В понедельник, 14 августа, умер нападающий «Салавата Юлаева» Родион Амиров. Мне очень трудно передать всю боль от этой страшной новости. Но он мужик, боролся до последнего.
В июле я был в Уфе, и Ринат Баширов (генеральный директор «Салавата») рассказывал о последнем разговоре с отцом Родиона. Амиров собирался в какой-то город на экспериментальное лечение, так как традиционные способы уже не давали результата. И все мы верили, что, может быть, другое лечение поможет. Не помогло.
Амиров — боец. Уже когда появился диагноз, прогнозы по его состоянию были ужасные. В феврале 2022 года стало известно о раке, а он бился за свою жизнь еще полтора года. И не подавал виду, как ему тяжело. Более того, удивлял своих близких жаждой жизни. Выходил на лед и тренировался. Верил, что вернется в большой хоккей. Уфимский клуб заключил с ним контракт этим летом, и он очень взбодрился. «Да-да, спасибо за веру в меня, я обязательно вернусь».
— Больше всего меня раздражает то, что каждый смотрит на меня печально, — признавался он прошлым летом в Уфе. — И постоянно задают мне одни и те же вопросы про здоровье. Но я не хочу, чтобы мне об этом напоминали.
— Хорошо, — говорю. — Больше мы на эту тему не говорим. Как тебе в Торонто-то? Понравилось?
— Из-за ковида я не смогу ощутить, что такое настоящий хоккей НХЛ. Но сейчас пандемия закончится, и, надеюсь, я увижу хоккей в Торонто со зрителями. Но там меня везде водили, всё показывали. Круто, конечно.
Тут же мимо нас прошли болельщики уфимского клуба. И, конечно, они спросили у Родиона, как его здоровье, когда он вернется. Печальным голосом, как водится.
— Да всё в порядке, — улыбнулся им Родион. — Скоро вернусь.
А ему было очень тяжело. В какой-то момент он потерял зрение и ничего не видел. При этом всё равно не терял духа, говорил, что всё будет в порядке, это временные проблемы. Зрение вернулось. Рассказывают, что Амиров даже пошел на лед.
Поразительная сила духа.
С Амировым я познакомился очень давно, даже не помню, когда именно. По-моему, в Новогорске на сборе одной из национальных команд. Это был не мой клиент, если вы понимаете, о чем я. В том смысле, что на шутки он реагировал весьма спокойно, улыбался, но интервью все давал спокойные, говорил о хоккее, общался правильными фразами. Рассмешить его у меня долгое время не получалось.
Как-то потом на летних сборах он занимался в Москве и наконец стал смеяться, когда лез через забор на каком-то школьном стадионе, а я подначивал, что это самое главное событие в жизни забора.
Был драфт (а то, что «Торонто» выберет Амирова, я слышал за двое суток до драфта), а потом... Вы и сами помните. Февральская новость, которая повергла всех в шок, — диагностирован рак мозга.
Причем всё ведь не сразу стало понятно. Еще неофициально не говорили о проблемах, а он жаловался, что видит только плоскую картинку, не объемную. Переживал, что это состояние не проходит. Поход к врачу привел к печальному заключению. Я все эти истории рассказываю, чтобы вы поняли, насколько Амиров был сильным.
Не знаю, что добавить. Честно говоря, Родион за свой 21 год не сделал ничего плохого, он был симпатичный, талантливый хоккеист с большим будущим. И вот его нет. Очень тяжело смириться с этой потерей.
Да и не получится у нас, по крайней мере в ближайшее время.
Автор — обозреватель «Спорт-Экспресса»
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора
