Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В процессе урегулирования сирийского кризиса начинается новый этап. Российское руководство приняло решение о частичном выводе вооруженных формирований из Сирии. С ИГ (деятельность организации запрещена в России) счеты сведены. Оно полностью разгромлено, хотя отдельные боевики расползаются по различным районам страны и объединяются с другими формированиями. И теперь на повестку дня выходит вопрос о том, как быть с другой организацией — «Джебхат ан-Нусрой» (деятельность запрещена в России) и сотрудничающими с ней группировками. Лежащий на поверхности ответ — уничтожать боевиков — на практике для некоторых мировых и региональных игроков не столь однозначен. И, более того, сомнению подвергается террористическая сущность этой организации.

Начавшееся наступление сирийской армии при поддержке российских ВКС на позиции боевиков в Идлибе вызвало резкую реакцию со стороны Анкары. При этом российское Минобороны сообщило, что беспилотники, атаковавшие несколько дней назад российские базы в Сирии, взлетели с территорий, за которые отвечают именно турецкие военные. Одновременно поступила информация, что в момент нападения за ситуацией вел наблюдение американский самолет-разведчик, о чем также сообщило российское военное ведомство.

При этом ранее Москве, Анкаре, а также Тегерану при посредничестве других игроков удалось добиться серьезного прогресса в урегулировании сирийского конфликта. Были созданы четыре зоны деэскалации, страну освободили от ИГ. Теперь в этом тройственном лагере наметились разногласия, способные замедлить позитивные тенденции.

Можно констатировать, что налицо сопротивление со стороны Анкары и Вашингтона тенденции, когда сирийская армия будет восстанавливать суверенитет на ранее захваченных территориях. И, по сути, корень проблемы в том, является ли «Нусра» оппозицией или же это террористы. У России на этот счет сомнений нет, но взаимопонимания по этому вопросу с Турцией и США на данный момент не хватает.

Другая проблема кроется в том, что Анкара по-прежнему выступает категорически против президента Башара Асада. Турки настойчиво гнут линию, что сирийские власти потеряли легитимность и не имеют права определять политическое будущее страны.

Всё это происходит аккурат в преддверии Конгресса сирийского национального диалога, который должен пройти в конце января в Сочи. И эти разногласия в стане России, Турции и Ирана создают благодатную почву для США, которые теперь могут начать раскручивать маховик противоречий.

В этой связи целый ряд реальных подвижек в решении кризиса увязан с тем, какую позицию займет Турция. Она может клюнуть на американские уловки и продолжить занимать столь же непримиримую позицию. Только поддержки со стороны США в будущем Анкара не найдет: Вашингтон делает ставку на дезинтеграцию сирийских территорий за счет поддержки курдов и их так называемого автономного региона на севере Сирии, а впоследствии — и на развал страны. Но что-то подсказывает, что к созданию такого образования Анкара, для которой сирийские курды стали своего рода красной тряпкой, едва ли отнесется положительно. А в связи с этим встает вопрос и о целесообразности сиюминутного союза турок с американцами. Другой вариант для Турции — пойти на смягчение позиции и ориентироваться на уже зарекомендовавших себя партнеров — Россию и Иран, а также принимать во внимание позицию арабского мира. Естественно, это требует определенной гибкости. Анкара — один из немногих игроков, которые ее пока не проявляли ни в каком виде.

Начало нового этапа в разрешении сирийского кризиса характеризуется тем, что развитие обстановки на поле боя значительно опережает политические процессы. А потому дипломатам надо нагонять военных. Кроме того, на ряд разногласий, которые откладывали в долгий ящик и замалчивали, теперь уже невозможно закрывать глаза. И самая большая проблема касается того, что эти разногласия охватили страны — участницы астанинского процесса. 

Автор — востоковед, советник посольства СССР в США в 1990–1992 годах, руководитель группы по Ближнему и Среднему Востоку

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

 

Прямой эфир