«Олимпиада очень сложно начиналась, но так здорово закончилась»
Иван Якимушкин начинал Олимпийские игры – 2022 в Пекине с худшего результата среди соотечественников в гонке с раздельным стартом (13-е место), а закончил серебряной медалью в марафоне, уступив только Александру Большунову. Выдающийся результат, учитывая, что в Китай уроженец Мурома приехал после болезни. Поначалу он был далек от оптимальной формы, а после неудачной «разделки» спортсмен честно признался, что не готов показывать в Пекине результат. Но в марафоне сам опроверг эти слова. Якимушкин не выпадал из лидирующей группы, а в финишном ускорении сумел опередить своего соотечественника Артема Мальцева и норвежца Симена Крюгера. В общении с российскими журналистами лыжник рассказал о перипетиях марафона, об отношении к морозной погоде и своем состоянии во время пребывания в Китае.
— В какой момент после неудачной «разделки» поняли, что в марафоне всё будет нормально?
— Никакого осознания не было вплоть до самого финиша. Мое состояние здесь колебалось изо дня в день: то я чувствовал себя вроде бы неплохо, то не очень. Обычно, когда ты постоянно бегаешь, ты понимаешь, чего ожидать. А здесь, сбегав один-два раза с промежутком в неделю, вообще ничего непонятно. Единственное, после «разделки» я поменял свое отношение. Не перегружал себя лишними ожиданиями. Решил, что как будет, так и будет, раз уж я ничего изменить не могу.
— У вас была какая-то командная тактика? Потому что все россияне постоянно держались в лидирующей группе.
— Все понимали, что спереди против ветра идти тяжело. Я один раз подумал, что можно провалиться в середину группы и там будет полегче. Но там такое рубилово за места шло! Люди вообще не жалеют друг друга, по лыжам стучат, никто никого не пропускает. Если впереди идут в два ряда, то сзади — в три-четыре. В общем, мне не понравилось. Вернулся в первую пятерку-десятку и решил, что буду здесь сохранять позиции, насколько смогу.
— Какой момент марафона был самым сложным?
— Четвертый круг, лестничный подъем. Это был критический момент, когда ребята добавили темп, а мне мозг стал говорить: «Остановись! Пойдем поспокойней, там сзади ребята есть, всё хорошо, отдохнешь». Я уже готовился к худшему, думал, что сейчас Крюгер еще добавит, как он это умеет делать. Но я очень рад, что все-таки сумел продержаться [в лидирующей группе].
— И потом поняли, что форма хорошая и можно бороться?
— Да, я увидел, что ребята сыпятся. На последнем длинном подъеме уже понимал, что медаль не отпущу.
— Почему у русских лыжников так хорошо получаются гонки в мороз?
— Многие из нас из северных регионов. То есть мы с детства привыкшие к снегу, ветру, морозу. Давно уже к этому спокойно относимся. А если ты вырос в комфортных условиях, наверное, потом такая погода вызывает большой дискомфорт.
— Когда дистанцию сократили, пошли слухи, что это делается под норвежцев, чтобы Йоханнесу Клебо было проще...
— Я не знаю, идите спросите, проще ему было или нет. Видел, что особо просто ему не было (пятикратный олимпийский чемпион сошел с дистанции. — «Известия»).
— Олимпийская медаль — это предел мечтаний? Особенно учитывая, что вы не бежали в золотой эстафете.
— Конечно, я очень счастлив. Эта Олимпиада очень сложно начиналась, но так здорово закончилась.
