Лунная дорожка: Третьяковка демонстрирует шедевры Куинджи
Вслед за ретроспективами Кабаковых и Ларионова Третьяковская галерея представила третий выставочный блокбастер сезона: «Архип Куинджи». Максимально простое название призвано подчеркнуть, что в основе здесь не кураторская концепция, а само искусство великого пейзажиста, отобранное сообразно ожиданиям широкой аудитории. Впрочем, это верно лишь отчасти.
Экспозиция, составленная исключительно из пейзажей, открывается «Березовой рощей» и завершается «Лунной ночью на Днепре» — двумя самыми узнаваемыми шедеврами художника. Но, помимо них, посетителям предстоит увидеть «совсем другого Куинджи» — новатора, экспериментатора, заглянувшего в будущее. Причем наряду с законченными произведениями Третьяковка демонстрирует предварительные штудии, обнажающие творческий процесс.
Третьяковская «Березовая роща» висит в окружении эскизов маслом (большинство — из собрания Русского музея). Сопоставляя их с финальным полотном, мы видим, как живописец искал идеальную композицию, приближая и отдаляя деревья, меняя их количество и расположение друг относительно друга, нащупывая оптимальную форму небесного проема на заднем плане... Вывод обескураживает: то, что кажется идеальным отображением реальности, на самом деле — плод фантазии.
Даже делая зарисовки с натуры (те самые эскизы), реалист Куинджи в своих крупных полотнах всегда преображал реальность. Безупречно владея ремеслом, виртуозно передавая мельчайшие нюансы освещения — солнечного и лунного, художник зачастую сознательно нарушал законы природы. На первый взгляд, в двух северных пейзажах 1870-х годов — «На острове Валааме» и «На Валааме» — нет ничего необычного. Но внимательный зритель заметит, что на заднем плане — глубокие сумерки, тогда как передний освещен достаточно хорошо. Это «нездешнее» свечение рождает иное, метафизическое звучание.
Та же метафизика — и в «Лунной ночи на Днепре». Хрестоматийная вещь из Русского музея висит в окружении трех авторских повторений (из Третьяковки, Белорусской и Симферопольской государственных картинных галерей) и трех эскизов, наглядно демонстрирующих, что было для автора главным: сопоставление двух цветов и передача эффекта сияющей в ночи водной глади. Один из набросков — «Лунный свет на воде» — вне контекста и вовсе может показаться супрематическим экспериментом XX века: черное поле рассечено зеленым прямоугольником с затухающими краями.
— Мы пытались создать новый, современный образ художника. И то, что мы увидели в процессе подготовки выставки, для нас самих было откровением, — призналась генеральный директор Третьяковской галереи Зельфира Трегулова. — Думаю, мы теперь изменим представление Куинджи в постоянной экспозиции.
Впрочем, никто не мешает просто наслаждаться красивыми пейзажами и воспринимать творчество Куинджи непосредственно. Для этого выставка подходит ничуть не меньше, создавая практически эффект 3D. В первом зале происходит погружение в царство зелени — со всех сторон зрителя окружают изображения деревьев, травы, листьев, играющих с лучами солнечного света; во втором разделе экспозиции дух захватывает от бескрайних морских и горных просторов. Наконец, последний зал раскрывает «Тайну ночи» (таково кураторское название).
Казалось бы, что может быть проще и очевиднее? Смена времени суток, русская природа… Но, как выясняется, зрители XXI века, избалованные превосходными фотографиями и видеороликами, хотят пройти этот нехитрый путь вместе с художником века позапрошлого. Очереди у Третьяковки уже стоят. И у нового проекта есть все шансы побить пресловутый успех выставки Серова. Автор «Девочки с персиками» показал нам мимолетное — человеческие эмоции, которых живут только миг. Куинджи рассказал о вечном.
