Реакции протеста: как в Грузии борются с уличной политикой
Грузинские власти решили снова ужесточить закон о митингах. Согласно предложенным поправкам, организаторам придется согласовывать мероприятия с МВД, силовики смогут по своему смотрению менять место проведения акций. Это уже шестое ужесточение закона за последние полтора года. «Известия» разбирались в ситуации.
Тест на протест
В середине декабря грузинской парламент в первом чтении одобрил поправки к закону о митингах. Согласно предложенным нововведениям, организаторы за пять дней до акции должны будут отправлять уведомление в МВД. Если министерство решит, что мероприятие создаст неудобства пешеходам или помешает движению транспорта, то может потребовать изменить маршрут шествия или перенести митинг в другой район города.
Если полиция сочтет, что акция в ходе ее проведения нарушает какие-то нормы, то у участников будет 15 минут для устранения нарушений, далее протест могут признать незаконным. За неподчинение требованиям силовиков рядовым несогласным будет грозить административный арест сроком на 15 суток, организаторам — до 20 суток. В случае повторного нарушения протестующие отправятся в тюрьму на срок до года.
Депутат от правящей партии Ираклий Кирцхалиа объясняет, что нововведения призваны обеспечить баланс между протестующими и всеми остальными гражданами. «Мы видим, как специально оплаченная группа из 300 человек пытается создавать максимальный дискомфорт для тех людей, которые ведут обычный образ жизни, живут повседневными делами. Мы не можем этого допустить», — отметил он.
В свою очередь, спикер парламента Шалва Папуашвили подчеркивает, что законопроект полностью соответствует Конституции Грузии и рекомендациям Европейского суда по правам человека. «Если собрание мешает движению людей, то у полиции будет возможность указать протестующим другой маршрут. Граждане, которые едут на автомобилях, не должны испытывать ненужного дискомфорта, особенно когда протестующих мало», — объяснил он.
В оппозиции говорят, что власти продолжают наступление на гражданские права и всё больше смещаются в сторону авторитаризма. Так, бывший президент страны Саломе Зурабишвили заявила, что новый закон нужен правящей партии, чтобы запретить акции протеста около здания парламента, которые каждый вечер проходят на протяжении года.
Борьба противоположностей
Противостояние власти и оппозиции в Грузии обострилось осенью 2024 года. Тогда в стране прошли парламентские выборы, результаты которых оспаривали противники правящей партии. Далее премьер-министр Ираклий Кобахидзе объявил о приостановке процесса евроинтеграции страны до 2028 года, это вызвало новый всплеск недовольства и уличных столкновений.
На этом фоне в Грузии довольно активно принялись переформатировать законодательство. Так, весной в стране одобрили новую версию закона об иноагентах. Если раньше нарушителям грозил только штраф, то теперь на горизонте маячит и лишение свободы сроком на пять лет. В «Грузинской мечте» при этом подчеркивали, что нормативный акт является полной копией закона FARA, действующего в США.
Тогда же парламент страны принял новую версию закона о СМИ. Согласно документу, вещателям запрещено получать зарубежное финансирование, а контроль за непредвзятостью и объективностью теперь не является внутренним делом телекомпаний и радиостанций, им занимается специальная комиссия по коммуникациям.
Наконец, в тот период также ужесточили законодательство о митингах. За неповиновение сотрудникам полиции стал грозить штраф до 5 тыс. лари и арест на срок до 60 суток, раньше за это полагался штраф до 3 тыс. лари и арест на 15 суток. По статье о мелком хулиганстве, которая часто фигурирует в делах уличных активистов, штрафы увеличились в два раза, а срок административного ареста увеличился с 15 до 20 суток.
В октябре 2025 года произошел новый виток борьбы. Тогда в стране прошли местные выборы, в ходе избирательной кампании оппозиция не раз призывала к «мирному свержению» власти. Вечером в день голосования оппоненты правящей партии собрали в Тбилиси большой митинг. Участники сначала перекрыли центральный проспект Руставели, а потом попытались атаковать президентский дворец, всё закончилось столкновениями с силовиками.
После этого последовали новые законодательные изменения. Во-первых, в очередной раз был ужесточен закон о митингах, в частности, участникам протестов запретили появляться на акциях в масках и противогазах. Запрещено перекрывать улицы, раньше выход на проезжую часть карался только штрафом, теперь за это грозит до 15 суток административного ареста. Несколько десятков человек после этого действительно были отправлены в изолятор.
Кроме того, власти заговорили о запрете основных оппозиционных партий, среди них «Единое нацдвижение», которое основал бывший президент Михаил Саакашвили. В начале ноября 88 депутатов парламента обратились в Конституционный суд с соответствующей инициативой. Спикер Шалва Папуашвили тогда объяснял, что все эти объединения вели антиконституционную деятельность и занимались саботажем органов государственной власти.
Что говорят эксперты
Основатель научно-исследовательского института SIKHA Foundation Арчил Сихарулидзе подчеркивает, что в Грузии продолжается период острой политической борьбы.
— Я против ужесточения правил проведения митингов, но понимаю, почему правящая партия действует таким образом. Всё упирается в непрекращающиеся усилия еврочиновников и европейских фондов, которые неустанно финансируют деструктивную оппозицию, чтобы та продолжала раскачивать внутриполитическую ситуацию. Понятно, что правящая партия не может на это не реагировать. Чем больше будет давить Брюссель, тем сильнее будет ответная реакция грузинской правящей партии, — подчеркивает он.
Политолог, эксперт Финансового университета при правительстве РФ Шота Апхаидзе говорит, что законодательство во всех странах мира регулирует проведение уличных акций.
— В Грузии сложилась парадоксальная ситуация. Небольшая группа оппозиционеров из нескольких сотен человек чинят препятствия гораздо большему числу людей. Каждый вечер на протяжении года они перекрывают центральный проспект Руставели в Тбилиси, создают хаотическую ситуацию в городе. С этим пора что-то сделать. Речи не идет о полном запрете митингов, но всё должно быть в адекватных рамках, — указывает эксперт.
