«Последствия этих травматических событий будут отражаться на людях долгое время»
Израильский удар по пляжу Рамлет-аль-Байда в столице Ливана унес жизни как минимум семи человек. За день до этого ЦАХАЛ атаковала населенные пункты на востоке и юге страны. На фоне обострения в столицу хлынули тысячи беженцев. Люди разбивают палатки на улицах, спят в машинах или на картоне прямо на асфальте. Арендовать жилье практически невозможно — цены уже взлетели втрое. В центре Бейрута непрерывно кружат дроны. «Известия» собрали монологи свидетелей атаки Израиля на Бейрут.
«Многие сделали «убежища» из картона и спят прямо на асфальте»
Елена Хамис, жительница Бейрута
— Ситуация в стране очень тяжелая. Военные действия охватили большую часть страны и уже дошли до центра Бейрута. Поток беженцев идет не только с юга республики, люди также покинули свои дома в южной части столицы.
Людям некуда идти, поэтому они остаются спать на улицах. Некоторые уже неделю ночуют там. На набережной стоит палаточный городок, многие сделали «убежища» из картона и спят прямо на асфальте.
Государственные школы и центры приема беженцев переполнены. Жизнь в стране парализована. Те, кто спал сегодня на набережной, подверглись налету. Погибли восемь человек.
В магазинах скупили всё при первой панике. Сейчас всё снова появилось, продуктов хватает. С заправками такая же ситуации — никаких перебоев нет.
Я проживаю в Ливане уже четвертую войну. Это страшно. Последствия этих травматических событий будут отражаться на людях долгое время.
Я также взяла к себе домой родственников, которым некуда идти. А в группах размещаю статьи о том, как оказать себе первую психологическую помощь.
«Мы пережили уже несколько израильских войн, а после 2024 года готовились к очередной агрессии»
Мохамед, житель южного пригорода Бейрута
— Нужно понимать, что со вчерашней ночи, после удара по беженцам на набережной Бейрута, география войны в городе резко изменилась. До этого бомбили только южный пригород, было три точечных удара по отдельным квартирам и номерам гостиниц в центре. Сейчас пригород полностью пустой, есть только дружинники, которые следят, чтобы мародеры не пользовались ситуацией и чтобы шпионы не фотографировали объекты бригад сопротивления.
Говорить о бомбоубежищах, увы, смысла нет, в Ливане они не предусмотрены, как и системы оповещения о воздушной угрозе. Их нет и не было. Если Израиль предупреждает об ударе, то местные в квартале, который должен быть атакован, стреляют в воздух, чтобы жители понимали, что надо быстро уходить, — вот так это работает.
За последние 30 лет мы пережили уже несколько израильских войн, а после 2024 года готовились к очередной агрессии — и власти, и люди. Поэтому мы встретили войну спокойно и уверенно. Да, южный пригород пустой, больше 800 тыс. человек стали беженцами, но, кроме школ, всё работает, в магазинах есть продукты, топливо, хоть и значительно подорожало, но оно есть. Проблем с медикаментами тоже нет.
В христианских кварталах по вечерам все кафе и бары полные, люди живут своей жизнью всего в 5–10 км от районов, которые равняются с землей и где погибают женщины и дети. Так же было и во время гражданской войны 1975 года.
Как я уже сказал, беженцев больше 800 тыс., центры ПВР (пункты временного размещения. — «Известия») переполнены, снять квартиру почти невозможно, христиане в свои кварталы хоть и пускают шиитов, но с большим опасением и только через проверку личности через местный муниципалитет. Если они решаются сдать [квартиру], то цена аренды от довоенной умножается минимум на три. Другими словами, двухкомнатная квартира не в самом лучшем состоянии, в которую владельцы разрешают заселить не более шести-восьми человек, обойдется в $2 тыс. Большинство людей из-за этого остаются в ПВР, у родственников или друзей в горах или в деревнях.
Есть еще сирийцы и палестинцы, они тоже уходят в сельскую местность. Кто мог уехать, уже уехал. Остальные подают на визы во все страны мира, куда только их могут принять, — это сущность ливанцев и в мирное время.
