Особенности национальной дипломатии
Еще не так давно, каких-то 10 лет назад, профессия дипломатического работника воспринималась широкими массами хоть и с глубоким уважением, но через призму укоренившихся мифов и стереотипов. В народном сознании деятельность дипломатов часто ассоциировалась с красивыми, но расплывчатыми формулировками дежурных заявлений, загадками закулисных переговоров, протокольными премудростями и другими атрибутами эффектного, но, казалось бы, слегка архаичного и оторванного от повседневных реалий искусства.
Затем пришел судьбоносный февраль 2014 года, когда Россия оказалась объектом гибридной агрессии стран Запада. Наши оппоненты с самого начала не скрывали, что их ключевая цель — изолировать Москву, свести статус нашей страны к региональному, а затем и вовсе вытеснить с постсоветского пространства. В конечном счете утрата Россией великодержавной роли, по замыслу Вашингтона, должна была спровоцировать центробежные тенденции внутри государства, и помочь приходу к власти послушных и зависимых от заокеанских директив элит. Для решения этих задач в ход шли все возможные методы — подкуп, откровенный шантаж, организация переворотов, масштабное применение санкционной дубины.
Тем не менее все западные потуги, как мы видим сегодня, закончились провалом. Мы выстояли и отразили натиск, не в последнюю очередь, благодаря труженикам дипломатического фронта, превратившимся в представлении россиян из касты изящных небожителей фактически в народных героев, денно и нощно держащих удар и отстаивающих национальные интересы. Сотрудники МИДа — и центрального аппарата, и многочисленных посольств — сохранили прежний лоск, но добавили к нему редко использовавшийся в годы «мирного сосуществования» с Западом арсенал обезоруживающих риторических приемов и противопоставили действиям противника стратегически выверенную работу с мировым большинством в истинно глобальном масштабе.
Одним из козырей наших дипломатических работников стал исторический бэкграунд, выделяющий российское Министерство иностранных дел на фоне многих других. Отечественные дипломаты привыкли существовать и действовать в условиях беспрецедентного давления и масштабного противодействия, решать сложнейшие и нестандартные задачи. Вспомним, как под руководством Александра Михайловича Горчакова внешнеполитическое ведомство помогло империи выйти из ловушки, организованной европейскими державами после Крымской войны. Или как силами Георгия Васильевича Чичерина и Максима Максимовича Литвинова быстро и успешно вырвался из изоляции молодой Советский Союз. Невозможно забыть и «перезагрузку» российской дипломатии при Евгении Максимовиче Примакове — когда МИД ожил и вернул себе прежнюю стать после печального периода «козыревщины».
Сегодняшние сотрудники министерства — от Сергея Викторовича Лаврова, достойного наследника великих предшественников, до молодых, только поступивших на службу дипломатов — впитали в себя уроки прошлого и, отталкиваясь от них, адаптировали работу МИДа к реалиям и вызовам XXI века. В отличие, скажем, от американских или британских, наши дипломаты не выполняют политический заказ и не служат интересам лоббистских групп.
Они не участвуют в предвыборных играх и не руководствуются сиюминутной конъюнктурой. Российские дипломатические работники — достойные продолжатели многовековых традиций, сформированных не в соответствии с потребностями элиты, а исходя из чаяний народа нашей великой многонациональной державы. И именно поэтому они столь эффективны на полях гибридной войны.
Сегодня, глядя в глаза студентам Дипломатической академии, я вижу поколение, зараженное энергетикой дипслужбы и искренне восхищающееся свершениями работников МИДа. Мастера отечественной дипломатии в последние годы сумели надежно выстроить свой рубеж обороны перед лицом западного наступления. И впереди у них — новые победы и прорывы, аплодировать которым вновь будет вся страна.
Автор — проректор Дипломатической академии МИД РФ
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора
