- Статьи
- Экономика
- Ресурсный достаток: РФ увеличит запасы большинства видов сырья на уровень добычи или выше
Ресурсный достаток: РФ увеличит запасы большинства видов сырья на уровень добычи или выше
В России в этом году запасы большинства видов сырья вырастут — как минимум до уровня добычи или выше, сообщил глава Роснедр Олег Казанов. По крупным ресурсам, включая нефть и газ, страна стремится поддерживать минеральную базу без снижения запасов, добавил он. По дефицитным видам работа сосредоточена на поиске, оценке месторождений и подготовке к освоению — речь идет об уране, хроме, титане, литии, вольфраме и марганце, уточнил Казанов. Какие конкретные меры и технологии сегодня наиболее эффективно применяются в России для наращивания запасов дефицитных полезных ископаемых, а также насколько текущая политика воспроизводства минерально-сырьевой базы соответствует глобальным трендам, разбирались «Известия».
Поиск сырья
Россия имеет достаточные запасы сырья, включая дефицитные, чтобы покрывать потребности экономики, сообщили «Известиям» в пресс-службе Минприроды. Ежегодно открываются сотни месторождений. В 2025 году — 317, из них 41 углеводородное, остальные — твердые полезные ископаемые. Среди крупных находок — литий, молибден, титан, плавиковый шпат и вольфрам.
«Разведку финансируют и государство, и бизнес. На ранних этапах риски берет на себя бюджет. Также он оплачивает поиск дефицитных ресурсов — урана, титана, хрома. Основные вложения делают компании. Это помогает поддерживать ресурсную базу», — уточнили в ведомстве.
В 2025 году на ТПИ из бюджета направили 6,2 млрд рублей, на 2026 год — 9,5 млрд, сообщили в министерстве. На углеводороды — около 11 млрд в оба года. Частные вложения выше: 114,5 млрд рублей в ТПИ в 2025 году и 136,5 млрд в 2026-м. В углеводороды — 307,7 млрд и 317 млрд соответственно.
Поиск усложняется геологией и скрытыми месторождениями. Например, доля трудноизвлекаемых запасов уже достигла 30% и будет расти.
Длинные деньги
Наиболее сложной задачей сейчас остается поиск и быстрый запуск добычи редких и технологически сложных ресурсов — лития, урана, хрома, марганца, вольфрама и части редкоземельных металлов. Препятствия связаны не только с геологией. Многие месторождения находятся в удаленных районах. Они требуют дорогой инфраструктуры, сложной переработки и длительных согласований. Поэтому государство берет на себя начальные этапы разведки, снижая риски для бизнеса, сказал «Известиям» Павел Севостьянов, кандидат политических наук, доцент кафедры политического анализа и социально-психологических процессов РЭУ им. Г.В. Плеханова.
Инвестиции в геологоразведку растут. Однако их структура остается проблемной.
— Рынку не хватает «длинных» денег на ранних стадиях, где риски максимальны. Важен не столько общий объем вложений, — отметил эксперт. — Ключевым остается доступ к финансированию именно на этом этапе. Дополнительное давление создает мировой спрос. Он связан с энергетическим переходом. В 2024 году спрос на литий увеличился почти на 30%. По никелю, кобальту, графиту и редкоземельным металлам рост составил 6–8%.
Россия способна, по его словам, поддерживать баланс запасов по базовым ресурсам. Однако в сегменте дефицитного сырья решающим фактором станет скорость. Важно быстрее инвестировать в разведку, инфраструктуру и технологии. Именно это позволит закрепиться в новых цепочках поставок, отметил Севостьянов.
География разведки
Легкодоступные запасы постепенно заканчиваются, пояснил младший директор по суверенным и региональным рейтингам агентства «Эксперт РА» Владислав Бухарский. Поэтому геологоразведка смещается в Сибирь, на Дальний Восток и в Арктику. Там высокий потенциал открытий. Но основная сложность связана с разработкой лития, редкоземельных металлов, титана, вольфрама, марганца, хрома и урана. Для их освоения нужны не только поисковые работы. Требуются технологии переработки, инфраструктура и специальные инвестиционные механизмы.
