В Сочи завершилась очередная большая Валдайская конференция. Большинству наблюдателей она, наверное, если и запомнится, то яркими высказываниями президента России и переживаниями за судьбу саудовского журналиста Джамаля Хашкаджи, который прежде бывал на валдайских конференциях.
У каждой успешной конференции всегда есть какой-то лейтмотив, какая-то нить, которая пронизывает все события, как-то всё связывает между собой. На 15-й конференции — на мой, естественно, взгляд — такой нитью, таким лейтмотивом стал доклад клуба «Жизнь в осыпающемся мире». И прежде всего потому, что многим он показался излишне мрачным и даже натуралистичным. Если мы живем в «осыпающемся» мире, рассуждали они, то, следовательно, мы живем в мировом здании, которое на наших глазах и, что важно, прямо вместе с нами обращается в руины.
Далеко не все упрекали авторов в излишнем пессимизме, поскольку полагали, что известный алармизм необходим, что лучше быть более тревожным и — в силу того — более осторожным. Ведь, в самом деле, никогда прежде люди не жили так хорошо. Мощь человечества поразительна, технологические умения уникальны. Вот, к примеру, в Европу перебрался миллион беженцев. И ничего не случилось. Даже если бы их было в пять раз больше, она бы всех прокормила, построила жилье, да так, что это еще и дополнительно простимулировало бы европейскую экономику. Более того, в целом человечество живет в мире уже несколько десятилетий. Да, случаются войны, есть конфликты. Например, на Ближнем Востоке или даже в Европе. Но всё же они сравнительно локальны и малокровны, хотя, конечно, никогда нельзя забывать, что жизнь каждого человека бесценна.
Но вот именно это благополучие и тревожит, потому что складывается впечатление, что многие политики, целые элиты с небывалым легкомыслием относятся к миру. Им кажется, что он настолько прочен, устойчив, что любые фокусы и глупости не сумеют поколебать эту устойчивость. Можно вводить санкции, объявлять торговые войны, грозить направо и налево. Более того, что — возможно, важнее всего — мы живем не просто в мире «фейковых» новостей, не просто в мире «постправды», а в чем-то вроде постгуманизма, в котором очертания реальности теряются окончательно. И вот в таком-то мареве ирреальности легко ненароком разрушить мировое здание, превратить его в настоящие руины, красоту которых, впрочем, возможно, будет некому оценить.
Примерно сто лет назад, когда Первая мировая война крушила тогдашнее мировое здание с помощью гаубиц крупного калибра и ядовитых газов, все, например, думали, что государствам и прочим нациям конец. Что единое всемирное человечество — неважно, капиталистическое или социалистическое — овладеет всем земным шаром, а единственной религией станет рациональный разум.
Но всё оказалось не так. По-прежнему государства правят бал, и нет никого важнее президентов, премьеров и даже королей, императоров и председателей. Никакого всемирного братства не наступило, наоборот, люди с большим упорством и рвением едва ли не истерически прячутся в свои национальные квартиры и готовы растерзать всякого, кто хотя бы косо посмотрит в сторону их этноса или нации. Еще удивительнее, что мы оказались свидетелями церковных расколов, причем таких, от которых могут произойти последствия не только духовного плана.
ХХI век еще в начале, на дворе только 18-й его год. Так сказать, пора совершеннолетия. И веку, и людям в нем придется прожить еще много лет. И чтобы эти годы можно было провести комфортно, и россиянам, и нероссиянам придется постараться. Нужна программа на ХХI век. И эта программа должна включать в себя несколько очень важных элементов, прежде всего правила поведения, причем для всех — и людей, и государств.
Один из важнейших вопросов: а что является самым важным в фундаменте мирового здания? Видимо — при всей их важности — это не технологии, даже военные, а культура, система ценностей и знаний, которая позволяет человеку действовать, принимать решения, соотносить себя с другими. Прошлый век научил людей, конечно, многому, хотя уроки обошлись дорого. Но процесс формирования культуры, которая необходима, чтобы жить в ХХI веке, не завершен. Споры идут яркие, но внятного ответа, а как должны соотноситься те или иные ценности между собой, пока нет. Кто человек прежде всего? Патриот? Верующий? Семьянин? Горожанин? Черный или белый? Должен ли он жить и работать на благо всего человечества? Для своей страны? Для своей семьи? На эти вопросы явного ответа нет. Для христиан, по идее, не должно быть разницы между «эллином» и «иудеем», но в реальности это не так. И потому — нет сомнений — и век ХХI будет исполнен компромиссов, а люди будут колебаться между бесчисленным количеством своих идентичностей, выбирая ту или иную в зависимости от обстановки.
Конечно, жить в «осыпающемся» мире непросто, еще сложнее одновременно сооружать новый, в том числе из руин старого. Но это возможно. Более того, при всех рисках, при всей вероятности неудач, есть и вполне недурные шансы на успех, на то, что будущий мир будет вполне приемлем и, быть может, даже еще комфортнее, чем современный. Трансформация культур приведет к совершенствованию навыков общежития, мы станем более умелы в общении с себе подобными. Технологии сделают жизнь здоровей, продолжительней и интереснее. Искусство мирового управления усовершенствуется, кризисы если и будут случаться, то последствия их будут не слишком разрушительны.
В общем, программа-то на ХХI век есть. Ну а что будет на самом деле, некоторые из нас увидят.
Автор — председатель совета Фонда развития и поддержки дискуссионного клуба «Валдай», декан факультета коммуникаций, медиа и дизайна НИУ ВШЭ, член Союза писателей
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
