Исповедь персоны: к юбилею Бергмана переиздана его автобиография
На русском языке переиздана автобиография Ингмара Бергмана Laterna magica, написанная шведским режиссером в 1986 году и ставшая в свое время сенсацией. С предельной откровенностью автор «Персоны» и «Седьмой печати» рассказал о своем драматичном детстве, отношениях с женщинами, конфликтах с коллегами по цеху… Треть века спустя эта книга воспринимается уже не как признание о наболевшем, но как готовый сюжет для бергмановского фильма.
Советское издание Laterna magica (под «магическим фонарем» имеется в виду кинопроектор) появилось почти сразу после шведского, в конце 1980-х, и давно уже стало библиографической редкостью, как и более поздние переиздания в составе сборников. Новый перевод Александра Афиногенова выполнила к 100-летию со дня рождения Бергмана. Сначала текст вышел под твердой обложкой — с названием «Шепоты и крики моей жизни», а позже в продаже появился «мягкий» вариант (книга датирована уже 2019-м). Заглавие там редуцировано до совсем уж примитивного «Моя жизнь».
Впрочем, эта безыскусность не отменяет главного: автобиография Бергмана — шедевр мемуаристики, который читается взахлеб, даже если вы равнодушны к кинотворчеству автора. Все дело — в обжигающей искренности и разрушении стереотипов. Свое детство режиссер описывает почти без идиллических мотивов — напротив, припоминает родителям, брату и сестре обиды и несправедливости. И мы сразу понимаем, из чего выросли многие бергмановские киносюжеты.
О подростковых годах Бергман рассказывает, не стесняясь подробностей: полстраницы посвящено лишению девственности с некрасивой 14-летней подругой — единственной в классе, кто готов был дружить с тощим нескладным мальчишкой; еще несколько страниц — признанию в юношеских симпатиях к нацистам: в 1930-х Бергман, приехавший по школьному обмену в Германию, был заворожен выступлением фюрера.
Шокирует и описание взрослых любовных отношений Бергмана: своих жен и подруг он бросал, невзирая на их чувства, болезни, появившихся детей. Причем в мемуарном изложении не видно раскаяния автора — скорее режиссер сетует на возникавшее у него иногда чувство вины как на помеху. В общем, Laterna magica — выразительное напоминание о том, что в собственной жизни художник далеко не всегда соответствовал тем нравственным идеалам, которые задает в творчестве.
Вместе с тем и по сути, и по форме автобиография ближе к художественному произведению, нежели просто к воспоминаниям — настолько она нестандартно выстроена и драматургически продумана. Рефреном проходит здесь тема детских переживаний: как в «Фанни и Александре», Бергман исследует душу ребенка, задыхающегося в атмосфере ханжества, грубости и нелюбви. Только в Laterna magica этот ребенок — он сам.
И становится ясно, что корень многих психологических проблем Бергмана, включая его жестокость по отношению к чужим чувствам и патологическую неверность, — в его детстве. Многие исследователи предполагают, что режиссер намеренно сгустил краски и что-то даже присочинил. Поверить в это сложно — насколько реалистично выглядят все описанные им эпизоды. Одно бесспорно: даже рассказывая о собственной жизни, Бергман оставался прирожденным сценаристом. И это его как личность характеризует ярче всего. Объявив о завершении кинокарьеры в начале 1980-х, Бергман не мог расстаться с кино и видел собственную жизнь только в свете «магического фонаря».
