Алексей Плюснин: «ПроТоАрт» возможен только в Питере»
В грядущие выходные ЦВЗ «Манеж» в Санкт-Петербурге станет площадкой фестиваля «ПроТоАрт», цель которого — показать возможности современной художественной импровизации в самых разных формах. Экспозиционное пространство «Манежа» будет разбито на мозаичные составляющие «ПроТоДети», «ПроТоТанец», «ПроТоТеатр», «ПроТоСлово», «ПроТоНаука», «ПроТоМузыка», «ПроТоКино», «ПроТоЖивопись». С арт-директором фестиваля Алексеем Плюсниным встретился корреспондент «Известий».
— Вы были организатором нескольких известных московских и петербургских фестивалей. В чем вы видите принципиальное отличие «ПроТоАрта» от других ваших проектов?
— Идея объединить представителей разных жанров искусств не нова. Но «ПроТоАрт» — это уже не просто фестиваль как показ отдельных начинаний. Это один общий проект, в котором различные уникальности соединяются в единое действо, подчиненное общей идее, стилистически выверенное и дисциплинарно упорядоченное.
— По каким критериям вы приглашали участников и формировали пространства?
— У «ПроТоАрта» нет единого автора или руководителя, это продукт коллективного труда, в котором каждый выполняет свою четко очерченную роль. При этом мы не вмешиваемся в контент каждого проекта и участника. Художник разрабатывает решение в своей сфере, музыканты в своей, а танцоры и театр — в своей.
— Что в вашем понимании современная импровизация и каким образом ее направления можно разместить в отдельно взятом пространстве?
— Собственно, «ПроТоАрт» и есть ответ на ваш вопрос. Он весь об импровизации. Он так и называется «ПроТоАрт – Импровизация». Если Бог даст, то в следующем году будет «ПроТоАрт – Композиция», а потом, например, «Коллаборация» или «Комбинация». И так до «Революции» через «Эволюцию».
— Вы были знакомы с Сергеем Курёхиным. Мне кажется, что «ПроТоАрт» отчасти звучит в унисон с его импровизациями разных форм. Что вам удалось перенять?
— Вы правы, Сережино влияние очевидно. И дело не в том, что я был с ним знаком и даже участвовал в концерте «Поп-Механике» в ЛДМ, куда он меня пригласил через час после знакомства в квартире нашего общего приятеля на Светлановской площади. Помню, мы говорили о Pere Ubu (американская арт-панк-группа, известная в то время не слишком широкому кругу любителей «альтернативы». — «Известия») и я был удивлен, что он о них знает. Обычный снобизм коллекционера виниловых пластинок (смеется).
Дело в том, что масштаб и влияние личности Курёхина на культуру города, да и всей страны было и есть огромно. Сергей воплощал многие идеалы и концепты. Он притягивал как магнит и заряжал как аккумулятор. С уходом Курёхина образовался кратер, который надо теперь заполнять нам. Тем, кто остался.
— Считаете ли вы, что петербургская система организации фестиваля принципиально отличается от любой другой?
— На мой взгляд, подобное мероприятие возможно только в Питере. Дело в том, что архитектурный центр города был построен очень быстро, и всё, что прирастало к нему, позже становилось дополнением к некому ядру, которое заложил царь Петр и продолжила Екатерина Великая. Большинство европейских городов росли многие сотни лет, а молодой по градостроительным меркам Питер был фактически сформирован за каких-то 50 с лишним лет. Он монолитен, суров и красив неподражаемой северной красотой. Тут происходят политические и социальные события, похожие на кино, а городские кварталы напоминают театральные подмостки, за событиями в которых наблюдает вся страна.
— Существуют ли западные фестивали, которые вы считаете эталонными? Можно ли сказать, что вы подсмотрели что-то у уже имеющихся брендов?
— В мире масса замечательных фестивалей, от чопорных, проходящих в лондонском районе Соуф-Бэнк, до футуристического американского Burning Man, от ускоренных вечеринок на Ибице до продвинутого Systo. Но «ПроТоАрт» — не совсем фестиваль. Вернее, он и фестиваль, и спектакль, и эксперимент, и исследование. Мы сами пока не очень представляем, что же это такое.
— Насколько государственные структуры лояльны к подобного рода новаторским идеям?
— Никакого вмешательства в художественный контент мероприятия мы не встречали. Представители госструктур занимаются предписанными им законом функциями. Тем не менее согласование проекта — это огромный труд. Его юридическая и финансовая составляющие строго контролируются и проверяются. Но, как я уже сказал, мы — большая команда специалистов в самых разных областях деятельности, доскональное понимание которых поможет нам в достижении результата.
