую балетную женскую роль, представленную на фестивале. Правда, вторым спецпризом отметили роль самую маленькую. Солистку Мариинки Дарью Павленко наградили за Королеву снежинок в "Щелкунчике", оценив зловещую геометрию затеянной ею черной вьюги. Не обошли вниманием и главную исполнительницу этого спектакля - Наталия Сологуб (Маша) названа лучшей в номинации "Женская роль в балете". Премию в номинации "Лучший хореограф" получил руководитель Гамбургского балета Джон Ноймайер за триптих, поставленный им в Мариинском театре. Было бы странным, если бы живого классика обошел кто-либо другой. Странности обнаружились по другому хореографическому ведомству - современному танцу. В этом году современная танц-программа оказалась на редкость растянутой и неинтересной. На вопрос, как попал в "Маску" тот или иной косноязычный опус, эксперты отвечали, стыдливо опустив глаза. По большому счету, уровня этого главного театрального фестиваля был достоин только один данс-спектакль - "Взлом" Камерного балета "Москва", поставленный нидерландцем Полом Селвином Нортоном. Во "Взломе" есть и сумасшедший драйв мегаполисов, и математическая рассудочность, есть вечная игра манипуляторов и их жертв. Есть и оригинальные пластические репризы, дуэты и ансамбли, безупречно "выговоренные" артистами "Москвы". Но жюри решило по-другому, отдав предпочтение екатеринбургскому "Эксцентрик-балету". Видимо, эстрадный спектакль "Голос" ему наиболее понятен. А Камерному балету "Москва" одна "Маска" все же досталась. Ее обладателем стал заводной Роман Андрейкин - клоун, колдун, регулировщик и фокусник из "Взлома". Впервые за всю историю "Золотой маски" танцор-современник обошел своего коллегу из классического балета, да еще из самой Мариинки. Тем не менее Андриан Фадеев, солировавший в "Звуках пустых страниц", выступил вполне достойно. Видимо, награда обошла его по чисто организационным причинам. Танц-театр и балет - совершенно разные искусства. Но все танцоры почему-то до сих пор соревнуются в одной номинации. А что вы думаете об этом?