Обыкновенный фашизм: как гитлеровцы проводили геноцид советского народа
85 лет назад гитлеровские оккупанты устроили первые гетто на советской территории. Нашествие Германии началось с карательных акций, и попыток организовать бесчеловечную систему на покоренной (как им казалось — навсегда) территории. Подробности — в материале «Известий».
«Мы имеем право быть жестокими»
30 марта 1941 года, выступая перед генералами вермахта, Адольф Гитлер заявил, что война с Советским Союзом, которая скоро начнется, будет «борьбой на уничтожение», а залогом победы в ней станет безжалостная решимость убивать. Начальник Генерального штаба Франц Гальдер подробно законспектировал эту речь: «Мы обязаны истреблять население, это входит в нашу миссию охраны германского населения. Нам придется развить технику обезлюживания. Если меня спросят, что я подразумеваю под обезлюживанием, я отвечу, что имею в виду уничтожение целых расовых единиц. Именно это я и собираюсь проводить в жизнь. Грубо говоря, это моя задача. Природа жестока. Следовательно, мы тоже имеем право быть жестокими. Если я посылаю цвет германской нации в пекло войны, без малейшей жалости проливая драгоценную немецкую кровь, то, без сомнения, я имею право уничтожить миллионы людей низшей расы, которые размножаются, как черви».
По изуверской расовой теории нацистов евреям отводилась роль «недочеловеков», подлежащих уничтожению. Участь славянского населения немногим отличалась от еврейской: частично их ожидало порабощение, частично также уничтожение. Политика устрашения, которую гитлеровцы собирались вести на оккупированной территории, предполагала зверское уничтожение мирного населения — всех, кто проявляет непокорность. В первую очередь под удар попадали коммунисты и их близкие, командиры Красной армии и их семьи — все, кого подозревали в участии в сопротивлении. Разумеется, никаких расследований они не проводили. Оккупационная политика оборачивалась неконтролируемыми расправами. В первые недели войны немцы, свято верившие в победный сценарий блицкрига, не заботились о том, чтобы установить на оккупированной земле какое-то подобие зверского, но предсказуемого порядка. Массовые расстрелы совершались стихийно, как и кровавые расправы над женщинами и детьми. Как правило, эти преступления совершались из банальных воровских целей. Оккупанты присваивали собственность убитых и арестованных.
Первое гетто
13 июля 1941 года немцы заняли райцентр Усвяты в Псковской области, неподалеку от границы РСФСР и Белоруссии. В этом городке и его окрестностях проживало около 500 евреев. Из двух школ в Усвятах одна была «с еврейским уклоном»: там, помимо других дисциплин факультативно изучали идиш. В первый день оккупации гитлеровские власти приняли решение организовать в Усвятах гетто — первое на советской территории.
Всех евреев старше 13 лет под страхом смерти обязали носить нарукавную повязку с желтой шестиконечной звездой. Для гетто отвели несколько улиц неподалеку от озера Усвятского. 80 домов, из которых постарались забрать всё ценное. Там для 550 человек началась жизнь за колючей проволокой. Еду они не получали, приходилось побираться, обменивать на хлеб вещи... Выходили за пределы гетто только под прицелами конвоя — на принудительные работы. Немцы со свойственным им педантизмом использовали жителей гетто в своих интересах.
Существовала и такая циничная практика: под страхом побоев узников гетто заставляли выполнять заведомо бессмысленную тяжелую работу, например перетаскивать бревна с одной улицы на другую и обратно, выкапывать и закапывать траншеи. Моральное унижение шло в ход ежедневно. Пытались «отличиться» и местные пособники нацистов: они следили за гетто, они же за мзду помогали узникам в приобретении дров и продуктов.
Осень стала суровым испытанием: люди страдали от голода и болезней, а врачей в гетто не было. Выжить им помогали жители Усвят, оставшиеся по ту сторону колючей проволоки. Сохранились такие воспоминания: «Одна местная жительница, получив корову от еврейской семьи, обязалась каждый день приносить им молоко в гетто. И она действительно это делала, что сыграло решающую роль в спасении этой семьи в действительно голодные декабрь 1941 – январь 1942 годов. Были случаи, когда помогали евреям гетто в пропитании и безвозмездно».
