Обнародовать, чтобы предотвратить

- Сейчас трудно оценить важность этого решения. Оно создало уникальный прецедент. Произошла своеобразная революция в вопросе государственной тайны, - заявил "Известиям" Юрий Шмидт. Поводом пересмотреть отношение государства к своим тайнам послужило дело Александра Никитина. По мнению ФСБ, он изменил Родине при подготовке главы доклада "Северный флот - потенциальный риск радиоактивного загрязнения региона". Никитин собирал материал для норвежской экологической организации "Беллуна", которая, в свою очередь, собиралась использовать его на московской встрече "большой семерки" по ядерной безопасности в апреле 1996 года. Цель доклада - выявление источников загрязнения и поиск путей предотвращения возможной ядерной катастрофы на Севере Европы. Арест Никитина в феврале 1996 года вызвал негодование международных правозащитных организаций. За него вступились Amnеsty International, Human Rights Watch и другие. Европарламент принял резолюцию, где обратился к европейскому сообществу с просьбой содействовать освобождению Никитина. Сейчас бывший капитан на свободе. - В уголовном деле по обвинению Никитина в первое время расследования в качестве единственной правовой базы, а потом в качестве дополнительной, обосновывающей, что сведения из доклада "Беллуны" составляют государственную тайну, следствие использовало приказ Министерства обороны, - рассказывает Шмидт. - Приказ этот утверждал ведомственный перечень сведений, подлежащих засекречиванию в Вооруженных силах России. Мы с самого начала говорили, что приказ применять нельзя, поскольку он не опубликован для всеобщего сведения, как того требует Конституция. Кроме того, конкретные пункты, примененные к Никитину, выходят за рамки закона "О государственной тайне". Никитин был оправдан, на этом могла бы быть поставлена точка. Но он считает себя обязанным оплатить долги обществу, которое встало на его защиту. Перечни сведений, подлежащих засекречиванию, которые утверждают ведомства, должны быть основаны на перечнях, отраженных в законе "О государственной тайне". Целый ряд сведений в оспариваемом приказе этому требованию не соответствовал. Например, сведения о потерях военной техники и личного состава в военное и мирное время. Федеральный закон не относит их к гостайне, а Министерство обороны предпочитает секретничать. Все 10 пунктов, которые обжаловали Никитин и его адвокаты, признаны недействующими с момента принятия приказа.