Выборы, состоявшиеся 28 сентября в Республике Молдова, изначально многими рассматривались как ключевой момент, способный определить дальнейший вектор развития страны в ближайшие годы. В обществе царила атмосфера ожидания и напряженности: часть электората видела в этих выборах возможность окончательно закрепить курс на европейскую интеграцию, другая — шанс вернуть баланс и восстановить отношения с Россией в оппозицию президенту Майе Санду.
Молдавия — страна со смешанной формой государственной организации — парламент и президент работают сообща для законотворчества и имплементации политики, поэтому контроль над парламентом считается основой политической власти.
Результат, которого добилась партия «Действие и солидарность» (ПДС), возглавляемая Игорем Гросу, хотя и не казался полностью предрешенным, стал закономерным итогом долгого периода целенаправленной политики, направленной на борьбу с российским влиянием в политической и общественной жизни Молдавии. Опросы общественного мнения перед выборами обещали правящей партии не более 40%, а некоторые были уверены в том, что Патриотический избирательный блок сможет добиться парламентского большинства.
В результате блок показал себя хуже, чем рассчитывалось, даже не считая диаспоры. Впрочем, нельзя забывать и о том, что в ходе голосования фиксировался целый ряд нарушений, а до выборов власти усилили давление на оппозицию, что сыграло свою роль. Но даже в таких условиях ПДС смогла добиться лишь около 50%. При этом задержания продолжаются и после 28 сентября — в частности, в СМИ сообщили об аресте лидера партии «Христианско-социальный союз Молдовы» Габриела Кэлина.
Любые репрессии в отношении политических конкурентов, особенно в поствыборный период, подрывают доверие к госинститутам и создают риски дальнейшей поляризации общества.
Приговор исполнительному секретарю исполкома блока «Победа» Марине Таубер — семь лет и шесть месяцев в полузакрытом режиме — вызывает дополнительное внимание, учитывая, что на момент вынесения решения она, по всей видимости, находилась за пределами страны. Такие решения, сочетающиеся с арестами действующих оппозиционных лидеров, усиливают давление на политических конкурентов и общество.
Несмотря на это, главный политический истеблишмент Молдавии, по сути, показал себя хуже, чем в 2021-м. Партия «Действие и солидарность» и Патриотический блок продемонстрировали падение популярности, которое отражено в усталости вечной борьбы двух объединений. Эта усталость, однако, порождает другие политические силы, что, с одной стороны, усиливает плюрализм мнений, а с другой — увеличивает хаос в Молдавии. ПДС потеряла восемь мандатов, однако смогла сохранить большинство в парламенте. Объединение бывшего президента Молдавии Игоря Додона потеряло шесть мандатов. Это может создать проблемы внутри партии, поскольку левые политические объединения рассчитывали, что от создания «единого фронта» они получат большее преимущество.
В целом выборы 2025 года не обернулись победой ПДС в полной степени. Партия смогла удержаться, но потеряла места. Повторится ли успех в будущем — уже совсем другой вопрос. Настоящими победителями этих выборов можно назвать более мелкие силы, которые смогли пройти пятипроцентный для партий и семипроцентный для блоков порог в парламент Молдавии.
Ион Чебан, нынешний мэр Кишинева, в последние годы находился в умеренной оппозиции к правительству и долго заявлял о необходимости создать новую партию. Основанный в 2025-м блок «Альтернатива» смог пройти порог в 7% и получит восемь мандатов в парламенте. Для столь молодой партии это невероятный успех, особенно если вспомнить политическую карьеру молдавского бизнесмена и бывшего мэра города Бельцы Ренато Усатого, который, будучи старым политическим игроком, забрал лишь шесть мандатов. Можно отметить и значительный прогресс для унионистской партии «Демократия дома».
Если же рассматривать Молдавию как поле для битвы между Западом и РФ, то со стратегической точки зрения отмечается потеря российского влияния на протяжении последних лет: ЕС активно спонсирует Молдавию, деятельность европейских институтов оказалась более эффективной, чем предполагалось, Брюссель воспринимает Кишинев как важного игрока в большой антироссийской игре. Тем не менее нельзя говорить и о стратегическом поражении российского проекта в Молдавии. Но молодежь подвержена влиянию западных ценностей, что отражено в большой популярности ПДС как раз среди людей этого поколения. Старшее, в свою очередь, более заинтересовано в восстановлении связей с Россией и поддержании этих контактов на очень высоком уровне.
Российская стратегия в Молдавии теперь сталкивается с двумя серьезными вызовами. Во-первых, ПДС и Майя Санду продолжат уменьшать влияние РФ на экономику своей страны. Во-вторых, традиционно пророссийский электорат — жители Приднестровья, северные и южные регионы Молдавии — постепенно устает от неудач на политическом поприще. Популярность пророссийской оппозиции с 2021-го по 2025-й снизилась на 3% — это задает неприятный тренд. Так, несмотря на объединение оппозиционных партий в единый блок, альянс остается шатким и хрупким, что может в худшем случае привести к маргинализации этого политического сегмента. Это может подтолкнуть ПДС к еще более жестким действиям против оппозиции при поддержке Евросоюза.
Автор — сотрудник факультета мировой экономики и мировой политики Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора
