Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Мир
В Швеции заявили о закрытии дела о взрывах на «Северных потоках»
Мир
В США уличили Зеленского в подрыве «великой битвы» Запада за демократию на Украине
Политика
Путин подписал закон о правилах выезда из России для парламентариев
Армия
Корабли России и Китая провели учебные стрельбы на тренировке в Филиппинском море
Мир
Премьер Грузии заявил о реалистичности членства страны в ЕС к 2030 году
Мир
СМИ узнали о ярости Брюсселя из-за визита Орбана в РФ и КНР
Мир
Израиль всё еще не получил подтверждения в ликвидации лидера ХАМАС
Мир
ЦАХАЛ сообщила о нанесенном ударе по боевикам ХАМАС
Мир
Посол Антонов заявил об абсурдности высказываний Байдена в адрес Путина
Мир
Захарова назвала действия Швеции и США по «Северным потокам» мировым сговором
Мир
СМИ узнали об отказе всех бельгийских городов принимать матч с Израилем
Общество
На всей территории Белгородской области объявили ракетную опасность
Общество
Безруков на VK Fest посоветовал молодежи больше путешествовать
Общество
Стали известны последние слова пилота SSJ-100 диспетчеру перед крушением под Коломной
Армия
Саперы рассказали о плотном минировании ВСУ территорий при отступлении в зоне СВО
Мир
NYT указал на неработающие уловки по сокрытию состояния здоровья Байдена
Спорт
ФК «Зенит» победил «Краснодар» и стал обладателем Суперкубка России
Сюжет:

«Уровень Олимпиады без наших будет невысоким»

Президент федерации синхронного плавания России Ольга Брусникина — о неполноценности соревнований в Париже, позорных условиях допуска и значении Игр БРИКС в Казани
0
Фото: РИА Новости/Рамиль Ситдиков
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

13 июня в Казани стартовали Игры БРИКС. В них уже закончились соревнования по синхронному плаванию, где все 10 из 11 золотых медалей завоевали российские спортсмены. При этом кроме них участие принимали представители только пяти стран: Белоруссии, Таиланда, КНДР, Узбекистана и Казахстана. В интервью «Известиям» президент федерации синхронного плавания России, трехкратная олимпийская чемпионка Ольга Брусникина объяснила причины такого представительства, оценила уровень организации соревнования, заявила, что уровень Олимпиады в Париже без наших спортсменов будет существенно ниже, а также рассказала, как в начале 2000-х годов отреагировала на то, что ее партнерша по команде и дуэту Мария Киселева стала звездой телевидения благодаря образу жесткой ведущей программы «Слабое звено».

— Как вам уровень организации Игр БРИКС?

— Если говорить об организации, то мы в принципе всегда готовы к тому, что в Казани и вообще в Республике Татарстан соревнования проходят на высоком уровне. Так получилось и с Играми БРИКС — во всяком случае, могу судить по их первым дням, в которые прошли соревнования по синхронному плаванию. Но, повторюсь, мы в общем-то и ожидали такого высокого уровня организации, который видим. Обратили внимание, что во Дворце водных видов спорта сделан прекрасный ремонт. Есть новое освещение, новая музыка. Ощущение, что всё на высшем уровне.

— Как оцените выступления наших спортсменов на турнире по синхронному плаванию?

— Отличные выступления, отличный результат. Со сложностью справились — результат и оценка судей сами за себя. Мне кажется, наши спортсмены очень хорошо готовы.

— Недоброжелатели наверняка будут долго припоминать Играм БРИКС то, что в синхронном плавании в большинстве дисциплин было всего по четыре участника, а в мужских соло часть медалей даже не присуждалась — в произвольной программе Александр Мальцев выступал один, а в технической ему противостоял только Кэнтинан Адисаисирибутр из Таиланда. Были шансы добиться большего представительства стран на этих соревнованиях?

— К сожалению, в последний момент несколько стран из нашей дружной бриксовской семьи, так скажем, отвалились. Но — по объективным причинам. Все-таки здесь у нас мультиспортивное мероприятие, многие страны формируют делегации с учетом тех видов, которые они хотят здесь представить. Часть делегаций уже в последний момент приняли решение, что повезут сюда не синхронисток, а ребят из других видов спорта.

Но я вам должна сказать, что даже с таким небольшим участников мы можем конкурировать с чемпионатом Европы по водным видам спорта, который проходит в Белграде параллельно с Играми БРИКС. Там в соревнованиях синхронистов в акробатической группе было всего три участника, в технической группе — пять, в произвольной группе — четыре. У нас в этих дисциплинах собралось даже побольше команд. Так что вопрос относительный. Несмотря на то что в синхронном плавании небольшое представительство участников на Играх БРИКС, накал страстей серьезный. Зритель идет, трибуны заполнены — это для нас, конечно, самое важное.

— Насколько вообще в странах БРИКС развито синхронное плавание, чтобы рассчитывать, что на Играх ваш вид спорта будет иметь большее количество участников?

— Во многих странах синхронное плавание — приоритетный вид спорта, но лидерами в нем после России, конечно, являются европейцы, американский континент (Америка и Канада), Япония. В принципе синхронное плавание развивается во всем мире — например, очень стремительный рост в Азии.

Я думаю, у нас есть возможность расширить географию наших соревнований — в рамках БРИКС прежде всего. Если мы не будем ставить жестких условий и рамок. Когда проходят мультиспортивные мероприятия, есть определенные квоты, в рамках которых делегации должны подумать, кого из спортсменов они включат, какому виду спорта отдадут предпочтения. Может быть, для Игр БРИКС надо придумать более открытый формат.

— Часто смотрите чемпионаты мира и Европы? Каким стал уровень без России?

— Мы видим, что уровень падает. Делаем акцент на том, что технический уровень падает. Безусловно, сейчас всё сфокусированы на сложности программ — к сожалению, уходит в тень художественная часть в нашем виде спорта. Но и само исполнение хромает — возможно, из-за того что все гонятся за высокой сложностью. Поэтому то, что мы видим, на мировой арене и у нас... Думаю, мы всё равно сильнее всех (улыбается).

— На Олимпиаде то же самое будет?

— Для меня очевидно, что уровень Олимпиады без наших синхронистов будет невысоким. Даже с учетом того что в 2022 году, уже после отстранения российских спортсменов, в синхронном плавании изменилась система судейства. Мы в нашей федерации тоже изменили правила в соответствии с требованиями Международной федерации плавания (FINA). И я вижу, что в их рамках россияне всё равно выступают на очень высоком уровне, поэтому, если их допустить сейчас на главные международные соревнования, они всё равно будут занимать лидирующие позиции.

— Появились первые имена российских спортсменов, которые допущены до Олимпиады в Париже под нейтральным флагом, но при этом теннисисты, у кого с этим должно быть меньше проблем, постепенно выпадают из списка. Как вообще смотрите на сложившуюся ситуацию?

— Уже не раз говорила и могу повторить: те условия, на которых допускают наших спортсменов, являются позорными и дискриминационными. Они были такими изначально, когда нас лишили флага и гимна. Для меня это особенно сложная тема, поскольку с первых своих больших побед в синхронном плавании испытывала особые эмоции, когда на награждении слушала гимн своей страны и смотрела на флаг своей страны. Уверена, что Олимпиада потеряет от отсутствия большинства наших спортсменов. Но нам сейчас ничего не остается, как развивать спорт внутри страны, проводить такие соревнования, как Игры БРИКС.

— Как относитесь к упомянутым изменениям правил в синхронном плавании в сторону большего влияния сложности элементов?

— Наш вид спорта долго ждал каких-то перемен. И этого требовал в том числе МОК. У него было условие: если мы хотим остаться в олимпийской программе, то должны конкретизировать наш вид спорта и детализировать его. Чтобы он был понятен и выведен в конкретные цифры. Это то, что в свое время было сделано в художественной гимнастике и фигурном катании. Еще когда я была в техническом комитете FINA, нам указали именно в ту сторону, что нужно меняться.

Безусловно, эти изменения шли стремительными темпами. И ввод новых правил, на мой взгляд, был слишком поспешным и недоработанным. Отсюда и выползло, что сейчас сложность доминирует в оценках, а остальные параметры уходят на задний план. Но, думаю, FINA это видит и ищет способы добиться сбалансированного результата, где все аспекты синхронного плавания — исполнение, художественное впечатление и сложность — влияли бы в одинаковой степени. Думаю, трансформация займет не год и не два.

— На Играх БРИКС успешно выступила Светлана Колесниченко. Откуда после трех выигранных золотых олимпийских медалей у нее мотивация выступать в условиях бана?

— Это вам надо у Светы спросить (улыбается). Мы со своей стороны как федерация стараемся мотивировать наших спортсменов, в том числе материально. Вводим различные Гран-при, чтобы они могли в течение сезона получать что-то за свой труд. Но думаю, самый близкий для спортсмена человек — это тренер. Они в контакте со своими спортсменами. И с ними самая близкая связь.

— Были шансы отговорить Варвару Субботину закончить карьеру?

— К сожалению, мы о ее уходе узнали из прессы. Так что шансов, наверно, не было (улыбается).

— Два с половиной года отстранения от соревнований повлияли на желание людей заниматься синхронным плаванием?

— Вы знаете, нет. Детей ведут в спорт — и девчонок, и мальчишек. Другой вопрос, что контингент, который ближе к сборной, уже перед выбором: или попадаю в сборную, или иду учиться. Вот на этом этапе есть сомнения.

— В 16–17 лет?

— Да. В этом возрасте делают выбор. Мы пока не анализировали статистику, но тенденция наблюдается. А с маленькими девчонками и мальчишками пока всё нормально.

— В последние недели появились слухи, что Всемирные игры дружбы перенесут на 2025 год. Это скажется на синхронном плавании?

— Как раз в следующем году Игры Дружбы были бы кстати, пока нет никаких положительных решений со стороны FINA касательно допуска на международные соревнования. В этих условиях было бы неплохо провести в 2025 году крупный турнир, где сборная могла бы выступить и показать свою работу. Так что в плане спортивной подготовки перенос не был бы критичным.

— Хочется спросить про ваш звездный дуэт с Марией Киселевой. В начале 2000-х она стала звездой за пределами спорта, когда начала вести на «Первом» программу «Слабое звено». Вы тогда удивились такому повороту в ее судьбе?

— Я все-таки знала, что у нее намечается что-то на телевидении. Мы ведь с ней общаемся постоянно — и тогда тем более, так как выступали в дуэте. Я знала, что готовится такой проект и Маша будет вести передачу. Порадовалась за подругу, одно время даже вместе смотрели ее выпуски.

— И вас не шокировали ее образ и фразы вроде «до кого вопрос доходит медленней, чем до жирафа» или «кого, как старый гаджет, пора сдавать в утиль»?

— На самом деле нет. У нас артистический вид спорта. Мы прекрасно умеем перевоплощаться. Поэтому — нет.

— Мария вас и других членов сборной потом не троллила фразами из передачи?

— Шутки всегда были — их никто не отменял. Шутили по разным поводам. По поводу ее программы тоже. Но в жизни Маша совсем другой человек. Ну и я настолько пристально передачу не смотрела, чтобы что-то вам сказать по поводу ее фраз оттуда (смеется).

— Как ей удалось совмещать эту деятельность с синхронным плаванием? Она ведь вернулась к Олимпиаде-2004 в Афинах и выиграла с вами золото в командном первенстве.

— Без желания ничего не бывает. Значит, у Маши было огромное желание вернуться и тренироваться. Она нашла силы совмещать тренировки и съемки. Отсюда и появлялись силы.

Прямой эфир