«Тельма» рассказала о трудностях взросления
В российский прокат выходит «Тельма» — меланхоличный, но не без жути мистический триллер норвежца Йоакима Триера («Громче, чем бомбы»), который приходится дальним родственником всемирно известному датчанину Ларсу фон Триеру. Скандинавские триллеры про маньяков уже стали главным экспортным брендом местных кинематографистов, но этот фильм вызывает в памяти скорее «Ребенка Розмари» Романа Полански и экранизации раннего Стивена Кинга. «Тельма» собрала прекрасную прессу на престижном кинофестивале в Торонто, а теперь отправилась защищать честь Норвегии на «Оскаре».
Тельма (Элли Харбоа) поступает в университет в Осло, впервые освободившись от чрезмерной опеки родителей, крайне набожных христиан. Общение со сверстниками вызывает у Тельмы чудовищный стресс. Однажды с ней даже случается эпилептический припадок. Девушка бьется в конвульсиях под пугающий аккомпанемент ворон, врезающихся в окно. Как ни странно, этот инцидент помог Тельме найти своего первого друга. Студентка Аня была среди тех, кто оказал ей помощь. Вскоре приступ повторяется, и оказывается, что быть рядом с Тельмой крайне опасно для окружающих.
Картину Триера можно назвать фильмом ужасов для тех, кто не любит фильмы ужасов. Сюжетная канва в общем вполне соответствует канонам, однако ни кровавых убийств, ни пугающих монстров под кроватью здесь нет и в помине. Как утверждает в интервью сам режиссер, в детстве он видел много жанровой классики вроде «Кэрри» Брайана де Пальмы (с которой «Тельма» до неприличия сходится в экспозиции) и, кажется, с тех пор ничего не пересматривал. Как трижды разбавленный травяной настой, его фильм имеет отчетливый, но уже слабый привкус некогда сильных впечатлений.
Есть тут и очевидное, правда, уже откровенно рациональное влияние Альфреда Хичкока, особенно в мощной сцене в недавно отстроенном оперном театре Осло («Тельма», к слову, стала первым фильмом, который снимался в этом грандиозном для пятимиллионной страны здании). Режиссер разговорных драм, Триер без стеснений демонстрирует, у кого учился держать саспенс, и учился он, надо сказать, хорошо. «Тельма» — мощный, томительный триллер о трудностях взросления, полный пугающих, хотя и весьма прямолинейных метафор.
Недолго думая, Триер рифмует переходный возраст с бассейном, что уже не ново (можно вспомнить «водную» метафору в «Свободном плавании» Хлебникова или финал «Оно» Митчелла), но всё так же безотказно. Комплексы и родительская гиперопека держат Тельму будто в загоне, не дают выплыть на широкий простор или встать на твердую почву. В одном из видений девушка буквально теряет ориентацию под водой и всё время упирается в стенку из плитки. Все навязанные ограничения были призваны контролировать ее темную суть, но вместо этого, напротив, провоцируют взрыв.
Инициация во взрослую жизнь обычно означает признание себя полноправным членом общества. В такого рода фильмах герой познает себя и мир вокруг, чтобы слиться с ним и стать его частью. Отработав «программу-минимум», «Тельма» идет дальше и поднимает совсем уж не подростковые проблемы. Благодаря ниспосланным откуда-то силам героиня получает возможность подстраивать реальность под себя, но, кажется, она так и не разобралась до конца, как эта реальность устроена. Тельму учили лишь подчиняться и терпеть. И теперь, даже обретя свободу и неконтролируемую власть над людьми, она только и может, что подчинять себе других. Насилие, как известно, порождает только насилие.
