Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В Брюсселе и Буживале завершилась первая международная научная конференция, посвященная 200-летию со дня рождения Ивана Тургенева. В том, что мероприятие, организованное при научном партнерстве Института мировой литературы РАН, прошло вдали от России, нет ничего удивительного. Тургенев был самым известным русским писателем в Европе.

«Тургенев один из первых открыл удивленному Западу всю глубину, всю прелесть и силу русского духа», — писал Дмитрий Мережковский. Действительно, вклад, сделаный Иваном Сергеевичем, трудно переоценить. При его живом участии были переведены произведения Пушкина, Лермонтова. Гоголя, Толстого, Гончарова. Он лично договаривался с издателями, редактировал, вычитывал рукописи.

Одновременно Тургенев знакомил русскую читающую публику с большой французской литературой. Его стараниями в нашей периодике появились произведения Гюстава Флобера, Эмиля Золя, Альфонса Доде, братьев Гонкур. Тургенев не просто соединил Россию и Европу, он расширил культурное пространство. С его легкой руки русская литература стала мировым достоянием.

За Иваном Сергеевичем закрепился статус русского европейца. Кто-то готов приписать — и космополита. Хотя эти понятия далеки друг от друга, если не сказать, взаимоисключающи. Для Тургенева «европеизм» — это западничество при сохранении верности национальной традиции. Слепых подражателей, наследующих чужие ценности, он просто не воспринимал всерьез. Достаточно вспомнить, как иронично описан Созонт Иванович Потугин в романе «Дым»: «Да-с, да-с, я западник, я предан Европе; то есть, говоря точнее, я предан образованности, той самой образованности, над которую так мило у нас потешаются, — цивилизации, — да, да, это слово еще лучше, — люблю ее всем сердцем, и верю в нее, и другой веры у меня нет и не будет».

Принципиально иным представляется другой герой этого же романа — Григорий Литвинов, перенимающий в Европе новые знания, главным образом в области агрономии, которые он впоследствии реализует в своей практической деятельности на Родине. В чем-то похож на человека, приближенного к почве, и Федор Лаврецкий из «Дворянского гнезда». В отличие от Литвинова, он не получил европейского образования, но много путешествовал по Европе, подолгу жил в Париже. И вернулся на Родину, чтобы«пахать землю … и стараться как можно лучше ее пахать».

Были у писателя другие русские герои. Страстные, мечущиеся, скучающие среди европейских филистеров. Таков, например, Рудин, чья духовная энергия направлена на общественную жизнь, совершенствование законов и нравов, чему стремились посвятить себя лучшие умы просвещенной Европы. Весьма показательная смерть героя с красным знаменем на баррикадах Парижа. Не сумев реализовать себя на родине, он борется за права и свободы французов вместе с рабочими и ремесленниками.

Полемизируя с непримиримыми славянофилами, говорившими об опасности влияния европейской цивилизации на российскую, вплоть до нивелирования ее самобытности, Тургенев разъяснял: «Неужели же мы так мало самобытны, так слабы, что должны бояться всякого постороннего влияния и с детским ужасом отмахиваться от него, как бы он нас не испортил? Я этого не полагаю: я полагаю, напротив, что нас хоть в семи водах мой, — нашей, русской сути из нас не вывести. Да и что бы мы были, в противном случае, за плохонький народец!»

Испытание «западной жизнью» стало для Тургенева проверкой приверженности к национальному миру, языку, менталитету. В силу биографических обстоятельств и прежде всего прошедшей через всю его жизнь любви к французской певице Полине Виардо, за которой он следовал во Францию, Германию и вновь во Францию, писатель прожил почти три десятилетия за границей. Но он постоянно возвращался на Родину, вдохновлялся родной природой и русскими реалиями.

Путь русского европейца в его представлении — не просто быть потребителем западных технических усовершенствований (такова позиция варвара), а сотворцом ценностей, рождающихся в лоне общей христианской культуры. Таким и был Иван Сергеевич Тургенев, привившей Западу любовь к русскому слову. 

Автор — профессор, доктор педагогических наук, член Союза российских писателей

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

 

Прямой эфир