Дорога и жизни: как группы подвоза прорываются к передовой
За время СВО логистика прифронтовой полосы полностью изменилась. Туда, куда в 2022 году можно было подвозить снабжение грузовиками, сегодня сложно подъехать даже на мотоцикле. Появились новые «профессии» — пеших подносчиков, стрелков на багги, мотоциклистов-доставщиков. А 29 мая, в день военного автомобилиста, нельзя не отметить многочисленных водителей машин, которые каждый день преодолевают опасности дорог прифронта. «Известия» отправились к группам подвоза 56-го отдельного батальона специального назначения (ОБСпН), легендарного «Хана», 51-й гвардейской армии группировки войск «Центр», чтобы увидеть, как сегодня работают подразделения снабжения.
Тот самый самолет «Хорнет»
Сегодня опасности поджидают на многих дорогах Донецкой Народной Республики. Дальность украинских ударов значительно выросла после получения ВСУ новых БПЛА самолетного типа. Они стали известны под названием «Марсианин», употреблявшимся в прессе для нескольких западных проектов. Наиболее же распространенная модель «Хорнет» известна устойчивостью к средствам радиоэлектронной борьбы, скоростью и способностью на малых высотах следовать по рельефу местности, вероятно, с использованием функций ИИ.
Отъехав от Донецка, на одной из точек условного разделения дорог на фронтовые и гражданские останавливаемся надеть бронежилеты, снаряжение, достать из транспортных чехлов и снарядить ружья. Вокруг тем же занимаются подвозчики и стрелки с машин, идущие потоком в обе стороны: одни с улыбкой протирают от пыли десятков пройденных степных дорог серые лица и очки, отряхивают маски и с удовольствием пьют воду после часов тряски в снаряжении на 30-градусной жаре в кузовах и кабинах. Другие с тревогой смотрят вперед, выискивая взглядом дым на горизонте, следя за жестами подъезжающих и стараясь понять нюансы обстановки, которая меняется каждый день.
Этим ребятам только предстоит пройти до известных им точек вперед, выгрузить подвоз, забрать на ротацию своих и второй раз пройти ту же дорогу назад. Коротко здороваются знакомые, слышны крики командиров, кто-то торопит перегрузку необходимого с условно тыловой машины на багги, которая пойдет дальше.
Быстро проезжаем первые свежие коридоры из противодроновых сетей. В голову приходит мысль о том, что их стали строить намного глубже в тыл, как и пункты воздушного наблюдения (ПВН). Впереди видим остановившиеся «буханки» и рассыпающихся по обочине бойцов. Одновременно дальше на одном из ПВН захлебывается длинными очередями пара пулеметов, или двое стрелков, или спаренная установка, но понятно, что стреляют по воздушным целям. Кстати, выражение «захлебываться» в отношении пулеметов пошло от «Максимов» с водяным охлаждением, которые надо было вовремя «поить» водой, а в зенитном варианте охлаждение было принудительным.
С офицером сопровождения быстро занимаем позиции у дороги, а коллеги с камерами — укрытие для съемки. За нами с остановившегося микроавтобуса прыгают несколько бойцов, и слышно, как им командуют не кучковаться у машины и разойтись по противоположным обочинам. За несколько секунд в небо смотрит десяток разнообразных стволов, люди крутят головами и прислушиваются к знакомому визгу пропеллеров FPV, но вокруг тишина. И в этот момент на высоте меньше пары десятков метров вдоль дороги быстро и без характерного звука, который все ждали, пролетает тот самый «Хорнет», о котором бойцы предупреждают друг друга все последние недели.
Кто-то первым кричит: «Самолет вдоль дороги!», и с разницей в доли секунды все открывают огонь — кто вдогонку, а кто-то еще успевает навстречу, и через пару секунд все заканчивается. В тишине вдоль дороги среди стоящих передают, что кто-то дальше видел, как самолет ушел в поля. Все замерли и ждут возможного разворота и захода БПЛА на одну из стоящих машин, но несколько следующих минут этого не происходит. Кто-то первым командует своим грузиться на машины, я для поднятия настроения выдвигаю версию, что после такого обстрела с земли дрон мог и упасть в полях. Еще через минуту впереди только пыль от разъехавшихся, а за поворотом на ПВН из-за маскировочной сети пулеметчик показывает большой палец: небо чистое, можно ехать дальше, до следующего чек-поинта.
Как готовятся к выезду группы подвоза
В командном пункте одного из подразделений 56-го ОБСпН идет ставшая стандартом для большинства подразделений работа. На больших экранах сменяются трансляции с разных БПЛА. На одном из них крупным планом трансляция вражеского, «дрона-ждуна» на дороге. Такие беспилотники скрытно сажают рядом с местами передвижения нашей техники, и далее они в экономичном режиме ведут наблюдение в ожидании подъезда машины, чтобы взлететь и ударить с быстрого «подскока», пока стрелки смотрят за угрозами с неба. На поражение уже направлен наш FPV-дрон, чтобы очистить маршрут, и мы слышим: идут доклады по времени подлета, пока на экране не появляется взрыв. Это одна из множества угроз, вместе с дистанционным минированием и всеми видами ударных БПЛА врага — даже если ты час назад проехал по прифронтовой дороге, это не значит, что ты ее знаешь. Там многое могло измениться.
Рядом с пунктом управления обслуживаются больше 10 разных мотоциклов: от тяжелых вездеходов на базе советских моделей до легких электрических питбайков. Для каждой задачи нужна своя техника. С интересом рассматриваем новый «УАЗ», который сразу пришел в полной противоосколочной обшивке кузова. Этот автомобиль не для ближнего прифронта, где уже давно не передвигаются на закрытых машинах, но очень нужная вещь в условиях десятков километров дорог «средней» опасности.
К выезду дальше, в сторону передовой, готовится группа подвоза на «Улан-2». Двое стрелков грузят воду и боеприпасы в кузов. За рулем герой одного из прошлых наших репортажей о снабжении на передовой Мигута. «Известия» рассказывали, как в одном из своих выездов, будучи сам легко ранен, он на себе вынес одного из стрелков до точки эвакуации. Однако обстановка изменилась, и в отличие от прошлой осени поехать вместе с группой подвоза до их конечной точки маршрута больше нет возможности. Вместе проедем лишь небольшую часть маршрута.
— За год с нашей поездки у противника изменились дроны. Появился новый «Хорнет». Очень опасный. Уже мы попадали под них, но слава Богу все живы, получили ранения, но уже встали все в строй и продолжаем работать. И дорога изменилась. Там, где сейчас ездим, так не разгонишься и быстро не поедешь, тоже опасность, когда машина замедляется. Так что стало чуть трудней, хотя в общем всё то же самое. У нас машины меняются, прошлая моя в ремонте, эта машина больше — «Улан-2», — помощнее, и объем груза больше. Но мы стараемся всё равно возить груз частями, потому что опасно потерять его весь, — рассказывает на ходу Мигута. Более мощный «Улан-2» позволяет взять в кузов двух стрелков, которые прикрывают разные сектора. В машинах размера «Нивы» стрелок обычно один.
Наш собеседник родом из Краснодарского края и начинал свой путь в пеших группах в боях за Пески и Водяное. После появления квадроциклов он вызвался добровольцем на доставку, и далее прошел весь путь изменений прифронтовой логистики следующих периодов спецоперации уже как водитель. Как и для большинства коллег по «малой» логистике, для Мигуты водитель — не первая воинская специальность.
— Товарищам и коллегам хочу сказать к празднику одно: всегда возвращайтесь с выезда живыми и здоровыми из своего рейса! Это очень опасная работа, потому что водитель при атаке дрона может из машины выскочить самым последним, — обращается к коллегам-водителям Мигута.
Говоря о тонкостях работы на дорогах прифронта, Мигута рассказывает, как важно постоянно обмениваться жестами, а если позволит обстановка — и парой слов с едущими навстречу и стрелками на ПВН. В этом мы очень быстро убедились и на собственном опыте, и на видеозаписи поездки нашего собеседника. Но хотелось бы добавить и еще одно, самое важное: за множество собственных остановок на ПВН, многие километры дорог, в рассказах водителей и стрелков мы не слышим дронобоязни. Все понимают угрозу, все понимают опасность, но за весь день ни одного приступа паники ни у кого мы не видим. От саперов, строящих заграждения из сетей вдоль дорог, до стрелков в кузовах все знают, что делают, и действуют грамотно и слаженно.
