По большому счету: подростков хотят судить за преступления как взрослых
Подростков, которые повторно совершают преступления против жизни и здоровья человека, необходимо принудительно эмансипировать. Если 16-летний не поддается перевоспитанию, он должен отвечать за свои действия как взрослый, заявил председатель комиссии Общественной палаты по демографии, защите семьи, детей и традиционных семейных ценностей Сергей Рыбальченко. Идея использовать механизм эмансипации в «карательных» мерах пока не нашла массовой поддержки, однако есть и те, кто видит шансы для ее реализации. Подробнее об инициативе — в материале «Известий».
Что такое уголовно-правовая эмансипация: суть предложения
Сергей Рыбальченко напомнил о ситуации, когда юноши 16 и 17 лет избили 62-летнего прохожего в Липецкой области. Недавно их приговорили к двум годам лишения свободы условно. Глава комиссии ОПРФ уверен, что такие действия должны более жестко наказываться.
«Я считаю, целесообразно рассмотреть вопрос о принудительной эмансипации после совершения определенного рода преступлений. В частности, связанных с посягательством на жизнь и здоровье человека. Когда подростки фактически не поддаются перевоспитанию, они уже должны отвечать не как дети, а как взрослые», — заявил он.
По словам Рыбальченко, если повлиять на подростка не получается, нужно рассмотреть вариант признания его полностью дееспособным и распространения на него всех требований закона. В том числе и ответственности как у взрослого человека.
Сергей Рыбальченко сказал «Известиям», что предлагает применять этот механизм только при повторных преступлениях, которые связаны с насилием, буллингом, травлей и кибербуллингом, когда агрессия и жестокость осуществляются для их публичной демонстрации в интернете и просто пересылкой среди сверстников.
— Часто по таким преступлениям наказание минимальное или вообще отсутствует, а подростки этим злоупотребляют. Стоит ли ужесточать наказание и делать его как для взрослых, если подросток совершил нарушение в первый раз? Думаю, нет. Но если это становится системой, значит, обычные меры не работают и должны включаться другие механизмы ответственности, — сказал он.
По словам общественника, эмансипация в этом случае применяется не до наказания, а после — как профилактическая мера. Подросток должен понимать, что в следующий раз наказание уже будет серьезным. Механизм принудительной эмансипации предлагается ввести с 16 лет.
Отметим, что за январь–октябрь 2025 года, согласно данным МВД РФ, было выявлено 18 118 несовершеннолетних, которые совершили преступления. Это на 4,9% больше, чем в прошлом году. Всего несовершеннолетними или при их соучастии за 10 месяцев совершено почти 24 тыс. преступлений (+12,1% относительно прошлого года), причем особо тяжких из них — почти половина.
Что такое эмансипация
Член Ассоциации юристов России, юрист ЮК «Легес Бюро» Ольга Турунина пояснила «Известиям», что в российском праве под эмансипацией подразумевают гражданско-правовой институт, который закреплен в ст. 27 Гражданского кодекса РФ.
— По своей правовой природе эмансипация представляет собой правовой механизм наделения лица, не достигшего 18 лет, возможностью приобрести все гражданские права и обязанности совершеннолетнего при соблюдении условий, указанных в законе. То есть стать полностью дееспособным, — сказала она. — Но эмансипация никак не связана с возрастом уголовной ответственности и на него не влияет.
Эмансипация сейчас — это право человека, а не обязанность. И обычно этот правовой механизм используется, когда несовершеннолетний, например, уже открыл свой бизнес или постоянно получает зарплату — чтобы не проводить все финансовые операции через родителей. Фактическая эмансипация 16–17-летних происходит также при вступлении в брак.
При этом ограничения остаются: например, голосовать на выборах эмансипированный подросток всё равно не может. Равно как и отвечать по закону как взрослый.
Вице-президент Гильдии российской адвокатов Евгений Корчаго подчеркнул, что в инициативе Сергея Рыбальченко говорится о принудительной эмансипации именно в уголовно-правовом, а не в гражданско-правовом смысле.
— Сейчас даже эмансипированный подросток будет привлекаться к уголовной ответственности как обычный подросток. На него будут распространяться все послабления, — пояснил Евгений Корчаго «Известиям». — Поэтому и говорится об уголовно-правовой принудительной эмансипации, когда лицо, совершившее преступление второй и третий раз, привлекается по общим взрослым правилам.
Можно ли сделать эмансипацию принудительной
Адвокат, старший юрист коллегии адвокатов «Монастырский, Зюба, Степанов и партнеры» Виктория Чеснокова не согласна с предложением. Она поясняет главный принцип: по своей природе механизм эмансипации не является способом наказания.
