Подписанный президентом закон об упрощенной идентификации клиентов страховщиков через банки в значительной степени облегчает онлайн-продажи. Кажется странным, что с телефона или ноутбука можно управлять своими финансами, покупать ценные бумаги, но при этом за полисом каско обязательно надо ехать в офис страховщика — требовалось лично предъявить паспорт. Упрощенная идентификация клиентов, которая разрешена банкам, управляющим компаниям, негосударственным пенсионным фондам с 2014 года, спустя два года после рассмотрения законопроекта в Думе, добралась и до страховщиков. Но, увы, не всех. Страхование жизни осталось за бортом.
А между тем именно здесь упрощенная идентификация нужна особенно остро. По опросам «Левада-центра» (организация включена в реестр НКО-иноагентов), две трети населения нашей страны вообще не делают сбережений и в критической ситуации не имеют никакой финансовой подушки. При этом, по опросам ВЦИОМа, больше половины так или иначе знакомы с разными финансовыми инструментами и даже готовы использовать их для долгосрочных накоплений. Если, конечно, государство гарантирует эти вложения, подобно банковскому вкладу, и даст равные условия для финансовых организаций.
Очевидно, что чем больше возможностей по созданию регулярных накоплений будет у людей, тем ближе мы будем к практике развитых стран: когда граждан не пугают мысли о выходе на пенсию, покупке квартиры или поступлении детей в вуз. Средняя годовая премия по страхованию жизни на душу населения в развитых странах в 2017 году — $1899, в России — $43, меньше, чем в Индии (54).
Страховщики сейчас активно разрабатывают простые, недорогие, массовые страховки для долгосрочных накоплений. Если человек хочет начать делать с зарплаты отчисления на будущую пенсию или образование детей, ему не надо для этого ехать в офис страховой компании или встречаться со страховым агентом, чтобы показать свой паспорт и идентифицировать свою личность. Большинство предпочтет сделать это удаленно. То же самое должно быть и с полисом страхования жизни.
Когда документ был только внесен в Госдуму, ограничений по этому пункту не было. Но правительство дало законопроекту негативный отзыв, ссылаясь на рекомендации 10-й международной организации «Группа разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег» (FATF). И депутаты, чтобы упростить путь документа, решили исключить страхование жизни, поскольку сохранение этой области требовало дополнительных нюансировок и согласований документа.
Впрочем, сами рекомендации FATF вовсе не так категоричны. Ее подход — риск-ориентированный: если угроза отмывания денег высока, то финансовая организация обязана проверить клиента, если нет — то упрощенная идентификация допускается.
Сама группа считает низкими риски незаконного вывода средств через договоры страхования жизни с ежегодной премией менее 1 тыс. долларов США/евро, пенсионного страхования без права переуступки, а также по «четко определенным и ограниченным по объему финансовым продуктам», то есть таким, где нет шанса или смысла отмывать деньги.
Убежден, что рекомендации FATF — не преграда упрощенной идентификации и онлайн-продажам в страховании жизни. Да и сама по себе упрощенная идентификация не означает анонимности. К примеру, в тех же единых базах данных (ЕСИА-Госуслуги, СМЭВ) содержится достаточно информации, чтобы проверить клиента.
Для введения упрощенки можно и нужно провести масштабную оценку рисков отмывания денег с привлечением страховых компаний. Они в своих продуктах значительных рисков не видят. Средний срок договора того же накопительного страхования жизни — 10 лет, для отмывания денег это попросту долго. Безусловно, государство при поддержке финансовых организаций должно бороться с этой проблемой. Но нынешняя ситуация скорее создает неравные условия для страховщиков и их конкурентов — НПФ и УК.
Автор — эксперт страхового рынка
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
