В сетях микропластика: озеру Байкал угрожает экологическая катастрофа
Вода озера Байкал постепенно заполняется микропластиком — мелкими полимерными отходами, которые попадают в него с малыми российскими реками и водами реки Селенги из Монголии, неочищенными промышленными стоками и бытовым мусором со стихийных свалок. Еще одним крупным источником загрязнения стали затонувшие полимерные рыбацкие сети. Полностью очистить Байкал от микропластика невозможно, но уборка сетей с его дна, как убедились «Известия», может помочь исключить токсичные источники загрязнения.
Первая глава
Девочка-подросток с трудом надевает гидрокостюм, еще не просохший от вчерашнего погружения на дно озера Байкал. Здесь, у мыса Толстый, в получасе ходьбы от Листвянки на небольшом судне, температура воды и воздуха всего 10 градусов. У человека неподготовленного от погружения в эту воду зубы сведет — но не у нее. Вместе с коллегами-дайверами она не в первый раз спускается в озеро с важной миссией — найти и поднять со дна полимерные рыболовные сети, серьезную экологическую угрозу для главного озера страны.
Рыболовные сети — источник микропластика, убивающего водные экосистемы. Он загрязняет воду, поступая в виде мелких частиц через поверхностные стоки. Это показывают результаты исследований, демонстрирующие высокое содержание микропластика в прибрежных зонах туристических территорий.
— Пластик, брошенный на поверхности, — это первая прямая угроза. Современная одежда из синтетических материалов создает большой объем волокон, поступающих вместе со сточными водами в Байкал. Эти типы микропластика очень хорошо разделяются при исследованиях материала. Рыболовные сети из полимеров тоже вносят свой негативный вклад, потому что нередко остаются на дне озера. Разрушаясь, они напрямую попадают в водную толщу. За последние пять лет отмечен полуторакратный рост содержания микропластика в Байкале, это реальная проблема, решением которой нужно заниматься сегодня, — говорит «Известиям» старший научный сотрудник Института земной коры Сибирского отделения РАН, кандидат геолого-минералогических наук Александр Кононов.
Помимо дна дайверы исследуют мысы, куда часто прибивает потерянные сети. Здесь они цепляются за выступающие части береговой линии, каменистые подводные выступы и многочисленные затонувшие деревья. Находят их и на обрывистом западном берегу, где сети тоже накапливаются.
Сети вынимают дайверы во главе с Михаилом Сисенковым.
— В данной экспедиции за три недели мы обследовали около 35 км дна озера в районе Кругобайкальской железной дороги и почистили около 100 км берега, от бухты Песчаная до Култука. В итоге обнаружили сотни километров полимерных сетей, — поясняет он.
Затонувшие сети уходят с течением за много километров от первичной локации и нередко становятся пищей для рыб. Затем такая рыба попадает на стол. Чтобы этого не произошло, затонувшие сети важно побыстрее собрать, но это задача для подготовленных.
Сегодня группа дайверов обследует дно у мыса Толстый. С погодой им повезло: утренняя облачность рассеялась, солнце скользит по поверхности. Михаил и его коллеги в экипировке скользят по водной глади на сапах. От берега метров 20, недалеко, на первый взгляд, но глубина тут большая: дно обрывистое и каменистое. Здесь группа погружается в воду и идет обследовать дно.
Найти и отцепить
Искать сети зачастую мешают мутная вода и нередкие на Байкале шторма: если волнение сильнее четырех баллов, мероприятия отменяются, потому что ничего не разглядеть.
Байкальская губка
Самой прозрачной вода в Байкале бывает в июне. Затем озеро прогревается солнечными лучами и начинается цветение, у поверхности в это время мало что можно разглядеть, однако на глубине 12–15 м видимость улучшается. А на глубине 20–30 м уже можно рассмотреть все инородные предметы. В этом году с погодой повезло: в июле вода была не мутнее июньской.
