Не просто бомба: Оппенгеймер против политиков, ИИ — против всех
Искусственный интеллект становится президентом, создатель атомной бомбы борется с американским истеблишментом, а Санкт-Петербург оказывается кузницей авангарда. В августовских новинках, вошедших в наш обзор, выдумка и реальность переплетаются особенно тесно, а жанры причудливо перетекают друг в друга. «Известия» помогут разобраться, что и как читать в первую очередь.
«Этюды Черни»
Ольга Ускова
Тема искусственного интеллекта в последнее время прочно поселилась в литературе — как художественной, так и нон-фикшн. И на столь насыщенном фоне приключенческий роман «Этюды Черни» мог бы проскочить незамеченным, если бы не имя его автора.
Ольга Ускова известна как руководитель одной из главных российских компаний-разработчиков ИИ, поэтому она не только разбирается в теме лучше профессиональных писателей-фантастов, но и может использовать в качестве соавтора, собственно, плод своей основной деятельности — ИИ-робота «Ипполит 1.0» (да, он назван в честь героя «Иронии судьбы», сыгранного Юрием Яковлевым, и актер-прототип в книге не раз упоминается).
Собственно, именно ИИ и становится центральным персонажем произведения — наряду со своей создательницей, романное alter ego которой зовут Дина Кускова. В том-то и прелесть «Этюдов Черни»: повествование постоянно модулирует между вполне реальными автобиографическими сценами и залихватской фантазией. Только если здесь переходы весьма очевидны, то в описаниях возможностей Ипполита грань реальности и выдумки куда более зыбка. Действительно ли робот уже настолько совершенен? Или это только беллетризованный прогноз, взгляд в будущее? Но даже если второе, невольно воспринимаешь сказанное всерьез, помня про бэкграунд Усковой. В общем, как говорится, в каждой шутке есть доля шутки (а юмора здесь и правда хватает, — добавим мы).
«Оппенгеймер. Триумф и трагедия американского Прометея»
Кай Берд, Мартин Дж. Шервин
Нашумевший фильм «Оппенгеймер» Кристофера Нолана у нас пока не вышел (и не факт, что выйдет), однако книгу, на основе которой он был снят, российские читатели уже могут купить — разумеется, в оформлении по мотивам блокбастера. Впрочем, труд Мартина Дж. Шервина и Кая Берда интересен и сам по себе, что подтверждают продажи: первый тираж был стремительно раскуплен, и в этом месяце издательство АСТ выпустило второй.
Ну а на родине монументальное исследование получило Пулитцеровскую премию. И это, надо полагать, стало достойным вознаграждением авторам, потратившим на работу многие годы своей жизни. Шервин в общей сложности занимался книгой четверть века, изучив десятки тысяч страниц документов и опросив сотни людей, лично знавших создателя атомной бомбы. На финальном этапе к нему присоединился Берд, чтобы помочь структурировать огромное количество материала.
В итоге получилась обстоятельная (порой — чересчур) и увлекательно написанная история жизни Оппенгеймера, не только в деталях рассказывающая об обстоятельствах рождения самого жуткого изобретения века, но и показывающая, как неоднозначно сам ученый оценивал результаты своей работы, терзаясь чувством вины. А еще это скрытое обвинение в адрес американских политиков и военных, которые сначала использовали гения для создания смертоносного оружия, затем применили разработку против мирных жителей, а когда Оппенгеймер стал протестовать против дальнейших шагов в сторону милитаризации — сделали всё, чтобы уничтожить его карьеру.
«5000 фильмов. Рецензии за 50 лет»
Сергей Кудрявцев
В 1990-е Сергей Кудрявцев стал, пожалуй, самым известным кинокритиком страны. На его книгах «500 фильмов», «+500», «Всё — кино» учились новые поколения авторов, а широкая публика знакомилась с рецензиями Кудрявцева по Большой энциклопедии Кирилла и Мефодия, диски с которой стояли почти у всех обладателей домашних ПК.
Уже в интернет-эпоху Кудрявцев оказался пионером краудфандинга, побудив читателей профинансировать издание своего двухтомника «3500. Книга кинорецензий», а затем и трехтомника «Почти сорок четыре тысячи». Несложно заметить, что с каждым новым проектом критика цифра в названии, характеризующая количество фильмов и текстов о них, становилась все внушительнее, а объем — масштабнее. Кульминацией этого процесса оказался новый труд, из которого пока готов первый том — «5000 фильмов. Рецензии за 50 лет». По понятной причине, он существует только в электронном виде, но, признаем, так удобнее всем: найти тексты по фамилии режиссера или актера можно в два счета.
Собственно, издание объединяет два жанра. С одной стороны, это объективный, скрупулезный справочник из выверенных сведений — от имен создателей до кассовых сборов и премий — по огромному количеству фильмов. С другой стороны — коллекция авторских эссе с субъективным, подчас спорным (но потому и интересным) взглядом на самую разную кинопродукцию и оценкой по десятибалльной шкале.
«100 лет современному искусству Петербурга. 1910–2010-е»
Екатерина Андреева
Книга искусствоведа, ведущего научного сотрудника Отдела новейших течений Русского музея Екатерины Андреевой (не путать с полной тезкой с телеэкрана) представляет собой сборник статей, написанных в разные годы для выставочных каталогов и прочих коллективных изданий. Но объединенные «под одной крышей», эти тексты обретают новый внутренний сюжет: в них прослеживается история Петрограда-Ленинграда-Петербурга, данная не через политические и социальные события, а через художественные революции.
Слово «революция», кстати, Андреева не любит — в книге оно звучит считаные разы. И художники нескольких поколений, от Михаила Матюшина, родившегося в 1861-м, и его супруги, Елены Гуро, до Тимура Новикова и уже наших современников, представителей стрит-арта, предстают здесь не столько ниспровергателями основ и борцами, сколько философами и носителями характерного петербургского кода, который можно определить как особую интровертность, сфокусированность на внутреннем, а не внешнем.
А вот чего здесь не хватает, так это топологической составляющей, ведь издание могло бы стать и чем-то вроде путеводителя по городу. В каких-то текстах географии больше, как в эссе про Матюшина, где-то ее нет вовсе. Строго говоря, это книга не про город. Андреева, впрочем, предлагает свои «маршруты», пролегающие не по набережным и проспектам, а по идеям и подчас неочевидным «мостам» между художественными достижениями петербуржцев.
