Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Хади: «Референдум в Курдистане — прямая угроза для всего региона»

Посол Ирака в России — о последствиях плебисцита в автономном регионе
0
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Александр Казаков
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В Иракском Курдистане 25 сентября прошел референдум о независимости от Багдада. За отделение высказались почти 93% голосовавших. В интервью «Известиям» посол Ирака в России Хайдар Хади рассказал, чего руководство страны ждет от Эрбиля, как оно оценивает позицию Москвы, об инициативах Багдада по урегулированию конфликта и вероятности эскалации ситуации, а также о том, почему возможное использование вооруженных сил в Киркуке не нужно воспринимать как намерение Багдада инициировать войну.

— Курды проголосовали за независимость. Каких шагов стоит ждать теперь от Багдада? И чего Багдад ждет от курдов?

— Прежде всего хочу напомнить, что этот референдум прошел без согласия центрального правительства и в нарушение конституции Ирака, в написании которой курды принимали активнейшее участие. Руководство в Багдаде в этой связи заявило, что оно не признает итоги голосования и его законность. В этом оно имеет поддержку всех стран. ООН, Лига арабских государств также выступили против референдума и высказались в пользу диалога. Важные мировые и региональные игроки, такие как Россия, США, Турция, Иран, Великобритания, Франция, Пакистан и другие, заняли такую же позицию. Сейчас иракское правительство требует от Эрбиля, чтобы тот отказался от итогов референдума и начал консультации по преодолению разногласий. Хочу также подчеркнуть, что курды являются важной частью иракского общества и играют неотъемлемую роль в иракской политической жизни.

Пост президента занимает курд, бывший министр иностранных дел также был курдом, курды имеют различные посты в правительстве, посольствах и других структурах. В этой связи премьер-министр Ирака Хайдар аль-Абади указал, что меры, принимаемые сейчас Багдадом, направлены не против курдов, а против тех лидеров, которые поддерживали референдум и тем самым загнали Ирак в нынешний тупик. В частности, парламент Ирака принял постановления о передаче всех аэропортов и погранпереходов на территории Курдистана под контроль центрального правительства. К тому же среди политических сил самого автономного региона нет единства по поводу референдума. На днях жена бывшего президента Ирака Джаляля Талабани Херо распространила обращение (правда, пока точно не подтверждена его подлинность), в котором раскритиковала действия Эрбиля.

— Ранее парламент Ирака обязал премьера принять все меры, в том числе и военного плана, по восстановлению контроля над спорной провинцией Киркук. И, как заявил в этой связи «Известиям» официальный представитель главы правительства Саад аль-Хадиси, Хайдар аль-Абади не исключает такого развития событий. Не возникает ли угроза войны между Багдадом и Эрбилем?

— Нет. Багдад и Эрбиль тесно сотрудничали, чтобы покончить с ИГИЛ (деятельность организации запрещена в России. — «Известия»). Но в соответствии с конституцией премьер-министр Хайдар аль-Абади обязан защищать территориальную целостность Ирака и его безопасность. В этой связи использование вооруженных сил не надо воспринимать как желание инициировать войну. Наоборот, их возможное продвижение на спорных территориях позволит вернуть ситуацию к стадии 2014 года, то есть до наступления ИГИЛ. И принять такое решение — право премьер-министра, гарантированное ему конституцией.

— Россия, как известно, не признала итогов референдума и поддержала территориальную целостность Ирака. В то же время Москва выразила уважение национальным устремлениям курдов. Как вы оцениваете позицию Москвы?

— Для нас двойных толкований в данном случае нет. Я проводил переговоры [с главой МИДа] Сергеем Лавровым и [спецпредставителем президента России по Ближнему Востоку и странам Африки, замминистра иностранных дел Михаилом] Богдановым. На днях я побывал в российском МИДе, и там мне подтвердили полную поддержку Москвы центральному правительству, единству и территориальной целостности Ирака. Что касается прав курдов, то они гарантированы уже сейчас. У них есть своя автономия с президентом, премьер-министром, наделенная широкими полномочиями и привилегиями. И это наилучшая демонстрация отношения Багдада к курдам. А поддержку их прав со стороны России мы также уважаем, но понимаем, что речь не идет о тех случаях, когда процессы принимают антиконституционный оборот.

— Россия поддерживает тесные отношения с Иракским Курдистаном и сотрудничает с ним, в том числе в военной, экономической и других областях, естественно, с ведома и согласия Багдада. В свете прошедшего референдума ждут ли в Ираке определенных подвижек в российском курсе?

