«Хочу построить надежный культурный мост между Россией и Турцией»
Российские оркестры — самые продуктивные, работать с ними очень комфортно, и Турция будет приглашать их к себе на гастроли. А еще, возможно, у двух стран появится совместный фестиваль. Об этом в интервью «Известиям» рассказал Джеми Джан Делиорман, худрук Международного музыкального фестиваля в Анкаре и главный дирижер старейшего турецкого академического коллектива — Президентского симфонического оркестра. Маэстро приехал в Россию, чтобы выступить на закрытии фестиваля «Белая сирень» в Казани, встав за пульт Государственного академического симфонического оркестра Республики Татарстан (ГАСО РТ). В преддверии концерта артист побеседовал с «Известиями».
«Симфония Рахманинова полна простотой и чистотой русской природы»
— На закрытии фестиваля «Белая сирень» вы дирижируете российским коллективом — ГАСО РТ. Это первый раз, когда вы выступаете в Казани?
— Да, я впервые в Казани. Конечно, я раньше кое-что знал об оркестре Татарстана. Мне говорили, что он великолепно звучит и очень динамично развивается. Но прошлым летом я впервые услышал его на фестивале в Анкаре, и это было потрясающе: не только я, все были поражены уровнем коллектива. Многие мои музыканты пришли после концерта и сказали: «О, маэстро, это такой фантастический оркестр!» Все они были в восторге от особенного, уникального звучания. Теперь же я приехал сюда и смог поработать с этим прекрасным коллективом сам, узнать его изнутри.
— Вы выбрали для своего выступления исключительно русскую музыку: Прокофьева и Рахманинова. Почему?
— Это не мой выбор, а организаторов. Меня попросили написать несколько вариантов программы, я же сказал, что открыт к предложениям, поскольку у меня огромный репертуар. Третий концерт Прокофьева оркестр планировал играть изначально, была даже договоренность с солисткой, но в итоге она не смогла, и вместо нее пригласили прекрасного молодого пианиста Сергея Давыдченко. Что же касается Рахманинова, мне предложили Вторую симфонию, и я с радостью согласился. Я играл ее много раз в Турции, но также и в Мариинском театре в Петербурге.
Конечно, это очень известная симфония. Но для меня важно это новое соприкосновение с музыкой Рахманинова. В прошлом году я был в Тамбове с Симфоническим оркестром имени Рахманинова, и они отвезли меня в Ивановку. Там композитор провел большую часть своей жизни и написал множество произведений. И Вторая симфония, особенно ее третья часть, для меня очень тесно связана с Ивановкой. Она полна простотой и чистотой русской природы.
— Вы возглавляете Президентский оркестр Анкары. Чувствуется ли какая-то разница между русскими и турецкими оркестрами?
— Да, конечно. Знаете, я дирижировал во многих странах. И везде действительно свое звучание оркестров… Мы можем говорить о немецких, французских, даже об американских, имеющих уникальные особенности. Что касается Турции, то у нас не такая уж большая история симфонической музыки. Но мой оркестр — исключение: он был основан в 1826 году в Стамбуле. Мы только что отпраздновали наше 200-летие! После революции 1923-го оркестр переехал в Анкару. Там он первые годы работал со многими великими мастерами из Германии, дирижеры и даже руководители оркестровых групп были подобраны из профессионалов международного уровня. Сейчас у нас около 110 человек, из них примерно 35% — молодежь, но остальные — старшего поколения, и они сохраняют традиции.
Думаю, большая разница между российскими и турецкими оркестрами заключается в их продуктивности. Ваши музыканты играют очень-очень много. У них гораздо больше симфонических концертов, чем в Турции, что дает им необычайную динамику, энергичность, прекрасные навыки чтения нот и реакцию на дирижера. Я бы сказал, что российские оркестры очень «быстрые». Когда у меня была репетиция в Казани, я просто поразился тому, как музыканты реагируют на дирижера. Вам ничего не нужно объяснять, достаточно жестов — оркестранты схватывают все стремительно. То же касается оркестра Мариинского театра. Могу с уверенностью сказать, что скорость реакции и количество концертов, которые они дают каждый сезон, исключительно высоки.
— Можно ли утверждать, что эти оркестры входят в число лучших симфонических коллективов Европы?
— Безусловно! Это абсолютно точно. Добавлю, что Мариинский театр — это еще и самая продуктивная музыкальная институция в мире. Если сравнивать его с Метрополитен-оперой или, например, с концертными организациями Берлина, Парижа или Мюнхена, то у Мариинского примерно в пять раз больше концертов, чем у других.
«В Турции система музыкального образования очень похожа на российскую»
— Что вы думаете о русской дирижерской традиции? Вы чему-нибудь научились у русских дирижеров, может быть, у Валерия Гергиева, с которым сотрудничаете в Мариинке, или у кого-то еще?
— Я получил образование в Австрии, Германии и США. У меня никогда не было педагога из России, который мог бы научить меня русской дирижерской технике. Но будучи студентом, я посещал репетиции Валерия Гергиева с Венским филармоническим оркестром. А спустя годы, уже после пандемии, наши пути пересеклись в Петербурге. Хотя формально я у него не учился, но считаю его своим наставником и очень хорошим другом. А еще — образцом для подражания, и не только в музыке. Как и он, я работаю на культурное развитие моей страны. Мы два музыканта, которые пытаются построить светлое будущее для следующих поколений. Мы хотим сделать что-то, что, по крайней мере, останется надолго.
— Вы уже упоминали фестиваль в Турции, на котором выступал ГАСО РТ под управлением Александра Сладковского. Коллектив приехал по вашему приглашению, поскольку вы худрук фестиваля. Планируете ли вы продолжить сотрудничество с российскими музыкантами?
— Это важная для меня тема. Мне бы хотелось построить очень надежный мост между нашими странами: культурный мост. В Турции система музыкального образования очень похожа на российскую, у нас много профессоров, преподавателей из РФ. Так что мы действительно остаемся очень близки в культурном и музыкальном плане к вашей стране. Помимо ГАСО РТ я приглашал оркестр Мариинского театра. Мы провели масштабный тур, выступления коллектива были во многих городах, не только в Стамбуле и Анкаре, но также в крупных античных театрах в Анталии и Измире. В общей сложности Мариинский был у нас уже трижды и приедет снова. Еще мы в прошлом году приглашали Большой театр. Он приехал с двумя концертами. И мы продолжаем работать.
Помимо этого, я с нетерпением жду возможности пригласить российских солистов играть с моим оркестром и с другими коллективами Турции.
— Может быть, у вас есть какие-то планы относительно совместных российско-турецких проектов?
— Такое в планах тоже есть, я работаю над специальным фестивалем. Но это еще в процессе, поэтому пока не могу раскрывать деталей; после окончательного подтверждения мы объявим об этом. Думаю, потенциал здесь огромен. В Турции очень большая молодая аудитория. Плюс к этому много юных музыкантов, которые учатся в нашей стране или за границей и ищут возможности для самореализации. А у России — огромное культурное наследие. Поэтому я хочу по-настоящему наладить связь между нашими странами. В частности, планирую заказывать произведения композиторам, вместе с русскими участвовать в фестивалях… Все это у меня на уме, и я думаю, что мы хорошо движемся в этом направлении.
«С детства я мечтал увидеть города, через которые идет Транссиб»
— Вы помните свой первый приезд в Россию?
— Да, конечно. Это было лет восемь или девять назад. Я просто как турист приехал посмотреть Москву и, конечно же, пошел в Большой театр. Прежде я видел почти все крупнейшие оперные театры мира — от Нью-Йорка до Вены, Парижа и Берлина. И для меня это было как приключение — узнать, как всё устроено в Москве. Конечно же, магию Большого невозможно описать словами. Там лучшие солисты — они в прекрасной форме и в актерском, и в музыкальном плане. Но не меньше меня поразило, как публика относится к происходящему, насколько люди преданы искусству!
Это было моим первым впечатлением в Москве, а семь лет спустя я получил возможность дирижировать оркестром Большого театра на Пасхальном фестивале. И я воспринял это как настоящее волшебство! Понимаете, много лет назад я встретил Валерия Гергиева, еще только учась дирижированию, а теперь работаю с ним!
— Хотите ли вы посетить какие-нибудь российские города, в которых еще не были? Возможно, выступить в каких-нибудь залах или фестивалях в России?
— На самом деле я хочу посетить очень много мест. Россия — большая страна! Например, я хочу поехать на север. А еще мне бы очень интересно проехать на экспрессе по Транссибирской магистрали. С детства я мечтал увидеть города, через которые идет этот поезд. Кстати, я был бы рад принять участие в турне оркестра Мариинского театра в рамках Пасхального фестиваля. Там музыканты как раз едут очень далеко, по всей России. И это шанс увидеть не только большие города, такие как Москва, Санкт-Петербург, Казань, но и самые разные места в регионах. Надеюсь, это произойдет в скором будущем.
Международный фестиваль имени Сергея Рахманинова «Белая сирень» был создан в Казани в 2011-м. С тех пор он ежегодно проходит в мае, когда цветет сирень. Основатели смотра — худрук и главный дирижер Государственного академического симфонического оркестра Республики Татарстан Александр Сладковский и пианист Денис Мацуев. Традиционно в мероприятиях фестиваля участвуют не только российские, но и зарубежные музыканты, играющие произведения Рахманинова и других композиторов. В разные годы с оркестром Татарстана играли Кристиан Кнапп (США), Кристофер Чен и Хаожань Ли (Китай), Ян Латам-Кёниг (Великобритания), Шио Окуи (Япония) и другие музыканты.