Всё, что имело отношение к «еврейскому вопросу», находилось в ведении СС. На вершине этой пирамиды пребывал Генрих Гиммлер, который лично следил за тем, как проводились карательные операции на советской территории, как используется труд порабощенных людей в гетто.
Сопротивление продолжалось
Осенью во всех оккупированных областях начались немецкие карательные операции. Для жителей гетто это означало смертный приговор. В инструкциях Гиммлера предписывалось при уничтожении пленных, партизан, евреев и всех «подозрительных» проявлять жалость. Но не к жертвам, а к палачам.
Гетто никогда не было островком покорности. В ночь на 6 ноября несколько молодых жителей гетто во главе с комсомольцем Яковом Генкиным сумели сбежать, убив охранника и тяжело ранив другого. Они влились в партизанский отряд под командованием батальонного комиссара П.В. Протасова. Доблестно сражались против оккупантов. Это вызывало ярость оккупантов. Генкину только исполнилось 16 лет. Публичные казни, которые проводились в гетто, не запугали юношу — напротив, пробудили решимость сопротивляться. Такие случаи подталкивали немцев и их пособников к жестоким репрессиям. Отвечать пришлось неформальным лидерам гетто — бывшему директору местной фабрики и учителю. После пыток их казнили — скорее всего, по подозрению в том, что в гетто держат связь с партизанами.
9 ноября немцы уничтожили большую часть жителей гетто — всех взрослых мужчин и молодых женщин, не имевших детей. В тот день казнили более 350 человек. После этого в гетто начались голодные дни.
Зимой 1941 года, когда морозы доходили до минус 35 градусов, гетто вымерзало. Там нечем было топить печи: заготовку дров оккупанты запретили.
29 января 1942 года Красная армия освободила Усвяты. Оставшиеся в живых узники гетто — около 100 изможденных человек — сразу получили медицинскую помощь. Их вывезли в глубокий тыл. Но на оккупированной территории СССР до конца 1942 года действовали десятки гетто, крупнейшими из которых были львовское, минское, смоленское. Там организованно истребляли людей.
Оккупанты уже летом 1941 года переступили через грань человечности и превратили войну в цепочку преступлений. Тактика виселиц и выжженной земли не принесла и не могла принести гитлеровцам стратегического успеха. Надежда на «рабские гены» «неполноценных народов» изначально была ущербной: ответом на зверства стало сплочение советского народа в борьбе против поработителей. Волна сопротивления вытеснила гитлеровцев с советской земли, а завершилась война, как известно, в Берлине. Идея расового превосходства довела Германию до катастрофы.
Память уничтожению не подлежит
Холокост — политика гитлеровцев, направленная на уничтожение евреев, — трагическая страница истории Европы, истории Второй мировой войны. Но нельзя закрывать глаза и на другой аспект преступлений германских нацистов. Это политика истребления граждан Советского Союза. Война на уничтожение, которую развязали гитлеровцы с первых часов 22 июня 1941 года. Миллионы убитых, замученных, искалеченных не вернуть. Остается память — горькая правда об истреблении народа, о кровавом геноциде. Память уничтожению не подлежит. Советский народ вышел из той войны победителем.
Германия до сих пор воздерживается от официального признания геноцида советского народа в войне, в которой гитлеровцы уничтожили гораздо больше мирных жителей нашей страны, нежели военных. Но преступления не должны оставаться безнаказанными. Необходимо осознание того, что человеконенавистническая идея, превращенная в государственную идеологию, превращает сотни тысяч людей, поддавшихся ее гипнозу, в преступников. Ну а с попытками оправдать тех, кто потворствовал нацизму, кто грабил, убивал и жег, — немцев и их пособников — мириться нельзя.
Автор — заместитель главного редактора журнала «Историк»