— Действительно, Россия традиционно выступает за усиление связей с Иракским Курдистаном, но это должно проходить в координации с Багдадом. Это непременное условие. Но никаких возражений против такого сотрудничества у нас нет. Более того, зачастую главы МИДов тех или иных государств в ходе визита в Ирак вначале посещают Багдад, а затем Эрбиль. Всё, чего мы, в свою очередь, хотим от курдского руководства, — это приверженности интересам своего народа как части иракского общества, многонационального и многоконфессионального.

— Допускаете ли вы, что Россия будет играть посредническую роль в нынешнем конфликте между Багдадом и Эрбилем?

— Хочу напомнить, что отношения между нашими странами длятся уже 73 года и распространяются на все сферы: военную, политическую, экономическую, культурную и др. Ирак — стратегический союзник для России на Ближнем Востоке, так же как и Россия — стратегический союзник для Ирака. При этом Багдаду сейчас необходимо справиться с попытками разделить страну и дестабилизировать тем самым регион. Ведь отделение Курдистана неизбежно приведет к плачевным последствиям на Ближнем Востоке. В этой связи сейчас мы нуждаемся в урегулировании другой проблемы: налаживании прямого диалога (между Багдадом и Эрбилем) без предварительных условий. При этом все действия наших курдских братьев должны отвечать положениям конституции и иракским законам.

— Вы указали, что решить проблему можно только путем диалога. Но в СМИ появились новости о проведении в ближайшее время совместных иракско-иранских учений на границе Иракского Курдистана. Как надо воспринимать эти маневры?

— Эти учения никак не связаны с референдумом. Они готовились задолго до него, и их проведение не несет в себе никакого сигнала.

— Кто в таком случае должен взять инициативу на себя, сделать первый шаг и начать диалог — Багдад или Эрбиль?

— Такой шаг уже сделан. Багдад призвал к диалогу. Но руководство Иракского Курдистана, к сожалению, не собирается отказываться от итогов референдума. Мы готовы к проведению переговоров с Эрбилем при отсутствии предварительных условий и отказе от обсуждения итогов референдума.

— Вы действительно считаете, что курды пойдут на это?

— Диалог в интересах курдов, а руководство Иракского Курдистана обязано эти интересы защищать. Так что мы надеемся, что в конце концов оно согласится на призывы центрального правительства принять участие в переговорах в Багдаде. В конечном итоге это будет способствовать стабильности Ирака.

— Как вы сказали, ни одна из стран не признала референдум в Курдистане. Вместе с тем была одна, которая его открыто поддержала. Это Израиль...

— Представляется, что Израиль не заботит единство Ирака и судьба курдского народа в той мере, в какой она беспокоит Багдад. В любом случае мы наблюдаем определенную нервозность в регионе. Турция, Иран, Сирия, да и сам Ирак отвергают итоги плебисцита. Хочется, чтобы руководство Иракского Курдистана задумалось о возможных последствиях и приняло во внимание позицию четырех важнейших для него стран. В целом можно сказать, что нашествие ИГИЛ представляло опасность, а референдум — прямая угроза для Ирака и всего региона. Время для него выбрали неудачное, а способ реализации — незаконный.

— США требовали от курдов отложить референдум и не признали его итогов. Но не секрет, что Вашингтон и Эрбиль связывают тесные отношения, распространяющиеся на самые разные области. Достаточно вспомнить, что американские военные советники находятся на территории Иракского Курдистана. Нет ли у вас опасений, что США на каком-то этапе изменят свою позицию и признают итоги голосования?

— Ирак и США связывают стратегические отношения. И официальная позиция действительно заключается в непризнании итогов референдума. Ее обозначил госсекретарь Рекс Тиллерсон. Надеюсь, что Вашингтон будет придерживаться ее, поскольку единство Ирака отвечает интересам американцев.

— Вы упомянули четыре страны, которые выступают против референдума. Это сам Ирак, а также Сирия, Иран и Турция. Каких шагов в Багдаде ждут от Дамаска, Тегерана и Анкары?

— Они уже выразили свое категорическое несогласие с его проведением и не признали его итогов. Хайдар аль-Абади провел телефонные разговоры с представителями Турции и Ирана и заручился поддержкой единства и территориальной целостности Ирака.

Прямой эфир

Загрузка...