Надо понимать, что в стране 4,5 млн ливанцев, а по всему миру нас 18 млн, только в Бразилии ливанская диаспора насчитывает более 3 млн соотечественников.
«И граждане, и власти уже знают, что делать и как справляться со сложностями»
Александр Сорокин, директор Русского дома в Бейруте
— Обстановка в стране остается напряженной. Из открытых источников известно, что южная часть Бейрута постоянно находится под ударами: авиация разрушает целые дома, а беспилотники наносят точечные удары по квартирам в многоэтажных зданиях. Опасность сохраняется постоянно: никогда не знаешь, кто едет в соседней машине, мимо чьего дома ты проходишь и не являются ли твои соседи очередной целью.
Что касается инфраструктуры, часть муниципальных учреждений, школ и стадионов преобразованы в пункты временного размещения. Также заметно, что некоторые заброшенные здания теперь заселены людьми, вероятно, это беженцы из южных регионов страны.
На улицах в целом сохраняется спокойная ситуация. Да, в каждом магазине, ресторане, бакалейной лавке включены новостные каналы, но в районе, где находится Русский дом, панических настроений не замечено.
Продуктов достаточно: магазины открыты, доставка работает в прежнем режиме. Незначительно снизился ассортимент некоторых категорий (например, молоко представлено не пятью-семью видами, а тремя-четырьмя), но на общее наличие продуктов это не влияет. Отмечу лишь подорожание топлива (бензина и дизеля), что вполне закономерно с учетом текущей ситуации на Ближнем Востоке.
На улицах стало заметно больше машин, возникли пробки из-за транспорта, припаркованного в несколько рядов возле пунктов временного размещения.
Беженцев очень много. По разным оценкам, от 550 тыс. до 900 тыс. человек. В основном это жители южных районов Ливана и южных пригородов Бейрута. Часть из них размещена у родственников и друзей на севере страны, часть занимает пункты временного размещения.
Ситуация во многом похожа на ту, что была 15 месяцев назад. Уверен, что и граждане, и власти уже знают, что делать и как справляться со сложностями.
Народ, еще не успевший полноценно прийти в себя после прошлой войны, воспринимает происходящее так же, как любой человек, оказавшийся в сложной жизненной ситуации.
Аэропорт открыт, осуществляются регулярные рейсы, каждый желающий может уехать из страны. Стоимость билетов не является астрономической: например, билет до Турции стоит в районе $300–350.
Однако с учетом опыта, полученного в прошлую войну, очень многие люди надеются переждать острую фазу и поскорее вернуться к обычной жизни. Они рассматривают вариант выезда из страны только в случае острой необходимости или многократного усугубления обстановки.
«Люди спят в палатках или просто под открытым небом»
Елена, россиянка, проживающая в Бейруте
— На данный момент я проживаю в центре Бейрута. Уже дней пять круглосуточно слышен звук дронов, разведывательных, насколько я понимаю. Также обычно слышно низко летающие военные самолеты ВС Израиля, но сегодня я их пока не слышала. Вчера пролетели низко, примерно семь раз слышала.
В центре города много беженцев с юга Ливана, а также с южных окраин города, люди спят в палатках или просто под открытым небом.
Паники нет, магазины работают, отсутствие продовольствия и топлива пока не наблюдается. В городе пострадал в основном южный район.
«Тысячи людей покинули свои дома»
Карл, ведет блог о Ливане
— Ситуация в Ливане продолжает обостряться. В Бейруте большинство магазинов по-прежнему открыты, транспорт пока работает исправно. Однако южные пригороды Бейрута (Дахия) сильно пострадали.
Тысячи людей покинули свои дома. Многие спят на улицах или в открытых общественных местах, потому что им больше некуда пойти.
Вчера были нанесены удары по району Рамлет-аль-Байда, где мирные жители спали на улице, после того как покинули свои дома, что вызвало панику среди жителей этого района.
В целом люди очень встревожены и опасаются, что ситуация может обостриться еще больше.
