За облик новых кладбищ ответят архитекторы
Поправки в закон «О погребении и похоронном деле в Москве», ужесточающие требования для установки надгробий, вызвали неоднозначную реакцию в обществе. Отныне памятник нельзя будет поставить без подробного описания проекта с линейными замерами, предоставления досье на работников и документов, подтверждающих безопасность используемых материалов. О том, как новые правила изменят внешний вид кладбищ, будут ли сносить надмогильные сооружения, не вписывающиеся в архитектурный ландшафт, и зачем нужны похоронные агенты в моргах, «Известиям» рассказал директор ГБУ «Ритуал» Артем Екимов.
— В Москве изменился порядок установки надгробных сооружений — правила ужесточились. При этом в постановлении столичного правительства сказано, что администрация кладбища может отказать в установке памятника, если он не соответствует общему виду некрополя. С чем связаны нововведения?
— Постановление правительства Москвы скорее разъясняет ранее существовавшие нормы и уточняет трактовки. Теперь в документе четко прописан алгоритм получения разрешения, например, на установку памятника. Срок выдачи разрешения — четыре дня с момента обращения. Это сделает процедуру прозрачнее. Ранее для установки требовали такой же пакет документов, но это нигде не было прописано. Администрация кладбища могла потребовать их, а могла и нет. Единых правил не существовало.
Апофеозом нерегулируемого хаотичного рынка установки надмогильных сооружений и конкурентной борьбы стала массовая драка на Хованском кладбище. Для «белой» организации, которая занимается мемориальными услугами, не составит труда предоставить пакет нужных документов.
— Для организации, может быть, и не составит. Но не слишком ли много сил и времени это отнимет у человека, потерявшего близкого?
— Надгробные сооружения ставят через год после похорон. Сильный стресс уже позади, человек действует осознанно. При этом вместо родственника по доверенности может действовать другое лицо. Также человек может самостоятельно установить памятник — в этом случае документов нужно меньше.
— Неужели есть люди, которые самостоятельно устанавливают надгробия?
— Да, но их очень мало, до 5%. Установка надмогильного сооружения — это пусть и примитивные, но строительные работы. Нужны заливка фундамента, погрузо-разгрузочные работы, гравировка. Труд требует профессиональной компетенции, поэтому более 90% привлекают профессиональные организации.
— Какие памятники заказывают чаще всего?
— В основном спрос на классические стандартизированные формы в черном цвете из отечественного или китайского гранита.
— А ставят необычные памятники?
— Об экзотике можно говорить, когда площадь надмогильного сооружения превышает нормы. По правилам памятник имеет ограничение по высоте, это регулируется постановлением правительства. Около 20% жалоб, поступающих к нам, связаны с мемориальными услугами. Часто жалуются на действия соседей: кто-то установил слишком большое надмогильное сооружение или заступил на чужую территорию.
— На каких основаниях администрация кладбища может отказать в установке памятника?
— Это неполный комплект документов. Случай, когда заявитель не является лицом, ответственным за захоронение или его представителем. Несоответствие размеров надмогильного сооружения месту захоронения.
— В новых правилах указано, что памятник могут запретить устанавливать или даже снести, если он не соответствует архитектурному решению кладбища.
— Только при наличии этого архитектурного решения. Эта норма отложенного действия — пока у действующих кладбищ такого решения, утвержденного на городском уровне, нет. Это норма на будущее.
— А возможен ли снос ранее установленных памятников, которые не впишутся в архитектурное решение?
— Памятники сносить никто не собирается. Даже при возникновении спора, когда появятся официальные архитектурные решения, демонтаж возможен только в судебном порядке. На данном этапе мы учим сотрудников контактировать с родственниками, ответственными за памятник, и стараться решать всё вне судебных разбирательств. С памятью нужно обходиться в любом случае тактично. Прецедентов сноса надгробий не было.
— Когда появятся архитектурные решения кладбищ?
— Разработка займет несколько лет. Все новые кладбища будут иметь архитектурно-планировочные решения. Всё это будет обсуждаться и утверждаться Мосархитектурой. На старых осуществить это очень сложно, — они формировались хаотично. Например, что взять за основу на Ваганьковском кладбище — памятник Соньке Золотой Ручке или Высоцкому? Переосмысливать структуру старых кладбищ, конечно, не будут.
— Еще одно нововведение на рынке ритуальных услуг — присутствие агентов ГБУ «Ритуал» в моргах. Что это дало?
— Наши агенты присутствуют в 36 моргах столицы, оказывая весь спектр услуг. Вынужденный посетитель патологоанатомического отделения, родственник умершего или взявший на себя обязанности по погребению, может сразу заказать у официального агента комплекс ритуальных услуг: от сопровождения на кладбище до выбора места захоронения. В среднем, если говорить и о больничной, и о домашней смертности, в моргах наши агенты обрабатывают треть (27–30%) заказов.
— Эти меры помогли сократить долю «черных агентов»? Год назад вы сообщали «Известиям», что им принадлежит около 70% рынка ритуальных услуг.
— Когда мы пришли в морги, вокруг были «черные организации», которые приезжали «на плечах» несчастных родственников. Но наши усилия принесли результаты. За два года доля ГБУ «Ритуал» увеличилась с 4 до 20%. Кроме нас на рынке работают и другие «белые организации». Поэтому, несомненно, для «черных агентов» рынок сузился.
