«Дни, когда кто-то мог рассчитывать на безнаказанность, остались позади»
Органы прокуратуры ЮАР переживают период реформирования — закрепляется всё более независимое их положение, чтобы обеспечить наивысшую эффективность расследования в том числе коррупционных преступлений. Об этом в интервью «Известиям» на 6-й встрече руководителей прокурорских служб стран БРИКС рассказала национальный директор Службы уголовного преследования Южно-Африканской Республики Шамила Батойи. Встреча проходит в Санкт-Петербурге под председательством генпрокурора РФ Игоря Краснова. Как страна реформировала систему уголовного преследования и как прокуроры ЮАР работают в области предотвращения и расследования транснациональных преступлений — в материале «Известий».
«Есть политическая воля руководства страны не вмешиваться в нашу работу»
— Южная Африка недавно пережила десятилетие так называемой узурпации государства. На ваш взгляд, сейчас прокуратура страны обладает независимостью, необходимой для выполнения своей работы?
— Во-первых, хочу пояснить, что такое сам феномен узурпации государства. Проблема узурпации власти — это период в истории Южной Африки, который продлился где-то с 2009 по 2019 год, когда группа предпринимателей в сговоре с политиками занималась, по сути, мошенничеством с государственными закупками. То есть деньги, которые выделялись на борьбу с бедностью, развитие инфраструктуры, строительство дорог, развитие системы водоснабжения, строительство жилья, разворовывались и использовались в мошеннических целях.
В 2009 году президентом ЮАР стал Джейкоб Зума. Политические силы страны неоднократно обвиняли его в росте коррупции, неэффективности работы государственных институтов и замедлении темпов экономического развития страны.
В 2018 году генеральный секретарь Африканского национального конгресса потребовал от Зумы уйти в отставку, а в феврале главой государства стал Сирил Рамафоса. В марте того же года в отношении Зумы возбудили уголовное дело о коррупции, вымогательстве и отмывании денег.
В 2021 году Джейкоба Зуму приговорили к 15 месяцам заключения за неуважение к суду и отказ дать показания комиссии, расследующей обвинения в коррупционных преступлениях.
И поэтому очень важно для населения, для народа нашей страны, чтобы те, кто стал причиной вот этого разорения страны, кто занимался узурпацией государства, понесли за это ответственность.
Экс-президент Южной Африки Джейкоб Зума
И это миссия, конечно же, органов прокуратуры. Нужно обеспечить преследование преступников и вернуть украденные деньги. Здесь как раз очень важно соблюдение принципа верховенства закона, чтобы все, кто виновен в совершении этих преступлений, вне зависимости от занимаемой должности и размера богатства понесли наказание и вернули украденные деньги.
И чтобы обеспечить соблюдение принципа верховенства закона, необходима независимость органов прокуратуры. Это требование является залогом и политической стабильности, и устойчивого развития. Без независимых органов прокуратуры всё это невозможно.
— Есть ли такая независимость у органов прокуратуры вашей страны?
— Можно ответить на этот вопрос утвердительно. С 2019 года, когда я вступила в должность главы Службы уголовного преследования, мы уделяем большое внимание этой проблематике. Мы руководствуемся принципом независимости, профессионализма, подотчетности и доверия. Есть независимость де-юре и де-факто.
Де-юре она обеспечивается в Конституции закрепленными полномочиями органов прокуратуры, законами, которые гарантируют независимость. И де-факто мы обладаем необходимой независимостью для нормального исполнения своих обязанностей. Есть политическая воля со стороны руководства страны не вмешиваться в нашу работу. И мы гордимся, что президент следует принципу независимости органов прокуратуры.
Президент Сирил Рамафоса, 19 июня 2024 года
Но в то же время ему еще предстоит многое сделать. Сейчас мы в сотрудничестве с министром юстиции работаем над реформой, которая должна быть представлена в январе 2025 года. Она позволит закрепить и еще больше утвердить принцип независимости органов прокуратуры, обеспечить их необходимыми ресурсами для осуществления своей независимой деятельности.
— Что вы считаете своим самым большим достижением на посту главы прокуратуры Южной Африки?
— Один человек не может добиться ничего. Добивается чего-либо руководящая команда. И мы как раз смогли сформировать ту новую команду, которая стала эффективно бороться с последствиями феномена узурпации государства. Мы провели полную перетряску органов прокуратуры, их руководящего состава, и поставили нашу службу на новые рельсы, чтобы создать новый вектор развития нашей деятельности, обеспечить все условия, чтобы во главе угла было именно верховенство закона, а не чьи-то частные интересы.
И наша команда добилась этого результата. Мы задали новое направление деятельности в борьбе с узурпацией государства, с коррупцией. При этом мы понимаем, что многое еще предстоит сделать. Но самое главное, чего, возможно, мы добились, — это показали на деле, что дни, когда кто-то мог рассчитывать на безнаказанность, остались позади и теперь чьи-то частные интересы не могут главенствовать над интересами государства. Органы прокуратуры как раз занимаются преследованием всех виновных. И таким образом мы надеемся, что в будущем состоится еще больше судебных процессов, где мы будем рассматривать эти дела и продолжать бороться с последствиями той ситуации, которая у нас была в период узурпации государства.
Глава Службы уголовного преследования ЮАР Шамила Батойи
«Большую проблему для нашего общества представляет организованная преступность»
— Какие преступления, помимо коррупции, наиболее распространены в Южной Африке?
— В первую очередь это убийства, грабежи, вторжение в частную собственность. Очень остро стоит проблема преступлений сексуального характера, а также отмывания денег в связке с коррупцией. И, конечно же, большую проблему для всего нашего общества представляет организованная преступность.
— Какие преступления труднее всего раскрываются?
— Надо сказать, что органы прокуратуры у нас в стране не ведут следствие, это функция полиции. Да, у нас есть специализированное подразделение, которое занимается расследованием в области как раз коррупционной деятельности. Но в целом проведение расследования — это удел полиции.
А с точки зрения наиболее сложных преступлений здесь сложно сказать. Пожалуй, я бы отметила, что наибольшую сложность представляет собой транснациональная преступность, потому что нужны соглашения о взаимной правовой помощи, нужны навыки для эффективной борьбы с этой деятельностью на международном уровне.
— Выдаете ли вы граждан, совершивших преступление на территории Южной Африки, в страны их гражданства?
— Естественно, Южная Африка нацелена и очень поддерживает сотрудничество со всеми странами мира. Если приходят запросы, и это находится в правовых рамках, мы всегда стараемся удовлетворить их.
Мы не хотим прослыть страной, укрывающей у себя преступников, поэтому в рамках закона мы осуществляем и экстрадицию, и другие виды международного сотрудничества для того, чтобы бороться с транснациональной преступностью.
И хотела бы сказать, что очень благодарна за возможность дать это интервью. Сотрудничество прокуроров и прокурорских служб по всему миру имеет особое значение как раз в контексте проблемы узурпации государства, потому что преступность не знает границ. И поэтому как раз и необходимо налаженное взаимодействие между нашими органами для борьбы с этой проблемой.
Шамила Батойи детские годы провела на территории современной провинции Квазулу-Наталь (ЮАР). Там же получила высшее образование.
Юридическую карьеру начала в 1986 году в качестве младшего прокурора районного суда г. Дурбан. Впоследствии назначена замдиректора отделения Службы уголовного преследования (СУП) ЮАР в провинции Квазулу-Наталь.
