«У тебя нет карт, у тебя нет карт», — повторял Дональд Трамп Владимиру Зеленскому на скандальной встрече в феврале. В этой фразе нашла отражение не просто система взглядов американского лидера, но и контуры его стратегии по практически любой внешнеполитической проблеме. Мир, по Дональду Трампу, — большая карточная игра, в которой делают ставки, блефуют, пасуют и иногда идут ва-банк. В глобальном покере есть старшие карты — ядерное оружие, государственные инвестиционные фонды, редкие ресурсы. Эти карты можно сбрасывать, обменивать и собирать в комбинации — в любых переговорах, как в каждой раздаче, может быть несколько кругов торгов.
Игра в урегулирование конфликта на Украине нужна Трампу, чтобы приобрести козырь во внутриполитическом раскладе в США и ограничить влияние так называемых ястребов в Республиканской партии. Эта группа не слишком лояльна действующему президенту, активно работает по линии парламентской дипломатии с Украиной и европейскими странами, пытается, по сути, пережить нынешний президентский срок, чтобы потом иметь возможность развернуть партию к более традиционной повестке времен Джорджа Буша – младшего. Трамп, в свою очередь, с помощью риторики о налаживании отношений с Россией и об установлении мира на Украине показывает, что позиции ястребов по внешнеполитической проблематике архаичны и не дают новых преимуществ США.
Поскольку украинское досье для президента не самоценно и подлежит возможному размену во внутрипартийных торгах, был выбран интересный формат участия американцев в урегулировании. Администрация Трампа не стала полноценным участником переговоров и всегда подчеркивает, что стороны конфликта сами должны прийти к согласию. Вашингтон не дотягивает и до ниши посредника, поскольку США продолжают поставки вооружений Киеву, обмениваются с украинскими силовиками разведданными, сохраняют санкции в отношении России.
Наконец, Трамп постоянно обозначает в отношении процесса переговоров какие-то временные рамки, вне которых вроде бы как американская заинтересованность в процессе урегулирования закончится. Безусловно, установленные дедлайны неоднократно сдвигались и пересматривались, но сам факт их наличия призван показать ограниченность участия Вашингтона. В данном случае формат включенности США в диалог по Украине — «переговорщик на час», это их внешнеполитический козырь. Как кот Шредингера, американцы вроде бы есть в переговорах, но, может быть, их там и нет.
Звонки Трампа сначала Владимиру Путину, а потом Владимиру Зеленскому — это очередной раунд глобального покера. В разговоре с российским президентом американский лидер нашел интересный способ обойти противоречия между позициями России и Украины. Москва выступает за переговоры без предварительных условий — переговоры, в рамках которых нет запретных тем и нет отступлений от принципов предварительно согласованного Стамбульского соглашения 2022 года. Киев, напротив, добивается перемирия без условий, то есть договариваться ни о чем не хочет, но видит возможность за счет дипломатии получить передышку на линии боевого соприкосновения. В дипломатической логике это несовместимые позиции. Трамп же предложил обсуждать всё сразу пакетно, зафиксировать ключевые принципы будущего соглашения хотя бы в меморандуме и посмотреть, какие условия могут быть для приостановки боевых действий. С одной стороны, это смягчает российскую позицию насчет юридически обязывающих документов как основы урегулирования, но, с другой стороны, отбрасывает идею перемирия без условий, активно продвигавшуюся Киевом и рядом европейских стран.
В чем смысл такого хода? США еще больше перекладывают ответственность за урегулирование на Россию и Украину и снимают с себя возможный негатив по поводу провала этой кампании. При этом положение «переговорщика на час» сохраняется: американцы продолжают вести диалог по интересующим их темам (в частности, по судьбе Запорожской АЭС), сохраняют возможности как угрожать Киеву и Москве, так и предлагать варианты экономического сотрудничества.
Помимо этого, достижение компромисса о пакетном рассмотрении переговоров и перемирия снова подрывает позиции американских ястребов, которые подготовили в сенате законопроект об усилении санкций в отношении России и готовы начать его обсуждение. При текущей конфигурации процесса урегулирования такой законопроект стал бы ударом по достигнутому США в переговорном процессе статусу. В американском публичном дискурсе очень модно обвинять друга в стремлении «поставить наше Отечество в рискованное положение» — именно этот инструмент может использовать Трамп, если республиканцы-ястребы всё-таки начнут процесс принятия законопроекта о санкциях.
Примечательно, что Трамп не упустил случая разыграть карту украинского урегулирования еще и на европейском направлении. Его цель со времен первого срока состояла в ослаблении европейской солидарности и формировании группы стран, ориентированных на Вашингтон, а не на Брюссель. После общения с российским президентом американский лидер созвонился с рядом европейских коллег, но список его собеседников показателен. Трамп не стал звонить одному из лидеров «коалиции желающих» — британскому премьеру Киру Стармеру, — но связался с главой правительства Италии. Американский лидер позвонил главе Еврокомиссии Урсуле фон дер Ляйен, но затем пообщался с президентом Финляндии, которая председательствует в этом году в ОБСЕ, тем самым показывая, что ЕС разделяет ответственность за безопасность в Европе с другими региональными организациями. С помощью нескольких звонков Трамп продолжил углублять разделительные линии в Европе и проверять европейских союзников на прочность.
Так или иначе, очередной раунд глобального покера, скорее, принес выигрыш России. Запуск переговорного процесса с Украиной позволит более выпукло показать недоговороспособность и несостоятельность нынешнего киевского режима — уже звучат высказывания, что некоторые вопросы украинская сторона обсуждать не готова. Кроме того, дальнейшее переформатирование Республиканской партии США позволит хотя бы в среднесрочной перспективе укрепить конструктивное отношение к России, а не двухпартийный консенсус по поддержке Украины. Наконец, подыгрывая Трампу, Москва смогла сохранить свой основной дипломатический козырь — стремление обсуждать весь комплекс вопросов, а не случайную выборку. По итогам общения президентов в переговорном процессе сохраняются ключевые для нас темы, такие как нерасширение НАТО, международное признание российских границ, борьба с дискриминацией по языковому и религиозному принципу на Украине.
Автор — доцент кафедры политической теории МГИМО МИД России, кандидат политических наук
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора
