Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Михайловский театр представил балет Победы

«Золушка» 1945 года в современной постановке сохранила ликующе-оптимистическое звучание
0
Фото: Пресс-служба Михайловского театра/Стас Левшин
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Михайловский театр открыл очередной балетный сезон премьерой «Золушки» Сергея Прокофьева. Главный балетмейстер Михаил Мессерер возобновил постановку Ростислава Захарова, созданную в 1945-м для Большого театра. Спектакль, где танцевали Галина Уланова, Ольга Лепешинская, Марина Семенова, вошел в историю как символ Победы и в современной версии сохранил свое ликующе-оптимистическое звучание.

Последние штрихи в партитуру композитор внес, когда в Москве гремели залпы праздничных салютов. Казалось, тяготы и горести остались позади, а впереди — только светлое безоблачное счастье, подобное тому, которого удостоилась, пройдя все испытания, героиня балета. Очевидцы вспоминали, что в зале сидели боевые офицеры в орденах и по-детски радовались хеппи-энду, случившемуся как на сцене, так и в их собственной жизни.

Современные интерпретации «Золушки» большей частью утратили ощущение ребяческого восторга перед еще неизведанным, но обязательно прекрасным будущим и погрузились в изучение негативных сторон бытия. Постановщики ссылались на неоднозначность музыки. В преувеличенно мощном бое часов слышали грозные удары, сметающие уютный довоенный мир, в прозрачном пианиссимо лирических адажио — ощущение контуженного, для которого окружающий мир пугающе нем, в стремительном, совсем не бальном вальсе — безоглядное стремление к любви наперекор смерти.

Спектакль-праздник, поставленный Ростиславом Захаров, тихо ушел в прошлое, с чем не смогла согласиться михайловская команда во главе с режиссером мультимедиа Глебом Фильштинскиим и хореографом Михаилом Мессерером. Последний хорошо знал Захарова и помнил, как тот переживал по поводу своего детища: считал, что, если его подчистить, обновить, он проживет еще много лет.

Мессерер, который уже зарекомендовал себя мастером обновлений (на его счету реинкарнация таких шедевров советского балета, как «Пламя Парижа» и «Лауренсия») сохранил стилистическую завершенность захаровской «Золушки», а Фильштинский при всем уважении к оригиналу учел требования текущего времени. Другими словами, соавторы сделали всё, чтобы новая старая сказка стала настоящим семейным спектаклем и ее с равным удовольствием смотрели и бабушки, и внуки.

Визитной карточкой спектакля можно считать на редкость удачное сочетание доброй балетной старины и современных сценических технологий. Визуальные компьютерные эффекты мирно сосуществуют с традиционными костюмами и реквизитом. Занавес с изображением часов не раздвигается, а растворяется на глазах у зрителей, открывая камин, полки с расписной посудой и фамильные портреты на стенах — декорацию, задуманную соавтором Захарова, художником Петром Вильямсом. Безупречно классические танцы Весны, Лета, Осени и Зимы, одаривающих Золушку бальными аксессуарами, разворачиваются в прелестной видеошкатулке с соответствующем антуражем в виде солнечного света, хлопьев снега или падающих листьев. А в кульминации героиня, подгоняемая ударами часов, бежит по залам, лестницам и коридорам виртуального дворца, мелькающего на огромном, во всю сцену экране.

Роль Золушки в новой постановке в очередь исполняют две примы Михайловского — Анастасия Соболева и Анжелина Воронцова. Автор этих строк видел спектакль с участием последней и был впечатлен не только изяществом ее танца, но и тем, что Борис Пастернак в письме к Галине Улановой назвал «чудесной и победительной силой детской, покорной обстоятельствам и верной себе чистоты». Что касается оркестра, ведомого маэстро Павлом Сорокиным, то ему хорошо бы над чистотой поработать — соло и ансамбли духовых, придающих прокофьевской музыке специфическую прелесть, нуждаются в шлифовке.

Прямой эфир