— Эмансипация автоматически не наделяет подростка сознанием и мышлением, характерным для взрослого и зрелого человека. На мой взгляд, в разы эффективнее будут системные реабилитационные механизмы и качественная терапия, оказываемая несовершеннолетним и членам их семей, — сказала юрист «Известиям».
Ольга Турунина с этим соглашается, добавляя, что подросток в случае принудительной эмансипации «попросту лишится части правовой защиты».
Евгений Корчаго подчеркнул, что принудительная эмансипация — лишь одна из формулировок, которую применил Сергей Рыбальченко. Но на деле решить проблему можно, прописав в Уголовном кодексе, что в случае повторных преступлений несовершеннолетними на них не распространяются «возрастные» гарантии. Он отметил, что в качестве прецедента можно использовать недавнее решение о введении уголовной ответственности за диверсию с 14 лет.
Сергей Рыбальченко подчеркивает, что он не призывает ужесточить законодательство.
— Напротив, после каждого резонансного случая с агрессией и насилием со стороны несовершеннолетних мы слышим призывы ужесточить закон, снизить возраст, при котором наступает уголовная ответственность. Обычно я выступаю против такого ужесточения по случаю. Но изменения происходят. Сейчас наказания по ряду преступлений у несовершеннолетних такие же, как у взрослых, но наступают они с первого правонарушения — хотя логично дать молодому человеку шанс на исправление. Однако при повторяющемся злодеянии, особенно в случаях, когда лояльность закона используется для совершения преступления, важно спрашивать строже, по-взрослому, — пояснил он свою идею.
Сергей Рыбальченко добавил, что в большинстве случаев несовершеннолетние встают на путь исправления и профилактика работает, однако есть и такие, кто «бравирует безнаказанностью». Он считает, что принудительная эмансипация не станет широкой практикой, однако в ряде случаев позволит проявить принципиальность там, где ее нужно проявить в интересах общества.
Как уже наказывают подростков
Виктория Чеснокова отмечает, что действующую систему уголовной ответственности несовершеннолетних сейчас трудно назвать щадящей.
— По общему правилу уголовная ответственность наступает с 16 лет. Однако закон также предусматривает обширный перечень преступлений, ответственность за которые наступает с 14 лет. Это, например, убийство, умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, похищение человека, изнасилование, террористический акт, захват заложника, вандализм, хищение либо вымогательство оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств и другие, — заметила она.
Причем за тяжкие преступления несовершеннолетний может быть приговорен в том числе к лишению свободы на определенные сроки.
Виктория Чеснокова отмечает, что для большинства европейских стран характерна реабилитационная модель, которая отличается повышенной границей возраста, с которого наступает уголовная ответственность, применением терапевтических и адаптационных методов, социальной работой и помощью семьям подростков. В некоторых странах — Франции, Испании, Германии — есть специализированные суды по делам несовершеннолетних.
В то же время в США, Великобритании, Китае и Сингапуре применяется «репрессивная модель».
— В США нет единого закона о возрасте уголовной ответственности: каждый штат устанавливает свои правила, — пояснила, в свою очередь, Ольга Турунина. — Формально в большинстве штатов нижняя граница — от 10 до 12 лет, в некоторых штатах суды могут считать ребенка уголовно ответственным, исходя из его «способности понимать природу поступка».
Уголовная ответственность очень сильно зависит от решения суда. В зависимости от характера преступления к несовершеннолетнему может быть применено даже пожизненное лишение свободы, уточняет юрист.
Есть ли другие способы решения проблемы
Ольга Турунина уверена, что решение должно лежать не в законодательном ужесточении, а в системном улучшении работы с подобными подростками.
Евгений Корчаго подчеркивает, что одновременно с принудительной эмансипацией нужно идти по пути снижения сроков лишения свободы за определенные преступления. Он объясняет это тем, что если человек находится в тюрьме больше восьми лет, то превращается в «человека тюрьмы» с абсолютно поменявшимися психологическими установками. Меньшие сроки еще позволяют его перевоспитать, тогда как длинные подразумевают именно изоляцию от общества.
При этом очень важно, чтобы наказание было неотвратимым, сказал он.
Чтобы инициатива с принудительной эмансипацией подростков стала реальной, Евгений Корчаго призывает провести на базе Общественной палаты, Госдумы и Совета Федерации обсуждение с профессиональным сообществом. Он признает, что сама формулировка «принудительная эмансипация» вызывает отторжение, однако важно понять цель предлагаемых изменений.
