Всемирный банк в своем новом докладе указал несколько рисков для экономики России. Среди них — усиление санкций и слишком высокие темпы розничного кредитования. В связи с этим рост нашей экономики по итогам 2019 года может составить 1,2%. Давайте разберемся, так ли страшно то, на что указывает ВБ.
Двузначный темп прироста потребительского кредитования в России сам по себе не выглядит критичным. Проблема не в темпах как таковых, а в показателях достаточности капитала банковской системы РФ и уровнях просрочки. А она максимальная за 10 лет. При этом темп увеличения кредитования нефинансового сектора — на 50% ниже своих средних значений за последние 15 лет.
Достаточность капитала российской банковской системы в мае 2019 года составляла 12,2% по сравнению с 13,1% в январе 2017 года и 20,9% в январе 2010-го. Исходя из статистики, российская финансовая система сейчас готова к стрессам не лучше, чем перед началом финансового кризиса 2008 года. Иными словами, риски в банковской сфере есть, значимые, но не те, на которые указывает Всемирный банк в своем докладе.
В обзоре ВБ также говорится о потенциальной недостаточно эффективной реализации нацпроектов. Опять же, можно согласиться с предлагаемыми тезисами лишь частично. Готовность рынка инвестировать в развитие бизнеса значительно ниже своих долгосрочных средних значений и уменьшается дальше. Реализация государственных проектов зависит от внутреннего спроса на реальные инвестиции. Если этот спрос слаб, то государство оказывается один на один со спадом и, в этих условиях, регуляторы на уровне ведомств могут предпочесть не рисковать.
Но проблема не только в объективных факторах, ослабляющих эффект от мер государственного стимулирования. Есть и другие, которые представляются прямо связанными с проводимой экономической политикой. Реальные ставки межбанковского кредитования находятся сейчас на 15-летних максимумах. Недавнее повышение НДС разгоняет инфляцию, дестимулируя бизнес к инвестициям в развитие и в привлечение технологий. Параллельно происходит ужесточение контроля за сбором налогов.
Повышение пенсионного возраста ведет к снижению стоимости рабочей силы, что также выступает ограничителем для инвестиций в развитие производства и новые технологии. На Западе труд дорог, это стимул для развития технологий. У нас, под влиянием налогового маневра в ТЭКе, дорожает бензин на внутреннем рынке, а труд — дешевеет под влиянием пенсионной реформы. При этом будущее снижение средних зарплат и доходов потребителей в результате повышения пенсионного возраста увеличит риски банковского сектора, результатом станет повышение стоимости займов.
Санкции западных стран против России — это, прежде всего, финансовые рестрикции. Доля валютных кредитов банков в целом стабильна и составляет сейчас 21% против 25%, которые были до введения ограничительных мер. Банки не опасаются, что не смогут обслуживать валютные обязательства вследствие санкций. Они не повлияли на доходы ключевых отраслей, формирующих основной доход бюджета. Сдерживать рынок ограничительными мерами, как показывает долгосрочная практика, — занятие, не приносящее результата. Достаточно логично в связи с этим предположить, что слабость инвестиций и потребления в экономике РФ — это результат внутренней финансово-экономической политики.
Ухудшение ситуации на глобальных рынках — это значительный риск. Если экономика слабо отыгрывает внешний «позитив» на фоне «жесткости» внутренних условий, она, скорее всего, окажется под существенным давлением при ухудшении внешней конъюнктуры. Необходимо активное изменение внутренних экономических условий, для того чтобы темпы увеличения ВВП превысили прогнозируемые ВБ 1,2%.
Автор — финансовый аналитик
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