Процесс забора сетей многоэтапный. Сначала водолазы находят сеть на дне, затем цепляют ее на специальный буй, который надувают и отпускают. Поднимаясь на поверхность, он вытаскивает сеть. Но сначала водолазы отцепляют ее от каменистого дна, коряг, застрявшей рыбы и губки — растения с длинными стеблями. Эта кропотливая работа может занять и два, и три часа и стоит немалых усилий, потому что происходит нередко на 40-метровой глубине при температуре +4 градуса.
Сколько времени займет процесс, никто не берется точно сказать: всё зависит от длины сети и сложности дна.
— Сеть может уходить в бесконечность. Одну такую, длиной метров 200, мы подцепили на глубине 200–300 м, а потом на корабле ее вручную около часа на палубу доставали. Несколько якорей подняли, она цепляла что-то на дне. Работали впятером, еле вытащили. Поднятие любой сети — это непредсказуемый процесс, — говорит Сисенков.
Очень часто дайверы даже не знают, из каких глубин тянут сеть. Бывает, цепляют ее на сравнительно небольшой глубине в 30–40 метров, а в итоге, когда осматривают ее на корабле, становится ясно, что она залегала на глубине 70–80 м. Такие сети кажутся бесконечными.
Подавляющее большинство сетей сделаны в Китае, они полимерные, тонкие и мягкие, быстро рвутся — в отличие от отечественных, сотканных из шелковых нитей, которые тут попадаются намного реже.
Байкальская эпишура в момент изучения
При этом любая сеть разлагается в воде несколько десятилетий и за это время может навредить экосистеме. Параметры загрязнения вод группа ученых оценивает в рамках ежегодного мониторинга.
— Байкал как водный объект уникален, вода имеет ультрапресный состав с низким содержанием макро- и микрокомпонентов. Здесь обитает много эндемичных видов, которые влияют на состав воды и обеспечивают его чистоту и сохранность, — говорит ученый Александр Кононов.
Байкал питает множество рек, как небольших горных, так и крупную полноводную Селенгу. У озера сложная система циркуляции, благодаря которой вода насыщается кислородом и сохраняет температурный режим.
Дельта реки Селенги
Как определить возраст сети? Если не рвется, когда достают, значит, ей до пяти лет. А вот если рвется, значит, лет 10–15. Именно такие сети распадаются на микропластик и загрязняют озеро. Нередко дайверы поднимают из воды не целую сеть, а множество фрагментов, которые собирают в большие 50-литровые мешки. Обычно после каждого погружения выносят по два-три таких мешка.
Ученые говорят, что и больше всего микропластика из-за течений скапливается в центральной части озера, а не на берегу.
— Это так называемое микропластиковое пятно связано с циркуляцией воды в озере: в нем нет столь выраженных зон круговых течений, как в океанах, но всё же тенденция формирования циркуляции существует, в том числе в зоне впадения Селенги, которой авторы приписывают основное загрязнение. Честно говоря, это кажется закономерным, — говорит «Известиям» сотрудник кафедры общей экологии и гидробиологии Биологического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова Олеся Ильина.
Сетью можно укрыть баскетбольное поле
Группа продолжает поиски. Спустя два часа на палубе становится двумя сетями больше — каждая крепкая, около 20 м длиной. В этот раз обошлось без экстремальных находок, но случалось доставать упаковку мяса, ведро и даже новогоднюю елку. Дайверы уверены, что на пока малообследованном юго-востоке, между Байкальскими Танхоем, странных находок может быть больше. Найдется интересное и на линии от поселка Бугульдейка до острова Ольхон, где в годы СССР был рыбзавод.
— Сети на дне Байкала гигантские. Вы представляете себе баскетбольное поле? Вот такие примерно площади покрывают брошенные сети. Выглядит, с одной стороны, достаточно художественно. Но как подумаешь, что она тут лежит десятилетиями, и продолжает наносить урон, и в ней застревают живые организмы… Сети опутали всё байкальское дно, а вытащить их бывает очень трудно, — говорит Михаил Сисенков.