Россия, например, сильно зависит от импорта лития. При этом на ее долю приходится более 7% мировых запасов. Ограничением остается отсутствие промышленных технологий переработки.
— Схожая ситуация с титаном. Запасы большие, но руды сложные и требуют высокотехнологичного обогащения. В целом отрасль сталкивается со снижением содержания полезных компонентов. Растет глубина залегания. Месторождения удалены от инфраструктуры, — подчеркнул Бухарский.
Быстрому запуску новых проектов мешают высокая капиталоемкость и долгий срок окупаемости, считает он. Сохраняется сложное регулирование. Основными игроками остаются крупные, часто окологосударственные компании. Малому и среднему бизнесу трудно войти в отрасль.
Также сказывается кадровый дефицит, заметил эксперт. Процедуры лицензирования остаются длительными. При этом проблема часто не в нехватке запасов. Ограничениями становятся слабая инфраструктура и нехватка рентабельных технологий переработки.
Кроме того, почти все прибыльные запасы уже распределены по лицензиям. Это снижает возможности быстрого запуска новых проектов. Дополнительное давление создает высокая стоимость заемных средств. Из-за жесткой денежно-кредитной политики компании откладывают запуск проектов, добавил он.
Инвестиции в геологоразведку растут умеренно. В 2025 году в Арктике они увеличились на 5–10% к уровню 2024 года. Общий объем вложений достиг около 466,6 млрд рублей.
— Однако усложнение условий работ снижает эффект от этих вложений. Осваиваются более трудные и удаленные объекты, — пояснил Бухарский. — Содержание полезных ископаемых падает. Поэтому текущих темпов недостаточно для быстрого расширения ресурсной базы. Нужны не только дополнительные вложения в разведку. Важно развивать переработку и инфраструктуру.
Мировой спрос напрямую стимулирует поиск редких ресурсов. Потребление таких материалов быстро растет. Ожидается кратное увеличение спроса на литий и кобальт. Они нужны для аккумуляторов. Растет интерес к редкоземельным магнитам для электродвигателей и энергетики. Эти тенденции делают геологоразведку более выгодной. Для России важным фактором остается снижение импортозависимости. Санкции и изменения цепочек поставок усиливают необходимость ускоренного восполнения запасов редких металлов, добавил Бухарский.
Мировой опыт
Сложнее всего сегодня находить и осваивать дефицитные твердые полезные ископаемые. Их перечень закреплен распоряжением правительства № 939-р от 16 апреля 2024 года, рассказал «Известиям» Игорь Сергеев, профессор кафедры менеджмента Президентской академии в Санкт-Петербурге. Эти ресурсы напрямую важны для технологического развития промышленности. Обычно их запасы ограничены. Освоение требует высокотехнологичных мощностей и крупных инвестиций.
— На ранних этапах геологоразведки финансирование идет из бюджета. Речь о региональных исследованиях и поисково-оценочных работах. Сейчас ситуация здесь немного улучшилась. На стадиях освоения и дальнейшей разведки средства вкладывают в основном недропользователи. Здесь тоже есть позитивные изменения, — уверен эксперт.
Однако добычу сдерживает слабый внутренний спрос. Влияют и ограничения на экспорт. Переориентация поставок с Европы на страны Юго-Восточной Азии требует времени и дополнительных вложений, добавил он.
Мировой дефицит редких ресурсов усиливает их поиск, считает Игорь Сергеев. Это касается России, США и стран ЕС. По данным Геологической службы США, Россия обладает значительными запасами: молибден — 6,5%, вольфрам — 8,5%, редкоземельные оксиды — 4,5%, ванадий — 23,8%, графит — 4,5%. Геологоразведка ведется и по другим видам сырья.
При этом ключевая задача — не просто экспортировать ресурсы. Важно развивать собственную высокотехнологичную переработку на базе этих запасов, подчеркнул эксперт.
