«Гвозди» сезона: «Старый дом» обошел «Кинастона» и «Турандот»
В театральном центре «На страстном» в 17-й раз вручили малые и большой «Хрустальные гвозди» за лучшие спектакли ушедшего столичного театрального сезона. В течении года экспертная комиссия отсмотрела более 200 постановок, затем был составлен шорт-лист, из которого председатель СТД России Александр Калягин совместно с коллегами отобрал пять лауреатов — обладателей малого «Хрустального гвоздя».
Интрига вечера заключалась в том, кто же из них получит большой. На него претендовали «Кинастон» Театра Олега Табакова ( Евгений Писарев), «Вариации тайны» Московского ТЮЗа (Кама Гинкас), «Влюбленный Шекспир» Театра им. Пушкина (Евгений Писарев), «Старый дом» Центра драматургии и режиссуры, (Владимир Панков) и «Турандот» Центрального театра кукол им. Образцова ( Борис Константинов). Вечер обещал быть интересным и по сложившейся традиции максимально неформальным. Забегая вперед, заметим, что церемония запомнилась провокативностью, легкостью, юмором и тем обстоятельством, что главенствующую роль на церемонии занимала Ее величество сцена. Пока же гости не спеша собирались, пили шампанское, обменивались комплиментами, обсуждали Год театра и раздавали интервью.
Одним из первых приехал режиссер «Вариации тайны», народный артист России Кама Гинкас. «Известия» не преминули поинтересоваться, понравились ли ему другие работы.
— Я очень редко хожу в театр, и вообще он мне немножко надоел, — признался Кама Миронович. — Весной я предпочитаю смотреть не спектакли, а на девушек.
— Ну главную-то награду хочется или философски относитесь ко всем этим статуэткам?
— Философски я отношусь к жизни, причем уже лет 70. К наградам, похвалам и порицаниям — довольно скептически. Но замечу, что получить все-таки будет лучше, чем не получить, — заявил Гинкас.
Вскоре прибыл исполнитель главной роли в «Кинастоне», заслуженный артист России Максим Матвеев, который сразу стал центром притяжения журналистов и молодых актрис.
— Максим, теряемся в догадках: какой же спектакль вы пришли поддержать? — поинтересовались «Известия», и актер, на мгновение смутившийся, тут же принял правила игры.
— Слушайте, даже не знаю, — задумчиво произнес он. — Наверное тот, что ближе к сердцу. Почему-то сегодня это «Кинастон». Неожиданно, да?
— А вот среди лауреатов представлен «Влюбленный Шекспир». Не нравится спектакль или не близка эстетика худрука Театра имени Пушкина Писарева?
— Писарев? Не слышал, а что, есть такой режиссер? — Матвеев рассмеялся собственной шутке. — Знаете, все транслируют, что здесь сейчас какое-то соревнование происходит. Проще надо относиться. Я искренне порадуюсь как за Евгения Писарева, поставившего «Кинастон», так и за худрука Театра Пушкина, выпустившего «Влюбленного Шекспира».
Владимир Панков пришел на церемонию с сыном Ваней. Ребенок не задумываясь заявил, что главную награду получит отец, чем вызвал у него легкое смущение. Скромный режиссер — это что-то новое!
— Есть моменты, когда выделяют, хвалят, — заметил Владимир Панков. — Но нужно помнить, что успех — это опасность, и на подъеме быть еще более внимательным, чтобы не успокаиваться.
Свет в фойе погас, и гости прошли в зал наслаждаться вечером, подготовленным участником Студии SounDrama Павлом Акимкиным в соавторстве с Артемом Тульчинским и Романом Шаляпиным. Увлеченные идей «вечера для своих» авторы максимально убрали официоз, «уволив» традиционных для таких событий ведущих. Правила игры задавала 3D-проекция.
Поначалу актеры терялись и ждали, что их кто-то пригласит, но вскоре поняли, что надпись на проекторе с названием спектакля и есть приглашение. Сцена молчаливо ждала своих победителей. Выходили дружной компанией, сами брали цветы и грамоты, шли к микрофону и произносили короткие речи. Как и просила 3D-проекция: «Без высокопарности, слез, стихов и мелкобытового хамства».
Главную награду церемонии вручил доставщик еды, поинтересовавшийся, в тот ли «Старый дом» он попал. Таким образом большой «Хрустальный гвоздь» получил спектакль Владимира Панкова, поставленный в ЦДР.
— Мне кажется, что в театре очень важен дух, атмосфера, — сказала режиссер, после того как стихли аплодисменты. — Ребята, команда наша, наш театр, я говорю вам спасибо за этот дух. Сан Саныч, я хочу сказать огромное спасибо за ЦДР, за трепет, за веру в театр и за то, что вы всегда-всегда поддерживаете искренне. Вот как бы нам дожить до такого возраста и не растерять веру в театр.
Что ж, получилось, как и просили авторы вечера: без слез и идолопоклонничества. Ну или почти.
