Наша русская поэзия спаслась благодаря Донбассу. И началась она не 24 февраля 2022 года — тогда о ней узнали повсеместно, а после 2014-го, с потрясающего сборника Захара Прилепина «Я — израненная земля». Стихи крупнейших современных поэтов — Олеси Николаевой, Юрия Кублановского, Светланы Кековой — соседствовали там с высказываниями новых авторов, которых захватили донбасские события.
Ваш покорный слуга еще до того, как случился нынешний поэтический бум, делал и во МХАТе, и в Донецке спектакли со стихами Семена Пегова, Анны Долгаревой, Анны Ревякиной, Марии Ватутиной. В Театре мюзикла мы играли спектакль «Бессмертные строки», где наряду с военной классикой — Александром Твардовским, Ольгой Берггольц — звучали произведения Влада Маленко, Игоря Караулова.
С патриотической драматургией такого рывка не произошло по простой причине. Поэт выходит к читателю один на один. Если он достоин, то всегда найдет свою аудиторию. Может творить в деревне, поселке, тундре, городе, многоэтажке, в «Сити», в небоскребе — где угодно. А драматургу нужны театр, урбанистическое городское искусство, универсальное, сложное.
Театр — это метрополия, при всем моем уважении к театрам небольших городов. Если говорить о драме, то это Москва, Петербург, крупные областные центры — развитая инфраструктура. Но эти игроки не заинтересованы в патриотических спектаклях по разным причинам.
Мы в Новом театре очень хотели бы поставить пьесу о Донбассе, о сегодняшних событиях. Другое дело, что надо искать материал. Надо его создавать. И здесь очень велика опасность отрицательной селекции, я бы так это назвал.
Что происходит сейчас?
Зачищается театральная территория. Происходят назначения. Многие из тех, кто осваивал наше драматургическое пространство, оказались на противоположном берегу, стали моими идеологическими и жизненными оппонентами. Но противника надо уважать. Надо понимать, что его сила заключалась в профессионализме, в мастерстве и новую драматургию тоже должны создавать мастера.
Из ничего не появятся ни авторы, ни пьесы. Патриотическое, искреннее русское высказывание должно быть поддержано в рамках государственной культурной политики. Иначе все прекрасные документы о защите традиционных ценностей останутся нереализованными. На новую драматургию необходим государственный заказ, ей нужны государственная поддержка и в первую очередь то, что называется институтом репутации: лаборатории, конкурсы, премии. Сейчас этого нет.
Эти институции — фундамент для создания хорошей пьесы, хорошего спектакля. Потом постановки могут идти на сценах крупнейших театров и фестивалей, но вначале должны родиться в условиях театрального эксперимента. Так, например, было в начале 2000-х в театре «Практика», которым я руководил. Он был малюсеньким, на 100 мест, но тем менее работал очень эффективно.
Без комплексной поддержки велика опасность того, что на освободившееся место придут люди, для которых главным будет не творчество, а конъюнктура, ориентация на «чего изволите», на некие условные «патриотические» метки по принципу: «А, про Донбасс... Ну, давайте попробуем что-то про Донбасс». Если за современную патриотическую поэзию я спокоен и легко могу сказать, что она состоялась, то в отношении драматургии вопросов много.
Что касается Нового театра, то наши премьеры — тоже своего рода эксперименты, связанные с драматургией. На днях мы выпустили «Государев венец», постановку про царственных страстотерпцев. В поэтическом спектакле о последних днях жизни венценосной семьи Романовых совмещаются события 100-летней давности и живой диалог со зрителями: его здесь и сейчас ведет протоиерей Артемий Владимиров. Он прекрасный поэт, автор десятка поэтических книг. То, что он и драматург Лариса Бравицкая говорят об императоре и его семье, — очень значительно.
В начале июня Новый театр покажет свой первый большой спектакль на классической сцене. С режиссером Валентином Клементьевым и завлитом Екатериной Кретовой мы сделали авторскую редакцию «Скупого» Мольера. Спектакль будет о конфликте поколений и о том, какую роль играют в нем деньги.
«Скупой» — развитие нашего сотрудничества с народным артистом России Леонидом Якубовичем, который в свое время замечательно сыграл в «Лавре» и, надеюсь, осенью сыграет в «Лубянском гримере». На этот раз мы работаем с Якубовичем не только как с актером, но и как с автором.
Оказалось, что он человек с недюжинными литературными способностями. Помните, в советской эстраде был жанр сатирической миниатюры-монолога? Якубович владеет им просто блестяще. Хазанов, Винокур, Райкин в советское время читали его сочинения.
Этот литературно-театральный ген Якубович не просто сохранил, а удивительным образом развил, написав для спектакля несколько монологов своего героя, ростовщика Гарпагона. У этого скупердяя, сквалыги и жадины тем не менее есть собственные этика и правда.
Мы словно выскакиваем из истории и фокусируемся на отдельном персонаже, на его глубинной психологии. И произойдет это благодаря авторским монологам Гарпагона-Якубовича — о вере, о детях, о жизни. Современный театр должен, по-моему, рождаться именно так — из диалога поколений и жанров, нового, экспериментального и вечного, классического.
Автор — художественный руководитель Нового театра, режиссер, продюсер
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора
