Плавали, не знаем: забытый речной флот и звуковые опыты футуристов
Писатель Алексей Иванов исследует речной флот России, художник Виталий Пушницкий отправляется на необитаемый остров, а театровед Валерий Золотухин пытается расслышать собственные голоса Маяковского и Блока. О главных художественных новинках месяца (романах Маркеса и Драйзера) мы написали отдельные статьи, в этом же материале «Известия» расскажут о самых ярких и необычных мартовских изданиях нон-фикшен.
«Речфлот»
Алексей Иванов
После цикла документальных книг об Урале и русском бунте Алексей Иванов («Географ глобус пропил», «Тобол») обратил взор на совершенно неожиданную и неочевидную тему. Его новый более чем 500-страничный труд посвящен речному флоту страны — от княжеских ладей домонгольской Руси до позднесоветских теплоходов и барж. Сюжеты о конкретных кораблях, ходивших от Волги до Енисея, чередуются с рассказами об освоении рек, описаниями сражений и восстаний, развернувшихся на водных артериях. Не менее важны и жизнеописания адмиралов, купцов, снаряжавших суда, изобретателей, совершенствовавших их конструкции.
Но это встроено в историческое повествование. Иванов показывает, что вся судьба нашего государства так или иначе связана с реками, а судоходство для России — нечто большее, чем просто одна из не самых крупных сфер национального хозяйства. «Река без кораблей — это как небо без птиц» — поэтично отмечает писатель. И не без полемического задора критикует снижение интенсивности навигации. В целом спокойная авторская речь становится горячей и эмоциональной также в главах о сталинских временах, когда ценой жизни тысяч заключенных создавались знаменитые каналы европейской части страны, а по великим рекам Сибири шли баржи с поселенцами на дальний Север.
Однако «Речфлот» и не претендует на научную объективность. В конечном счете это не учебник, а вольный гимн корабельной тематике, не столь монументальной, как это может быть на морях, зато полной мальчишеской романтики.
«Пятница»
Виталий Пушницкий
Известный художник Виталий Пушницкий уже не в первый раз сопровождает свои арт-проекты книгами, выходящими за рамки обычного выставочного каталога. Прошлым таким экспериментом был «Сад» («Известия» писали о нем). В «Пятнице» автор идет дальше, создавая своеобразный вариант livre d’artiste.
Первая половина издания — сплошной текст, и это парадоксальный философский диалог художника с Богом. Обсудив со Всевышним вопросы квантовой неопределенности и иллюзорности бытия, alter ego Пушницкого приходит к простому выводу: чтобы обрести жизнь вечную, надо творить. И, собственно, вторая половина книги — демонстрация результата.
Полуабстрактные пейзажи, написанные фломастерами и пастелью, показывают тропический остров. Его единственным жителем, местным Робинзоном, оказывается мольберт. Пушницкий отправляет предмет из мастерской живописца в символическое путешествие по рисункам и картинам: начатое в книге, оно продолжено в экспозиции «Остров» галереи pop/off/art. А может и наоборот.
«Голос и воск»
Валерий Золотухин
Книга историка театра Валерия Золотухина вышла в серии издательства «НЛО», посвященной теоретическим исследованиям звука. Однако фокус здесь — не на звуке как таковом и даже не на театре, а на поэтической декламации в первой половине XX века. Автор показывает, как публичное исполнение стихов стало не просто формой публикации литературного творчества, но самостоятельным художественным актом. Фактически перформансом.
О выступлениях Александра Блока и Владимира Маяковского, Алексея Крученых и Василия Каменского Золотухин говорит в контексте интонации, ритма, мелодики, воздействия их голосов на слушателей. А заодно раскрывает развитие традиции, ее соприкосновение со смежными сферами — например, с театральной революцией Мейерхольда и экспериментами ЛЕФа.
И, конечно, ученый подробно останавливается на вопросе аудиофиксации художественного слова. Как появлялись ранние фонодокументы и как они воспринимаются сегодня? Надо ли их учитывать как полностью достоверные отражения прошлого или же лучше видеть (слышать) в них самостоятельные исторические артефакты?
Пожалуй, книга немного тяжеловесна по языку, однако неожиданный ракурс и изобилие интересных фактов позволяют удерживать внимание читателя до последней страницы.
«Евгений Михнов-Войтенко. Художники из коллекции Музея AZ»
Имя ленинградского художника Евгения Михнова-Войтенко не то чтобы на слуху. Специалисты о нем знали давно — и единогласно называли гением. Широкая же публика стала открывать только недавно — благодаря масштабной выставке Музея AZ «Секунда, умноженная на вечность». Теперь та же институция делает следующий шаг и выпускает книгу, целиком посвященную абстракционисту из СССР.
Форма издания — проста и изящна: после обширного вступительного эссе Георгия Соколова следуют репродукции работ и фотографии Михнова, дополненные стихотворениями еще одного советского классика — поэта Леонида Аронзона. Кроме того, важная составляющая публикации — комментарии биографа, гражданской жены художника Евгении Сорокиной (а она, в свою очередь, неоднократно приводит высказывания самого Михнова).
Всё вместе создает объемный и вместе с тем загадочный образ мастера, который был, как говорится, не от мира сего, но вполне смог реализоваться и оставил внушительное наследие, которое, вероятно, станет темой еще многих исследований. Что ж, начало положено.
